"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Так и они могут! — воскликнул Свиртл.
— Пошли отсюда, Лэй, — произнесла я, — обосноваться в доме — самоубийство. Тут нас точно найдут.
Старик хитро улыбнулся:
— Вы уверены?..
Вручив мне куропатку, он легко взбежал на крыльцо, потянул дверь и скрылся за ней. В то же мгновение дом начал стремительно бледнеть, словно линяя, и несколько секунд спустя совершенно исчез. Мы изумленно воззрились на место, где он только что стоял.
  
— Высочайший уровень, заклинание невидимости, — благоговейно протянул Лэй. Осторожно подобравшись туда, где должен был находиться дом, эльф ощупал воздух и, не найдя твердой поверхности, поправился: — Недостижимый уровень. Работа с параллельным пространством…
Между тем рой приближался, и черные точки превратились в фигурки всадников. Вскоре уже можно было услышать и топот копыт.
— Ну так что решили? — В ярде от земли в воздухе появилась дверь, из-за которой высунулась голова Свиртла. Это выглядело жутковато. — Ужин стынет! — добавил старик, при этом из приоткрытой двери вырвались соблазнительные ароматы.
Издали раздался свист: всадники нас заметили. Теперь уже точно не было выбора. Я кивнула старику, и дом тут же вернулся на место. Свиртл гостеприимно распахнул дверь.
— Потрясающе! Пространство расширено в десятки раз! — прошептал эльф.
Мы очутились в огромном зале, в котором находилось невероятное количество оружия и доспехов. Были здесь арбалеты — от маленьких, почти игрушечных, до больших станковых, луки, колчаны со стрелами, кинжалы и сабли. В стойках красовались мечи: короткие «воловьи языки» и легкие кончары — «протыкатели доспехов», длинные скьявоны — оружие всадников, полутораручные клейморы и тяжелые двуручные эспадоны, кривые обоюдоострые акинаки и кракемарты, каямские скимитары и кортеласы из Зириуса, всего не перечислить. На стенах висели щиты — деревянные, кожаные и железные, круглые и каплевидные, восточные и западные, гладкие и покрытые чеканкой, простые, солдатские, и гербовые, принадлежавшие когда-то дворянам…
— Вижу, вам нравится моя коллекция, леди Мара, — сказал Свиртл. — Но прошу к столу. Ваш друг уже ждет.
Стола как такового не было: его заменяла расстеленная на полу скатерть, уставленная множеством блюд. Жареные цыплята спорили цветом корочки с золотым подносом, на котором возлежали. Рядом исходил соблазнительным ароматом розовый копченый окорок и дразнила аппетит соленая рыба. В высокой вазе горкой громоздились фрукты. Вокруг скатерти были разбросаны звериные шкуры, на одной из которых уже развалился Лэй, жадно обгрызавший куриную ножку.
Я присоединилась к другу.
— Лучшее, из собственных виноградников. — Свиртл разлил по чеканным кубкам красное вино из большой бутыли, оплетенной лозой.
От вина я отказалась, зато эльф пил за двоих и нахваливал. Неудивительно, что сразу после ужина Лэй сморило, и он уснул тут же, на теплой пушистой шкуре.
— Вот и славно, — улыбнулся старик, — а нам с вами нужно поговорить, леди Мара. — Он взмахнул рукой, и остатки трапезы исчезли. — Начну с того, что представлюсь. Белион, к вашим услугам. Впрочем, вы, орки, зовете меня Тиром.
Тир? Вот этот малорослый старичок — великий Тир, бог воинов? А где же бугры мышц, мощные руки и сияющие доспехи? Я не выдержала и рассмеялась.
— Между прочим, это вы, смертные, придумали мне облик мускулистого воина, — обиделся Свиртл. — К тому же моих теперешних сил едва хватает даже на это вот воплощение.
— Ладно. И чего тебе нужно? Кстати, может, сначала объяснишь, зачем втравил меня в историю со школой мордобоя и всем тем, что было дальше? Ведь тут без твоего участия не обошлось, правда?
— Я только подтолкнул вас, милая леди, к правильной дороге судьбы. А все, что произошло потом, суть интриги людей, которые вас с этой дороги пытались сталкивать, — надулся Свиртл, Белион, Тир… или кто он там?
Да хоть морт лысый, не верила я ему. И что-то мне напоминали его слова…
— Так вот, я хотел сказать, что мне нужен был сильный антимаг. Именно смертный, обладающий способностью сопротивляться волшебству, сумеет выжить на Диком архипелаге.
Все ясно. Знакомые рассуждения…
— А сейчас ты хочешь рассказать мне о войне богов, о том, что мир в опасности и спасти его могу только я, добыв загадочный артефакт?
— Вижу, у вашего друга нет от вас секретов, — улыбнулся старик. — Тогда не стану повторять за Лак'хой: я в отличие от нее не любитель пустой болтовни. Лучше покажу…
Он взмахнул рукой: одна из стен комнаты, заколыхавшись, исчезла, и я увидела степь, освещенную полной луной. Пахло сырой землей, молодой травой и дымом очага — запах дома. Где-то коротко взлаяла собака, но тут же замолчала, повинуясь грубому окрику хозяина. Орочьему окрику…
— Да, леди Мара, это Холодные степи, — кивнул Свиртл. — У меня осталось немного больше свободы, чем у моей товарки по несчастью. Мне хотя бы хватает энергии на создание пространственных порталов. Это вносит некоторое разнообразие в мое унылое существование. Правда, долго удерживать прорывы я не способен, так что советую вам прямо сейчас воспользоваться возможностью и прогуляться по родной степи.
Я осторожно подошла к образовавшемуся проему, обрамлявшему кусочек Т'хара, как рама картину, и поняла, что нахожусь на окраине родного селения. Вон там расшитый узорами большой шатер Гирвальта и Вергильды, а там — простенькое жилище старого Гунвальда. Он, хоть и один из самых богатых орков племени, живет скромно. А совсем рядом с порталом — руку протяни и коснешься — увенчанный черепом ятуна шатер Одноглазого Улафа.
— Смелее, Мара, — подбодрил старик.
И подал пример, первым шагнув на покрытую прошлогодней сухой травой кочку. Осторожно подобрался к шатру, приник ухом к дубленой шкуре и знаком призвал к молчанию. Я подошла и тоже прислушалась. Из шатра доносились два мужских голоса. Первый, скрипучий и холодный, от которого по коже бежали мурашки, принадлежал шаману. Во втором говорившем я узнала Бертарда.
— …ребенок?
— Не знаю, вождь. Духи сказали мне, что это не последний младенец, отмеченный печатью кровавой звезды. Они сказали, этот ребенок несет в себе чужое колдовство, человеческое колдовство. И будет еще много таких, сказали духи…
— А мертворожденные? Почему рождаются мертвые дети?
— Это те, чьи тела не выдержали заключенной в них силы.
— И откуда берутся безумцы? Почему орки вдруг стали впадать в бешенство?
— Духи сказали, с неба льется поток враждебного нам колдовства, проникает в разум орков. Не все могут справиться с ним и сходят с ума.
— Но откуда все эти напасти на наше племя? И что с нами будет теперь?
— Я не могу провидеть так далеко, вождь. Скажу только, что кровавая звезда восходит накануне больших бедствий. Мир ждут перемены, и неизвестно, как они скажутся на орках.
— Как бороться с этим? Есть ли способ?
Голос колдуна звучал печально:
— Нет, вождь. Мы бессильны против богов и природы…
— Благодарю тебя, Улаф, — медленно проговорил Бертард.
Поняв, что сейчас вождь выйдет из шатра, я отпрянула назад, под защиту волшебного дома. Свиртл тоже попятился. Оказавшись в комнате, старик взмахнул рукой, и портал закрылся, отгородив нас от степи стеной.
— Теперь вы убедились в моей правоте, леди Мара?..
Я не знала, что ответить. Путешествие в Т'хар не было иллюзией — антимаг сумеет распознать фальшивку. И еще, я ни с чем не спутала бы звуки, запахи, прикосновения родной степи. Такая искусная подделка просто невозможна. А то, что я узнала из разговора вождя с колдуном, требовало осмысления.
— Я не тороплю вас, леди, — кротко проговорил старик. — Только вот еще что: как я понимаю, соблазнять вас сокровищами богов бесполезно. Орки равнодушны к золоту и драгоценным камням и не мечтают о богатстве. Так может быть, вместо холодного металла предложить вам в награду спасение друга? Я могу помочь вернуть коня, леди Мара. Ведь вы им очень дорожите, не правда ли? Но прощаюсь. Поспите, а наутро дадите ответ.