"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
— Клянусь русалкиным хвостом, кто скажет хоть словечко плохое про орков или эльфов, того я этими вот руками под пирс спущу! — орал Клешня на другой день в портовом кабаке. — Все народы рождены равными, пусть хоть зеленые, хоть с ушами, что у твоего осла!
Желающих возражать не нашлось: все угощались за счет Бобо.
Казалось бы, запить Клешне с большого заработка, пока зеленые морты мерещиться не начнут. Но у капитана были другие планы. Поутру, стряхнув с себя похмелье и двух портовых шлюх, он поднялся и отправился на верфь. Потом вернулся в порт, оттуда пошел в банк, куда перед этим благоразумно положил на хранение заработанные денежки.
В результате всех хождений Бобо стал владельцем гордого красавца-галеона. Старый потрепанный флейт капитан продал, причем выторговал хорошие деньги. А на борту нового судна приказал вывести название «Хромая Мери».
— Счастливое имечко, — пояснил он удивленному корабелу. — Удачу приносит.
Теперь, с таким-то судном, можно было пускаться в любое, самое сложное путешествие. Клешня внес корабль в портовые списки и стал поджидать заказчиков: купцов, а может быть, ученых или богатых путешественников.
Долго томиться не пришлось: на следующий же день его наняли для большого, сложного похода. Галеон отправился в порт Трейон, что на границе Зириуса с Даллирией. Там стоял на рейде целых два месяца. Теперь же, приняв на борт пассажиров и груз, готовился к отходу в дальнее плавание — сначала к берегам Чайного архипелага, потом — Дикого, затем через Серый океан к малоизученному материку, который в народе звали Мортовой землей, а люди ученые именовали Бигвестом.
И вот теперь команду с пассажирами от начала опасного приключения отделяли какие-то минуты. Клешня прохаживался по верхней палубе, покрикивал на матросов и гадал, как отнесутся наниматели к одному маленькому сюрпризу…
— Бобо прямо помолодел, — с улыбкой сказал Лэй. — Смотри, сменил свое тряпье на приличный камзол, даже крошки из бороды вычесал.
Мы стояли у фальшборта, глядя на портовую суету. Свежий ветер наполнял паруса «Хромой Мери», обдавал нас запахами дальних странствий, звал в дорогу.
— Хорошо быть богатым. — Эльф сладко потянулся. — Теперь нам открыты все пути.
— Они для всех открыты, — заметила я.
— Ничего ты не понимаешь, зеленая! А комфорт?
Мы действительно были богаты, хотя я как-то этого не ощущала. Мешки, которые Лис вынес из храма Лак’хи, оказались полными драгоценных камней. Пока мы сражались сначала с чародеями, потом с лжебогами, вор тоже не терял времени даром. Обшарил храм и наткнулся на подземное хранилище, в котором стояли сотни таких мешков. Первая жрица ничего не говорила о сокровищах, да и с чего бы ей о них рассказывать.
Мы решили считать камни своими. Тем более что после нашего ухода храм осыпался грудой пепла. Вернувшись на корабль, заперлись в каюте, честно поделили клад на четверых. Роману сам на этом настоял. Странно, но вор вообще был честным малым. Когда он ушел, мне даже стало немного грустно.
Перед уходом Лис переоделся в расшитый золотом костюм из яркого шелка, какие здесь носили богачи.
— Чтобы не узнали, — пояснил он. — Как-никак похититель Степного изумруда. Ничего, в Зириусе я задерживаться не собираюсь.
Я надеялась, что у Роману все будет хорошо.
Мы продали часть драгоценных камней, выручив, по словам Лэя, целое состояние. Оставили себе на путешествие, остальное положили в банк, который ушастик назвал надежным. Я мало в этом понимаю, да и богатство для меня не имеет никакого значения, так что всем распоряжался эльф.
Ал, несколько обалдевший от такого развития событий, купил небольшой, но удобный и красивый дом в пригороде Юмериона, потом тайно отправился в Арвалийскую империю, привез оттуда жену с ребенком. Хоть главный наш враг Атиус погиб, Ал решил не рисковать. Он опасался мести графа Стоцци. Боялся, конечно, не за себя, за семью.
Мы с Лэем некоторое время не знали, куда отправиться. В Арвалийскую империю дорога была закрыта нам обоим — мы до сих пор числились там преступниками в розыске. На родину ни один из нас вернуться не мог — изгнания никто не отменял. Обосновываться в Зириусе не хотелось. Ни мне, ни Лэю эта страна не нравилась. Оставались Нордия, Бескрайняя пустыня, Торфяное болото — обиталище гоблинов или гномьи земли — Каям и Мерзлая гряда. Выбор, прямо скажем, небогатый.
— Хоть назад на Дикий архипелаг возвращайся, — жаловался Лэй, сидя в трактире и разглядывая разложенную на столе карту. — Я, кстати, обещал малышке Ариэлле…
— Можно еще на Чайный, — предложила я. — Говорят, там живет очень интересный народ.
— И очень сильные маги, — задумчиво проговорил мальчишка. — А что? Хотелось бы познакомиться с их культурой и наукой. А еще я собирался написать книгу о загадочных странах и народах. Это мысль… Решено: отправляюсь. Всегда любил путешествия! Но почему же только архипелаги? Мне интересны и материки. Например, Бигвест. — Он улыбнулся, потом, посерьезнев, спросил: — А ты, Мара? Что решила ты?
Я пожала плечами. Ни гоблинский Хамиртан, ни гномий Каям меня не прельщали.
— Поехали со мной! — предложил эльф. — Дорога предстоит сложная. Пираты, дикари, морские чудища… Здоровенная орясина с фламбергом лишней не будет…
Я посмотрела в хитрые зеленые глаза, увидела в них тревогу, которая пряталась за бесшабашностью. Лэй действительно переживал за мою судьбу. Почему бы нет, подумалось мне. Кому я нужна здесь? Кто меня ждет? Но было одно обстоятельство, которое не позволяло согласиться.
— Нет, — твердо ответила я.
Мальчишка расстроился:
— Но почему?..
— Морская болезнь. Больше не хочу себя чувствовать так, словно тухлой солонины объелась.
— И всего-то? — воскликнул ушастик. — А если ее не будет, ты согласишься?
Я кивнула.
— Тогда я тебя вылечу! — заявил эльф.
— Как, интересно? И почему не вылечил раньше, когда мы были в море?
— Не горячись, Мара! Я же маг-недоучка, забыла? До всего дохожу сам. Вот только вчера вечером в книге о магии жизни отыскал способ полного избавления от морской болезни. Я тебя вылечу, вот увидишь!
И эльф обещание выполнил. Он долго водил надо мной руками, пояснив, что направляет мои жизненные силы на борьбу с качкой. Я ничего особенного не почувствовала. Для проверки мы наняли рыбацкую шхуну и отправились на морскую прогулку. Удивительно, но меня ни разу не затошнило.
После лечения морской болезни у меня почему-то отросли волосы. За время путешествия по Дикому архипелагу они достигли плеч, а теперь в одночасье стали такими, как раньше.
— Интересный побочный эффект, — сказал ушастик.
Я сочла это добрым знаком и с легким сердцем отправлялась в путь. Для орочьего воина возвращение символа силы — очень важно.
Мы снова наняли Клешню, который стал владельцем галеона, и пошли в Трейон. Оттуда Лэй поехал в Даллирию, в дом Вэй’Силийских, чтобы выкупить наших коней. Пряжка с фамильным знаком, подаренная мальчишке главой этой семьи, давала ему право проехать через Бриллиантовый лес и гостить у Вэй’Силийских сколько угодно. По закону эльфийского государства, никто, даже сам правитель, не мог изгнать Лэя, пока он находился в доме пригласившего. Мальчишка воспользовался этой привилегией в полной мере: вернулся только через два месяца. В ответ на мое возмущение сказал:
— Но там же Мариэль!
Судя по замаслившейся физиономии, ушастик хорошо провел время на родине.
— Как же Ариэлла? — съязвила я.
— Ее там не было, — невозмутимо парировал эльф. — Но я обязательно ее навешу. Кстати, тебя на Мертвом острове дожидается Михаэл. Может, хоть он заставит тебя быть добрее и женственнее?
Я отвесила мальчишке затрещину. Хотя… вспоминать о поцелуе некроманта было приятно.
Главное, что лошадей он привел в целости и сохранности. Я долго не могла налюбоваться на Зверя, оглаживала лоснящиеся бока, угощала яблоками, просила прощения за то, что оставила его так надолго. Конь отвечал ласковым тихим ржанием, в глазах его светилась радость.