Девятнадцать сорок восемь том IV (СИ)
— Да, многие об этом говорят, — кивнула девушка. — Вы… запишитесь на наши курсы?
Гоша задумчиво нахмурился. Девушка это истолковала по своему и с просящими нотками произнесла:
— Запишитесь пожалуйста, а то мне зачет не поставят…
Здоровяк удивленно уставился на нее.
— Ну, у нас дежурство тут, и пока никого на курс не запишешь, зачета по практике не получишь.
— А-а-а-а… — растерялся Митин.
— Я из колледжа. На ювелирном деле учусь, — буркнула она. — У нас зав практикой жуткий зануда.
— Накосячила что-ли? — хмыкнул Гоша.
Девушка поникла и слегка кивнула головой.
— Понятно, — вздохнул здоровяк, оглядел девушку с ног до головы, потом небольшую цепочку и кивнул. — Ладно. Давай, куда тут у тебя записываются?
* * *Фирс стоял перед плитой с растерянным выражением лица.
— Когда все пошло через одно место? — спросил он сам себя и опустил взгляд в кастрюлю.
В повидавший всякого кастрюле, с клепкой на дне, в кипящей воде лежал тушка курицы. Она едва заметно шевелилась, но Фирс этому значения не придал.
Парень, совсем недавно находящийся на взлете и имеющий свой пусть и небольшой, но прибыльный бизнес, имевший два долговых кольца довольно известных провинциальных родов, подающий надежды одаренный, стоял и совершенно не мог понять.
Как так вышло?
Тут раздался ужасный, словно вытягивающий жилы звук скрипки слева, от которого Фирс содрогнулся.
С каждой секундой этого звука, нервы натягивались все сильнее, на десятой, глаз парня задергался.
— ПЫРНУ НОЖОМ Я СОЧНЫЙ ПОМИДОР! — раздался громкий голос Вешкина. — И БУДУ ВЫЖИМАТЬ ЕГО ДО КАПЛИ! Я НАБЛЮДАТЬ, КАК СПЕЛЫЙ КРАСНЫЙ ПЛОД! ПОДОХ, НЕДАЛЕКО ОТ ГРЯДКИ!
От стихотворения, лицо Фирса перекосило. В сочетании со звуками скрипки, стихи ощущались как бред полоумного маньяка.
В итоге парень повернулся и уставился на скрипача, соседа Вешкина по комнате. Оба оригинала почему-то решили устроить битву талантов на кухне, где он готовил.
И между этими двумя оригиналами, сидела с перепуганным лицом Медведева.
Девушка прижимала к груди нож и с опаской посматривала то на одного парня, то на другого.
— Они безобидные! — громко произнес Фирс.
— Я БУДУ ОГУРЕЦ ТОТ НАРЕЗАТЬ, СМАКУЯ ОТРЕЗАТЬ ПРЕКРАСНЫЙ ЛОМТИК! — продолжал орать Вешкин под ужасный звук из скрипки.
— Я не боюсь! Я думаю кого пырнуть первым! — крикнула в ответ Маргарита, но тут уставилась на Фирса огромными глазами и вытянула нож в его сторону.
— А меня за что⁈ — возмутился Фирс в гвалте истерично визжащей скрипки и безумных стихов.
— Курица! — в ответ крикнула девушка.
Фирс резко обернулся, и обнаружил, что обезглавленная и ощипанная тушка птицы вылезла из кастрюли и резво перебирая лапами ринулась по столу.
Одаренный уборщик в этот момент, не думая о своей силе схватил ее руками, но тут же бросил в сторону от огромной температуры.
Ошпаренная дохлая курица, пролетела пару метров и угодила прямо в лицо скрипача Филимона. От неожиданности тот повалился на пол и растерянно заморгал глазами.
Полная тишина на две секунды.
— Понял, стихи «Салат мести» не зашли, — произнес Кирилл, пялясь на сидящего на полу скрипача.
Фирс недовольно глянул на Маргариту.
— Ты курицу принесла? — Обвинительным тоном произнес он.
— Ну, я… — осторожно ответила она.
В этот момент в коридоре послышался тихий, удаляющийся стук куриных обрубленных косточек на лапах.
Тук-тук-тук-тук.
Глава 14
Вешкин недовольно взглянул на соседа и тяжело вздохнул.
— Допустим, — произнес он. — Только допустим, что тот звук, который ты воспроизводишь, это не скрип дверей в чистилище, а всего лишь вторая симфония Иванова.
Вешкин поднялся со своей кровати.
— Допустим, что у тебя в руках действительно смычек, хотя по звуку — это ничто иное, как полотно для ножовки.
— Допустим! — поднялся со своей кровати Филимон и одернул свой пиджак. — Допустим те слова, которые ты произносишь вместе имеют не только схожие слоги, но и кое-какую рифму.
— Это… это… это у меня нет рифмы⁈ Да я… да я… Я могу во всех стилях! Хоть ямб, хоть хорей! — возмутился Кирилл.
— Ты знаешь, что это такое⁈ — тут же всплеснул руками скрипач. — А какого черта ты тогда так издеваешься над чужими ушами⁈
— Это я издеваюсь⁈ — принялся возмущаться Вешкин. — С момента твоего приезда, самым популярным продуктом праж аптек в городе стали беруши! Да ты выйди в парк поиграть! Там тебе в лицо плюнет первая же старушка, а дети изобьют игрушками насмерть! От твоей музыки даже курицы из супа сваливают!
— Это от твоих стихов! Ты сам попробуй почитать свою поэму на людях! Тебя тут же посадят, за глумлением над трупом рифмы! Если из нас кто-то и есть некромант, то это ты!
— Что-о-о-о⁈ — вытянулось лицо Вешкина. — Это я некромант⁈
Двое молодых парней подошли друг к другу и замерли в нескольких сантиметрах. Повисла пауза, во время которой оба тупо пялились друг на друга.
— Даже криворукий, вдребезги пьяный простолюдин способен сыграть лучше тебя! — произнес Вешкин глядя в глаза своему оппоненту.
— Ах так⁈ — возмутился скрипач. — Тогда, будь добр, повтори хотя бы первую страницу его величайшего произведения!
— Повторить? Пф-ф-ф-ф! — выпятил грудь Вешкин. — Запросто! Я повторю первую страницу произведения, а ты…
Тут Кирилл оглядел с ног до головы Филимона и произнес:
— Ты прочитаешь мою поэму «Руслан и скотина»!
Скрипач молча протянул руку. Вешкин с коварной улыбкой пожал ее и добавил:
— Слетит туман со взора твоего, и озарит тебя чужая слава!
* * *Митин сидел за маленьким столиком, который, относительно его размеров, и вовсе казался детским. В классе помимо него находилось ещё пять человек. Четверо точно таких же практикантов, которые проходили обучение на ювелира и один пожилой мужичок.
Мастер ходил между столами и время от времени говорил очевидные вещи, касаемо их будущей профессии. Если конечно, они доучатся и найдут место, где их примут на работу.
— Творческое мышление… — проговорил мастер и замолк, словно пытался распробовать эти слова на вкус. — Усидчивость. Готовность к длительной и кропотливой работе. — Он снова замолчал, остановившись, развернулся на сто восемьдесят градусов и направившись в обратном направлении медленным шагом, продолжил говорить. — Креативность. А также желание творить! Всё это вам понадобиться в профессии ювелира.
Мастер подошел к одной девушке которая пыталась создать гравировку на кольце. Наклонился, присмотревшись и показательно покачав головой, принялся расхаживать дальше.
— Но так же не стоит забывать о моторике рук и тактильной чувствительности. Если вы неспособны выработать эти навыки, тогда я вынужден вас разочаровать.
Мастер подошел к Митину, разглядывая, как тот пытается сделать листочек из серебра и хмыкнул.
— А ещё… творческое мышление. Не менее важный аспект. Умение работать по готовым чертежам это хорошо. Но вот создать что-то с нуля… что-то своё. Дано не каждому…
На протяжении нескольких часов продолжалось это занятие, но для Митина оно пролетело незаметно. Откровенно говоря, ему понравилось заниматься чем-то таким творческим. Он и подумать не мог, что его подобное настолько сильно увлечет и захватит.
Когда все ученики собрали свои вещи и начали расходиться, Гоша продолжал работать.
— М-мужчина… — неуверенно проговорил мастер, попытавшись отвлечь Митина. — Мы закончили.
Гоша поднял на него свой взгляд и посмотрел прямо в глаза, отчего мужичок тут же отвернулся. А Митин тем временем снова приступил к работе и пробасил:
— Я ещё не закончил. У меня тут листочек недоделанный.
* * *Сегодня профессор артефакторики в очередной раз пригласил меня на занятие и попросил последить за его студентами. Правда на этот раз, это была чисто символическая просьба. Ведь ученики в принципе не могли чего-нибудь натворить.