"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Я смотрел в маленькое зеркало и не узнавал себя. Реснички загнутые, губки бантиком, щечки румяные… тьфу! Опустив глаза, я принялся удрученно разглядывать пышное платье. Мой вид откровенно забавлял орку, хоть она и делала вид, что серьезна и сосредоточенна.
— Погоди-ка. — Мара обошла меня и остановилась за спиной. — Эльфийки славятся тонкой талией, правильно?
— Пра… — только и успел ответить я и захрипел, ощутив, как неведомая сила сдавливает мне диафрагму.
В роли неведомой силы выступила орка, безжалостно затянувшая шнуровку корсета. Возразить мне было нечего, поэтому я старался притерпеться.
— Ну вот, — удовлетворенно констатировала Мара, — теперь ты выглядишь убедительнее. А это что такое? — Она протянула мне два черепаховых гребня, украшенных самоцветами.
— Кажется, это сюда. — Пыхтя, я принялся старательно пристраивать гребни в волосах.
Соорудить высокую прическу у нас не хватило ни умения, ни сил. Мы просто расчесали волосы, посыпали их эльфийской жемчужной пудрой, придающей блеск, и оставили распущенными.
Мара протягивала мне новые и новые безделушки. О назначении одних я помнил еще со времен жизни в Даллирии, о других догадывался, но попадались и совершенно таинственные штуки. В итоге я приобрел, по моему мнению, абсолютно непотребный вид и чувствовал себя соответствующим образом. Корсет сдавливал тело и мешал дышать, от красок чесалось лицо, от пудры хотелось чихать, а лучше — кого-нибудь убить.
Когда я был полностью экипирован, орка достала из тюка расшитые золотом башмаки на высоком изогнутом каблуке.
— Не-э-эт! — взмолился я.
— Да! — кровожадно ухмыльнулась Мара.
Наверное, поставщики всего этого великолепия догадывались, что женские шмотки потребуются для маскарада, поэтому подобрали обувь размером побольше. Спасибо им, земля пухом, и пусть Десид сойдет с ума, примет их за праведников и отправит их души в Тихую долину… И все же башмаки жали. Я попытался сделать пару шагов и едва не рухнул. Мара подхватила меня, поставила на ноги:
— Попробуй еще.
И еще, и еще, и еще… Пока я не научился кое-как ковылять на этих жутких приспособлениях. Зачем только женщины их носят?!
Настал черед Мары. Утянув грудь и раздраженно морщась от неприятных ощущений, она обрядилась в новую одежду. Большой разницы я не заметил: орка никогда не отличалась особой женственностью. Поверх одежды Мара напялила толстую кольчугу и спинные ножны с парными клинками.
— Двуручник и шпагу придется замаскировать под поклажу. Фламберг — слишком заметная и редкая штука, — сказал я орке.
— Я тоже об этом думала, — ответила Мара.
Она сунула свой старый костюм и тонкую кольчугу в сундук под сиденьем кареты.
— И еще кое-что. Ты ведь собираешься играть роль охранника при богатой аристократке, правильно?
Мара кивнула, подтверждая мои слова.
— Что принято у ваших воинов делать с волосами?
— Воины собирают волосы в хвост, как это делаю я.
— Но людям неизвестны обычаи орков, для них твои длинные волосы будут яркой приметой.
— И что? — с глуповатым видом переспросила Мара, не понимая, к чему я клоню.
— Предлагаю сбрить тебе волосы. Это сделает тебя неузнаваемой. Ты выше и в плечах шире большинства людей, с утянутой грудью и лысиной тебя любой примет за мужчину.
— Но кожа под волосами бледная. Будет сразу видно, что они сбриты недавно, — нахмурившись, сказала орка, которой моя идея пришлась не по душе.
Улыбнувшись, я покопался в коробке с красками и выудил оттуда баночку болотно-зеленого цвета.
— С этой мазью бритая голова будет выглядеть естественно, будто ты всю жизнь так ходила.
Орка нахмурилась. Долго и внимательно изучала баночку, лежащую на моей ладони. В душе Мары происходила борьба между разумностью и приверженностью древним обычаям. На мгновение мне показалось, что старые привычки возьмут верх, но через несколько мгновений орка произнесла:
— Приступай…
Она протянула мне острый как бритва кинжал и повернулась спиной.
Изначально я воспринимал эту затею как маленькую месть зеленой, которая придумала переодеть меня в женщину. Но, видя ее сомнения, понял, что для нее это действительно важно — это не каприз и не женское тщеславие. Очевидно, волосы были для Мары каким-то символом. Я молча принялся брить ее голову — подшучивать расхотелось.
В мужской одежде и с бритой головой орка выглядела устрашающе. Мара была не лишена своеобразной дикой красоты, а теперь красота исчезла, осталась одна дикость. Передо мной стоял звероподобный мужик.
Ехать решили перед самым рассветом, до первых петухов. В это время нормальный люд крепко спит по домам. А стражники, досиживающие ночное дежурство в ожидании смены караула, не обратят внимания даже на кавалькаду всадников… Не говоря уже о маленькой карете, запряженной двойкой лошадей.
Мы подъехали к воротам и остановились.
Нам навстречу из каморки вылез сонный молодой офицер.
— Кто такие, с какой целью въезжаете в город?
Орка, сидевшая на козлах, молча протянула ему бумаги. Из подорожной следовало, что я знатная эльфийка, путешествую с дипломатической миссией и никто не должен чинить мне препятствия.
Увидев документ, парень слегка растерялся. Но через пару мгновений взял себя в руки и громко сказал:
— Разрешите заглянуть внутрь кареты, леди Илионира Дэй'Аллиэльская?
— Да как ты смеешь!.. — зарычала орка.
— Спокойно, Гекир. Офицер просто исполняет свой долг, — осадил я орку, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно мелодичнее и мягче.
Отодвинув занавеску, я посмотрел прямо в глаза стражнику. Парень как вкопанный застыл на месте и молча уставился на меня. «Раскрыли!» — кольнула тревожная мысль. Но во взгляде офицера я увидел лишь искреннее восхищение и откровенный мужской интерес. По спине пробежал неприятный холодок. «Ну, Мара, удружила», — подумал я, а вслух с чарующими интонациями произнес:
— Благодарю за службу, офицер, — и протянул парню несколько серебряных монет. Взяв их, человек низко поклонился и сказал:
— Проезжайте, леди, не смею вас задерживать.
Прежде чем уехать, я спросил у офицера, где находится самый дорогой постоялый двор. Парень охотно объяснил, как проехать к пансиону с вычурным названием «У монарха за пазухой».
Вскоре наша карета остановилась у дверей красивого здания. Дом был каменным, трехэтажным, с большими арочными окнами и монументальным крыльцом. Мара соскочила с козел, открыла дверцу кареты и подала мне руку. Как должен действовать телохранитель, орка знала отлично — видно, неплохо училась в так называемой «школе мордобоя», о которой она с такой любовью рассказывала. Ступив на землю, я медленно поплелся к входу в здание, стараясь при этом двигаться грациозно и непринужденно. Ходить в женской обуви было ужасно неудобно, да еще и подол платья норовил запутать ноги.
Мара распахнула передо мной двери, и мы вошли в просторный зал, освещенный магическими светильниками, — трактир при постоялом дворе. Здесь было чисто и красиво: пол был выложен мраморными плитами, блестящими и надраенными до идеальной чистоты, стены задрапированы красивой тканью и украшены картинами, на окнах стояли вазы со свежими цветами. Слева от входа за стойкой дежурил слуга.
— Госпоже что-то угодно? — спросил он, кланяясь.
— Снять комнату.
— Сию же секунду, позову управляющего, — сказал слуга и быстро удалился, скрывшись за боковой дверцей.
Ждать пришлось недолго, буквально через несколько мгновений перед нами предстал пожилой мужчина в опрятном дорогом костюме.
— Самую лучшую комнату, и чтобы для моего телохранителя было место, — высокомерно произнес я, не дожидаясь, пока он что-нибудь скажет.
— Цена…
— Не имеет значения, — холодно перебил я.
— Как вам будет угодно, госпожа, — залебезил управляющий. — Что-нибудь еще изволите? Все, что бы вы ни пожелали, мы постараемся устроить со всей возможной быстротой.
— Позаботьтесь о лошадях и багаже. Завтрак подадите в комнату через пять часов.