"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Изредка удавалось вступить в схватку, но такой исход был нежелательным.
Обычный человек мало что может противопоставить Суори. Раса синекожих сильнее, быстрее, они воевали холодным оружием ещё до прихода в этот мир, у них это в крови.
Поэтому отряды всегда несли потери.
Наш отряд носил характер феномена.
Каждый день мы должны были умереть, каждый день мы шли чтобы умереть, но возвращались целыми. Тотализатор открыли сразу после бойни на мельнице, после чего с каждым днём интерес становился всё выше и выше.
  
Нас начали считать чуть ли не небожителями, прониклись уважением все, включая самих Суори. Они всё так же кривили морды, но в глубине глаз я замечал нечто иное.
Я закрылся в эмоциональный кокон после всё той же мельницы, просто уйдя в режим сна. Энергия от жрецов поступала ежедневно, но я практически перестал её тратить, просто пытаясь накопить, как можно больше.
Весь хрупкий мир повис и замер, наступила невесомость.
С каждым днём я будто всё больше покрывался коркой льда.
Однажды, когда мы вернулись после сразу трёх вызовов за одни сутки, привратник во дворце решил пошутить, шлёпнуть идущую впереди Сару по аппетитной попке.
В следующее мгновение я оказался на шаг впереди, а рука шутника уже висела плетью, сломанная сразу в пяти местах.
Я не отдавал себе отчёта, просто всё злость и усталость вылилась единым потоком.
Дикий вой разнёсся по окрестностям. Тут же подбежали другие рогачи, без разбора скручивая меня и отводя в карцер. Ночь я провёл по грудь в воде, где плавали какие-то наровящие ужалить гады.
Настроения мне это не добавило, поэтому на следующий день, стоило мне выйти, я сломал руку второму Соури.
На этот раз кретин зажал кашу, отсыпая по сути пшено из огромной бочки, не менее огромным ковшом. Тот самый Суори, что заведовал амуницией. Когда пришла наша очередь, он черпанул половину ковша и смачно харкнул туда.
Содержимое отправилось в мою тарелку.
Ковш тут же переместился ко мне в руку, я прижал конечность синекожего и от души ударил по растопыренной пятерне, раз пять, пока она не превратилась в кашу.
Снова вой, снова меня скручивают, а вот карцера не было.
Карцер не убивает, да и наказать меня серьёзно не могут, Милиена подсуетится, поэтому я и откалывал подобное. Юнг только проводил меня взбешённым взглядом, когда нас отправили на вылазку, голодных и едва собранных.
Но пообедали мы в тот день знатно.
Задачей было выследить в лесу развед отряд противника и по возможности уничтожить. Конечно-же никто не сказал, что этот отряд из тридцати рыл, вооружён и конечно же опасен.
В лес вошли вместе, но затем во мне проснулась дремлющая ярость, которую я намеренно выпустил, как лидирующую эмоцию.
Мои люди еле успевали за мной, когда я словно хищник бежал по лесу, раскинув сеть ментального скана далеко вокруг.
Синих нашли уже через два часа. После чего они начали убиваться.
Не сами естественно, а при нашей активной помощи.
Сначала действовали, как настоящие звери. Видимо все подхватили моё настроение. Выдернули три бойца из самого конца колонны. Они здорово растянулись по лесу, это стало первой ошибкой.
Когда противник осознал, что кто-то активно их подъедает, они уже лишились четверых.
Паниковать синие не стали, сплотились и густой кучкой попёрли дальше.
Вот тут пришлось туго, надо было срочно их раскачать и заставить разойтись. Поэтому в ход пошли два лука и пистолет, что были в нашем распоряжении.
К сожалению у врагов тоже нашлось чем ответить, завязалась перестрелка.
Мышку ранили. Случайная пуля пробила плечо. Девчонка охнула и осела на мшистую землю.
Сказать честно, этот момент стал переломным. Я не хотел, чтобы она умерла. Мне было абсолютно всё равно на отряд, тот случай, когда я сломал руку кретина на воротах, он был не во имя чести Сары, а потому что….
Я. Ненавижу. Ёб**ых, Суори!
Но Арина – это нечто иное. Моя кровь, а иначе быть не может. А может играл тот факт, что совсем недавно у нас было слияние источников и я буквально ощутил её боль?
Коршуном устремившись вниз по склону, я ворвался в строй синих, когда в живых оставалась ещё добрая половина отряда.
И началась мясорубка.
Отобранный меч порхал, будто лента художественной гимнастки. Я резал плоть словно масло, не ощущал сопротивление доспехов и чувствовал каждую направленную на меня пушку, меняя направление в самый последний момент.
Частенько стреляющие Суори попадали по своим же. Хаотичный бой заразил разум, я вертелся и убивал, всё больше расслабляясь, радость поглотила меня, хотя, скорее эйфория, так называется это состояние.
Вот ты полностью контролируешь себя, а вот внутри разрывается сверхновой самый мощный в мире наркотик, буквально взрывая мир красками и ощущениями.
Сколько это продолжалось? Не знаю. Знаю только что очнулся я сидя на трупе одного из синекожих, а тело содрогалось от хохота.
Теперь я псих? Или был им всегда.
  
Глава 16. Свобода не для всех
 
Так шёл день за днём, складываясь друг за другом в одну вереницу приключений.
Со стороны выглядело просто, но на самом деле, эти дни растянулись для отряда намного сильнее. Четыре часа на сон, два на дорогу, можно ещё немного поспать, если удастся сомкнуть глаза в прыгающем по ухабам грузовичке.
Парочку раз один боец из подопечных Сары пробовал подремать, положив голову себе на руки, а те в свою очереди на колени. Одна эта сцена уже говорила сама за себя, настолько люди были вымотаны. «Спящий» представлял довольно весёлое зрелище. Постоянные кочки не давали уснуть, глаза слезились и смыкались, он раздражённо ругался себе под нос, но всё таки засыпал на несколько минут, до очередной встряски.
На особо мерзкой кочке его подкинуло настолько высоко, что он чуть не сломал себе челюсть собственным коленом.
Что говорить о людях в отряде, даже меня декада вымотала как следует, иначе бы не срывался на всех подряд, под угрозой казни.
Организм изнывал от нагрузок, а мы всё ездили и ездили.
На нас делали ставки каждый выезд и каждое наше возвращение народ делился на два лагеря, выигравших и проигравших. Проигравших с каждым днём становилось меньше, это уже стало рутиной.
Болота, леса, равнины и горы, под землёй и под водой, мы разгребали всё то дерьмо, что представляли собой отношения между лидерами кластеров на континенте.
Ахарон если честно был зажравшимся куском идиота с манией величия конечно же. Он нахватал столько территорий, что по её удержанию требовалась целая армия. Не даром, почти тысяча рабов тренируются на износ ради того, чтобы сдохнуть одним светлым днём.
Многочисленные соседи, территории которых соприкасались с кластером Ахарона не нападали. Но каким-то чудом через них проходили охочие до грабежа и разбоя отряды. Странно…
Тот, кто решал пощипать Ахарона и имел с ним общие границы, тут же становился новой территорией жирного ублюдка.
Почему жирного? Ну, я его так представлял, а каким должен быть это урод?
Но ради справедливости, стоит сказать, что территории этого гавнюка отлично вписывались в планы. Во первых, я изучал новые и новые места, знакомился с укладом Суори и разведывал обстановку. Во вторых, я вербовал всё больше жрецов, которые уже через несколько часов начинали нести имя моё в народ.
Самым приятным было растекающееся тепло поступающей энергии, сразу после зачистки очередной локации и возвращения обратно в дворец. Первый шум спадал, люди собирались в круг и бурно обсуждали произошедшее. Вот тут жрецы начинали свою жатву. Они говорили о некоем символе, боге, человеке, сущности, которая однажды поможет всему человечеству, которая станет лучом надежды.
  
Кто-то сразу же проникся верой, особенно те, кто видел меня в бою. Они понимали о ком идёт речь. Остальные расходились и уже дома варились в соку собственных размышлений. Я чувствовал каждого из них, чувствовал, как он ломается и сдаётся. Я чувствовал, как деревянный пол впивается в колени, как он встаёт и возносит молитву безымянному, ведь верить больше не во что.