Девятнадцать сорок восемь том IV (СИ)

Бронислав Ростиславович с грустью взглянул на папку перед собой и нехотя произнес:
— Думаю только завтра. Да. Завтра с утра все будет готово, — кивнул он.
— Спасибо, Бронислав Ростиславович. Постараюсь оправдать доверие.
Профессор артефакторики покинул кабинет с довольной миной и направился по лестнице в сторону лаборатории. Выйдя на этаж, он обнаружил Фирса, что шествовал по коридору со шваброй на манер посоха. Вокруг него ползали тряпки, смывая пыль и уличную грязь, принесенную студентами.
— Молодой человек, — подошел к нему профессор, смутив парня, что тут же опустил швабру как положено. — Молодой человек, вы помните мое предложение?
— Да, конечно, — закивал головой парень.
— Завтра будет приказ. Вы будете на ставке уборщика, но так же получите полставки лаборанта. Я буду привлекать вас к приготовлению препаратов для практики студентов. Ничего сложного, но требует как раз ваш телекинез, — кивнул профессор и взглянул на тряпки, что медленно сползались к его ведру. — Завтра, с утра, жду вас у себя на вводный инструктаж. Вопросы?
— Вопросов нет, — смутился парень.
— Хорошо, тогда до завтра, — сложив руки за спиной произнес Артемий Георгиевич и направился в сторону лаборатории, но тут же остановился и повернулся к Фирсу. — Молодой человек, а сколько предметов вы можете контролировать одновременно?
— Не знаю, — пожал плечами Фирс. — Я никогда не интересовался. А что?
— Да, так… — развернулся профессор с довольной миной. — Возможно понадобится для одного эксперимента…
  
Глава 12
 
— Проходи, — кивнул Артемий Георгиевич Фирсу. — У нас сегодня будет очень кропотливая работа.
Парень прошел в лабораторию и с удивлением для себя отметил,что столы пусты, кроме центральных, на которых стояло несколько коробок и парочка пакетов с чем-то сыпучим, судя по их форме.
— Сегодня мы с тобой будем делать «Искрящиеся пальцы», — произнес профессор, подойдя к столу. — В принципе, ничего сложного, но есть пара нюансов.
— Эм-м-м-м… каких?
— Смотри, — произнес мужчина и достал из под стола странную трубку из колец. — Знаешь, что это?
— Похоже на… даже не знаю. — Сдался он после нескольких секунд раздумий.
— Смотри, видишь тут руны? — указал профессор пальцем на кольца.
— Да.
— Суть в том, чтобы подготовить специальную смесь, набить ей трубку, а затем, строго по таймеру менять положение рун на этих кольцах.
— Так, — кивнул Фирс.
— Это в общих чертах, — кивнул Артемий Георгивич. — А теперь смотри. Берем мерную посуду и смешиваем вот в этом тазу.
Профессор достал специальный пластиковый таз и принялся засыпать в него ингредиенты из пакетов.
— Одну меру вот этого подготовленного костного пепла, две меры обычной мелкой мраморной крошки, а теперь вот из этой коробки берем три меры специальной алхимической основы. Кстати, таз нужен пластиковый, а столы должны быть или каменные или такие же пластиковые.
— Почему? — осторожно спросил парень.
— Потому, что молодой человек, сила воздуха, в частности ее подраздел молнии, очень не любит металл. И если вы не хотите получить хороший разряд, который в лучшем случае отправит вас в беспамятство, лучше не иметь металла рядом с большим количеством «искрящихся пальцев», — хмыкнул профессор. — Кстати, заготовок у нас двадцать, поэтому не мелочимся, и сразу замешиваем под двадцать пальцев.
Профессор вручил мерную посуду Фирсу и выжидательно уставился на него.
— Ну? Приступайте.
Фирс принялся насыпать по двадцать порций, соразмерно соотношению, указанному профессором.
— А вода будет? — спросил Фирс, с задумчивым видом.
— Что? Зачем?
— Ну, это похоже на бетонный раствор или что-то в этом роде. Поэтому я подумал,что будет вода, чтобы связать это все.
— Нет. Вода нам тут не помошник. Алхимическая основа для искрящихся пальцев не растворима и просто выпадет в осадок. Тут нужен другой подход.
Емельянов достал небольшой артефакт, в форме плоского диска. С одной стороной он блестел красным начищенным металлом, а с другой белым.
 
— Вот это и будет нашим растворителем и смешивателем заодно.
— А это что?
— Контрактор Федорова. Очень полезный в нашем случае артефакт. Без него пришлось бы городить сложное трансмутационный ритуал, превращающий твердый материал в жидкий, без изменения структуры.
Профессор дождался, пока Фирс положит последнюю меру в таз, а затем положил в него артефакт и активировал его силой.
Диск тут же задрожал, а затем погрузился внутрь сыпучей кучи. Не прошло и пары секунд, как порошки пришли в движение. Раствор выровнялся в посуде, а затем пошел волнами. Еще несколько секунд и смесь, словно вода, принялась двигаться по кругу, образуя воронку, в центре которой и лежал артефакт.
— Итак, пока наша смесь готовится, мы с тобой начнем разбираться с нашими формами.
Артемий Георгиевич взял последнюю коробку, из которой начал выставлять на стол цилиндры. Рядом с каждым он ложил небольшой прозрачный кристалл.
— В чем суть нашей работы. Подготовленную смесь, в жидком состоянии мы заливаем вот в эти формы, — взял он одну из трубок. — Как видишь, тут шестнадцать колец. Каждое кольцо несет на себе определенную последовательность рун. Эти руны и активируют алхимическую основу с добавками, которые превращают обычную смесь из костного пепла и мраморной кошки, в активированную стихией субстанцию.
— А… у них определенная последовательность?
— Да. На наше счастье, у нас заготовки нового образца. Не надо точно знать какое кольцо точно повернуть. Здесь наша форма специально подогнана так, чтобы поворачивать кольца по порядку. То есть, с самого верхнего, по самый нижний. Единственное неудобство, что теперь это занимает немного больше времени, а также промежутки между поворотами неравномерные.
— Так, — кивнул Фирс. — А…
— А для того, чтобы знать, когда пришло время, данная форма имеет связь непосредственно с вот этими сигнальными кристаллами, — кивнул профессор и взял небольшой кристалл, лежавший у формы.
— Я все еще не понял. зачем тут я, — осторожно произнес Фирс.
— Есть один интересный нюанс, — хмыкнул Емельянов и подкинул в руке заготовку. — Видишь желобок на этом столе?
— Да.
— Это канал, по которому сила будет поступать от накопителей университета, к нашим заготовкам. Если ты подумал, что пальцы будут искриться сами по себе, от того, что мы смешали алхимическую основу, мраморную крошку и пепел от костей — зря. Это лишь материал, который хорошо воспринимает и излучает силу определенным образом. Так вот, — тут профессор поставил заготовку на желобок. Руны тут же подсветились разными цветами. Причем на каждом кольце этот цвет был свой. — Во время формовки, пальцы требуется наполнять силой. И в этот момент, по всей форме гуляют не слабые заряды. В нашем случае электрического характера. Или проще говоря — молнии. Трогать в это время заготовку — крайне глупое решение. Даже в толстых диэлектрических перчатках.
— А как же тогда…
— Вот для этого и нужен телекинез, — кивнул Емельянов. — Тебе нужно будет после каждого сигнала, проворачивать кольцо до определенной метки на каждом цилиндре. Сколько у тебя получится проворачивать одновременно — это дело твое. Мой предел — одновременно следить за четырьмя формами. У тебя, насколько я понял, с телекинезом получше.
— А после того, как все кольца будут провернуты? — уточнил парень.
— После этого, кристалл снова станет бесцветным и погаснет. Ты же снимаешь силой с этого желобка форму и переворачиваешь на другой стол. Палец выскочит самостоятельно. Процедуру можно будет тут же начать повторять.
— И сколько мне таких пальцев надо сделать? — осторожно спросил Фирс.
— Вообще, на одну практику всему потоку обычно требуется порядка сотни штук, но хорошо бы иметь запас. Штук в пятьсот.
Парень почесал голову, хмуро взглянул на тазик и достал форму.
— Я так понимаю, что эти штуки много где используются? — осторожно спросил он.