Двери не для фэйри

Я посмотрела на ее шерстейшество. Грибочков было жаль особенно. Квартирная хозяйка мариновала их лично, и у нее они получались какими-то особенно хрусткими и ядреными.
– Как это понимать? – гневно выдохнула я. Увы, тканевая маска приглушила звуки, и фраза прозвучала скорее как бормотание, нежели глас негодования.
– Мяу! – отозвалась пушистая паразитка. Дескать, ни о чем не сожалею и ни в чем не раскаиваюсь.
– Да дракона прокормить легче, чем тебя! – в сердцах вынесла я вердикт. И, припомнив, как пробиралась к ней через шипы, добавила: – И поймать, кстати, тоже. Они по улицам просто так ходят и по кустам не шарахаются. Кстати, как ты туда попала?
С этими словами я потянулась к шее мантикоры, чтобы проверить, нет ли у нее там какого амулета. Ошейника видно не было, но кто знает, может, тонкая цепочка скрывалась под шерстью? Едва я начала поиски, как зазвонил переговорник.
– Да, – прижимая амулет к уху, ответила я, пытаясь обыскать мантикору на предмет опознавательного амулета. Увы, из документов у кисы имелись, похоже, только крылья, усы и хвост.
– Привет, Мышка, – услышала я хриплый голос сменщика. – Ты не могла бы выйти сегодня за меня? Я, кажется, простудился…
Я на несколько секунд задумалась. Подменять Лукаса не очень-то хотелось. Единственный выходной на неделе и тот… мантикоре под хвост. С другой стороны, за замену будет небольшая, но прибавка к зарплате. А денег у меня кот наплакал. Так что я вздохнула и обреченно согласилась, решив, что вечером развешу по району объявления о найденыше.
Составив такой нехитрый план, я отправилась в отдел правопорядка, оставив котейку дома. Только закрыла в своей комнате, чтобы она еще чего не сожрала и не натворила. И даже лоток этой мохнатой морде поставила. Гордую роль оного я возложила на поддон из-под цветочного ящика.
На прощание я была возмущенно обмяукана, а когда вышла из дома, то почувствовала, что на меня кто-то смотрит. Повернула голову и увидела в окне усатую морду, полную негодования.
Ну ничего. Вот найду твоих хозяев, и будешь уже их презрением обливать. Но, как выяснилось вечером, хозяин кисы нашелся самостоятельно. Причем сразу в моей комнате. В моем старом кресле. Сидел в нем и… дисгармонировал с потрепанной обивкой всем своим лощеным фэйрийским видом.
– И как это понимать? – задала я вопрос, зайдя в комнату и увидев композицию: сидхе гладит котейку. Причем задала его мантикоре! Она выглядела как-то более располагающей к общению.
– Об этом я вас должен спросить, – раздался голос фэйри.
Мне вдруг показалось, что по полу от незваного гостя зазмеился иней. А воздух враз стал таким морозно-колким, что его нельзя было вдохнуть, не разодрав гортань.
Сжала кулаки, пытаясь не удариться в панику. Так, Мышь, держи себя в руках. Это наверняка знаменитый флер дивных, которым они подавляют волю. Наведенные эмоции, а может, и образы.
О способностях сидхе я знала лишь понаслышке. Раса закрытая, надменная, считающая себя высшей и совершенной. Правда, в этом с жителями Изумрудных холмов схинцы могли поспорить, кто тут самый древний… Наверное, потому, что драконы были маловосприимчивы к ментальному воздействию, в отличие от нас, людей. А у меня даже магии не было, чтобы выставить хоть какой-нибудь ментальный щит.
Стоило об этом подумать, как в мозг словно сверло начало вбуравливаться. Прямо над переносицей. Ощущения были не из приятных. Сердце бешено застучало, дыхание участилось, так что ткань на маске, которую я натянула перед тем, как войти в дом, заходила ходуном.
Я лишь сильнее сжала кулаки и упрямо вскинула взгляд на сидхе, представив, как с размаху врежу ему сейчас сковородкой. Большой. Чугунной, на которой у старушки Дженкинс выходили отличные блины. Воображение нарисовало в мозгу эту картину так четко, ярко, осязаемо, что я ощутила в ладони деревянную ручку посудной утвари и ее немалый вес. А потом я мысленно обрушила всю эту тяжесть прям на белобрысую макушку.
Ощущение сверления тут же исчезло. Зато фэйри, до этого вальяжно гладивший мантикору, вдруг замер и напрягся. Неверяще посмотрел на меня и начал медленно подниматься.
 
– Даже так… – протянул он. – На тебе нет печати покровителя и пси-щита. Значит, артефакт. Кто создатель?
– Сомирский литейный цех, – ляпнула я, припомнив печать на обратной стороне сковороды. Там к нему еще рецепт блинов прилагался. Тоже отлитый. Прям как штамп. Но, похоже, я и так оскорбила его дивнейшество по самое не балуйся. Думаю, начни я перечислять: «Два яйца, стакан муки, три ложки сахара», он бы решил, что я спятила. А если нет, то он это быстренько исправит.
– Какой еще цех? – требовательно спросил дивный, нахмурившись. Видимо, не такого ответа он от меня ожидал, и начал злиться.
Только вот оторопь, взявшая меня в первые секунды при виде незваного гостя, уже прошла, и я наконец смогла мыслить. Хотелось бы сказать, что четко, адекватно и трезво, но не буду себе льстить. Просто мыслить. Без уточнений. Но даже этого хватило, чтобы сообразить: признаваться, что мой амулет – это ментальная сковородка, не стоит.
Вместо этого я пошла в атаку. Увы, не в лобовую, а в психологическую. Хотя, признаюсь, огреть незваного гостя чем потяжелее уже не в мыслях, а наяву хотелось жутко. Мало того, что вломился в дом, пытался задавить флером и покопаться в моих мозгах, так еще и чего-то требовать пытается!
– Как вы сюда проникли? Это частная собственность! – почти прорычала я. Причем получилось не хуже, чем у оборотней. Я даже на миг почувствовала себя не простой мышью, а саблезубой!
– Может, собственность – частная и ваша, только в ней одна вещь – личная и моя. И ее у меня, кстати, вчера украли. Тоже, знаете ли, типы в масках… – неприязненно протянул фэйри, явно намекая на мою черную тканевую повязку.
Я зло прищурилась. Вот гад! Не говорит прямо, но как будто обвиняет! Словно я грабительница какая-то! Как вчерашние воры в посольстве…
Меж тем фэйри положил свою изящную дивную руку на голову мантикоре, видимо желая почесать той загривок. Только чего не ожидала ни я, ни белобрысый наглец, так это того, что киса возьмет и тяпнет дивного за его чуткие музыкальные пальцы, а после, словно поняв, что натворила, спрыгнет на пол и опрометью бросится ко мне… Точнее, за меня, словно я соглашалась быть ей надежным укрытием от хозяйского гнева.
– И как это понимать? – смотря сквозь меня, спросил дивный.
Не знаю, что он имел в виду: сам кусь или дезертирство после него, но мантикора, кажется, догадалась, о чем идет речь, в отличие от меня.
– Мяу! – гордо (сидя в укрытии-то, можно себе это позволить) и протестующе отозвалась пушистая засранка.
– Так. Стоп. – Я подняла палец, наставив его на начавшего приближаться фэйри.
Тот замер, не дойдя до меня пары шагов, и посмотрел на мой коротко остриженный ноготь, напрочь лишенный лака, так презрительно, словно я угрожала ему дохлым навозным жуком.
Я скривилась. Благо под маской не видно. Тоже мне, нашелся эстет. Нормальные у меня руки, в меру ухоженные. Без сухой кожи, заусенцев и лишней кутикулы. Я за ними слежу, между прочим. А что без боевого раскраса – так лишних денег на салоны преображения нет.
 
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком,  купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.