"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
- А вы, господа, кто? - спросил профессор с таким видом, словно увидел перед собой нерадивых студентов, год не ходивших на его лекции, а теперь явившихся сдавать экзамен.
- Мы - воины Господа, рыцари Тайного Ордена, - непонятно представился тот, кто пришел на помощь первым.
Человек принялся указывать на своих спутников по очереди и называть их имена:
- Брат Лука, брат Сергий, брат Леонид. А я отец Андрей, настоятель монастыря.
В представлении Макса, поведение этих людей так не вязалось с их духовными званиями, что он недоверчиво прищурился. Насколько он мог судить по фильмам и книгам, мечами размахивать могли только какие-нибудь буддистские монахи. Шаолиньские, например. Во Владивосток, например, даже приезжал такой аттракцион: монахи Шаолиня демонстрировали свои непревзойденные боевые навыки, а также чудеса пластики, растяжки и акробатики. Но Макс и в этом сомневался: ему казалось, что это была просто бродячая труппа артистов, а шаолиньские монахи как сидели в своих горах, так и сидят до сих пор. Ну, а уж о том, чтобы послушники православного монастыря бегали ночью, размахивая оружием, Макс никогда ничего не слышал и не читал. Более того, был точно убежден, что такого просто быть не может. А как же "не убий"? Как же христианская идея непротивления злу?
Видимо, эти мысли отразились на его лице, потому что отец Андрей, едва заметно улыбнувшись, сказал:
- Я все вам объясню, но здесь оставаться опасно. Вам лучше переночевать в Цитадели.
Все это было как-то непонятно, странно, но, к изумлению Макса, Виктория, не размышляя, ответила:
- Мы согласны.
Сергей Иванович с Максом отправились будить остальных. Чтобы не вдаваться в подробности случившегося, в которых он и сам не разобрался, Макс сказал только:
- Нам надо уходить, потом объясню, а сейчас некогда.
Илья молча начал собирать шатер, не задавая лишних вопросов. Аня доверчиво взглянула на Макса и принялась собирать вещи, Ромка пришел в восторг, предвкушая новое приключение. А вот с Миланой пришлось повозиться. Девушка настойчиво задавала один и тот же вопрос:
- Куда мы идем?
- В Цитадель, - ответил Макс, чтобы отвязаться, но на него обрушилась лавина новых вопросов.
- Что такое цитадель?
- В широком смысле, цитадель - это крепость, приспособленная к самостоятельной обороне. Слово происходит от итальянского cittadella, что буквально означает "маленький город", - вмешался Сергей Иванович. - В переносном же смысле - твердыня, оплот.
- И что там? - не успокаивалась Милана.
- Да вроде бы, православный монастырь, - ответил ей Макс. - Так что собирайся, и пошли. В любом случае, лучше переночевать там, чем ждать еще одного нападения.
Судя по выражению лица, Милана так не считала. Она открыла было рот, чтобы возразить, но осеклась и неохотно встала.
- Я готова.
- Следуйте за нами, - подходя, произнес отец Андрей.
Отряд двинулся следом за настоятелем, двое монахов шли по бокам, словно конвоируя, а третий замыкал шествие.
Обогнув сопку, отец Андрей остановился и указал вперед:
- Вот она, цитадель святого Николая Угодника.
Перед путниками высился каменный замок, окруженный широким рвом. Подойдя к нему, брат Лука снял висевший у него за спиной странного вида инструмент, напоминающий охотничий рог, и подул в него. Раздался громкий рев, и спустя минуту от стены замка отделился мост, повис на цепях, затем медленно лег, соединив собой берега рва.
- Идемте, дети мои, - сказал настоятель и первым ступил на мост.
Переходя ров, Макс поднял голову, разглядывая цитадель. Высокие глухие каменные стены заканчивались зубцами, под которыми располагались крохотные окошки-бойницы. Крепость имела неприступный, угрожающий вид. Макс подумал, что сюда, наверное, невозможно проникнуть, но и выбраться наружу так же трудно. Видимо, та же мысль пришла в голову Ане, так как девушка судорожно сжала его руку.
- Не бойся, я уверен, это друзья, - успокаивающе прошептал ей Макс.
- А я и не боюсь, - неожиданно ответила она. - Я чувствую их тепло.
Макс удивленно уставился на нее, затем, вспомнив, что Аня - эмпат, следовательно, ее чувствам можно доверять, облегченно выдохнул. Значит, действительно, все в порядке.
Перед ними распахнулись тяжелые металлические ворота, за которыми обнаружилась решетка, выкованная из толстых прутьев. Сквозь нее Макс разглядел молодого монаха, который, стоя сбоку от входа, крутил ручку какого-то механизма, очевидно, поднимающего решетку. Наконец, громоздкое сооружение медленно поехало вверх, и отряд ступил в мощеный камнем двор.
Крепость была огромна, ее действительно смело можно было назвать маленьким городом. За ее стенами располагалось множество строений. Посреди площади возвышалась часовня, обогнув которую, Макс увидел здание самого монастыря, окруженное несколькими хозяйственными постройками. К нему примыкала большая церковь, увенчанная золочеными куполами. Отец Андрей подошел ко входу в ту часть здания, которая, видимо, была жилой, перекрестился и, со словами:
- Добро пожаловать в монастырь святого Николая Угодника, - вошел первым, сделав остальным знак следовать за ним.
Макс никогда не был в монастыре, а в церкви был всего один раз, в семь лет, когда его крестили. Сам он считал себя атеистом, но уважал верования других людей. Поэтому сейчас он не совсем понимал, как правильно себя вести, чтобы не оскорбить религиозных чувств хозяев. Он в нерешительности топтался перед входом, наблюдая за своими спутниками. Первым порог монастыря перешагнул Сергей Иванович. Профессор аккуратно перекрестился, и, склонив взлохмаченную голову, шагнул внутрь, ведя за руку взволнованного Ромку. Следом, тоже осенив себя крестом, вошли Виктория с Гартом. Илья, воспитанный в иудейской вере, креститься не стал, он просто с почтением поклонился, и шагнул внутрь.
- Идем? - улыбаясь, спросила Аня и потянула Макса за собой.
Они перекрестились и вошли. За порогом оставалась Милана в компании трех монахов, которые терпеливо ожидали, когда все гости окажутся внутри. Макс оглянулся и увидел, что девушка все еще стоит, словно боится заходить. Его удивило выражение лица Миланы: она словно бы испытывала боль, смешанную с ужасом.
- Входи, сестра, - устав ждать, наконец, произнес брат Сергий.
- Да-да, сейчас, - пробормотала Милана и, будто на что-то решившись, сделала шаг через порог.
Макса удивило, что при этом девушка даже не перекрестилась, он осуждающе покачал головой, желая намекнуть ей, что она ведет себя бестактно, но Милана не заметила этого. Она плелась позади всех, спотыкаясь и тяжело дыша.
Оглядевшись по сторонам, Макс тут же забыл странное поведение Миланы, так его заинтересовал монастырь. Отец Андрей вел их по узким, извилистым коридорам, освещенным факелами, укрепленными на стенах. Здесь было множество дверей, Макс решил, что это - кельи монахов. В этой мысли он укрепился, услышав доносящиеся из-за дверей молитвы. Наконец, настоятель привел их в просторное помещение, посреди которого стояли дубовые столы и лавки.
- Это - монастырская трапезная, - сказал он. - Вы голодны, поешьте.
Брат Леонид пересек комнату и скрылся за дверью, которая, очевидно, вела в кухню. Вскоре он появился оттуда в сопровождении румяного, улыбчивого здоровяка, который нес большое блюдо с хлебом.
- Брат Евграф, - представил его настоятель. - Заботится о нашем хлебе насущном, в миру его звали бы поваром.
Поставив блюдо на стол, брат Евграф улыбнулся и снова отправился на кухню. Вскоре его стараниями стол был уставлен кушаньями. Отец Андрей произнес краткую молитву, из которой Макс понял только, что настоятель благословляет пищу, перекрестился, и сел, пригласив остальных последовать его примеру. Рядом с ним опустились на лавку братья Леонид, Лука и Сергий. Все остальные тоже сели. Макс оглядел тарелки: меню его порадовало. Ничего особенного, конечно, но после стольких дней путешествия под землей, когда им приходилось довольствоваться сухарями, это было просто королевское угощение. Здесь была какая-то жареная рыба, вареная картошка, исходившая ароматным паром, квашеная капуста, соленые и свежие огурцы, пучки зелени и свежий, еще теплый, хлеб. Посреди стола стоял большой кувшин, в котором оказался кислый квас. Макс быстро накидал на свою тарелку понемногу всего, и принялся за еду. Утолив первый голод, и вновь обретя способность мыслить, он задумался: а откуда здесь, во Мраке, такое изобилие?