"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

– Собаченька, милая, да прости ж ты меня, неразумного! - умилился хозяин, робко протягивая руку к Роки.
Пес великодушно позволил погладить себя по спинке и даже несколько раз вильнул коротеньким хвостом.
– Все понятно, а что за церемония венчания? И куда пропадали девушки после первой брачной ночи? - спросил Макс.
– Да, девок много загубил проклятый! - перекрестился хозяин, - Человек сто, наверное. Тело наутро родителям отдавал, для похорон, а душа, говорил, в Свет ушла. Мы и верили, а родители еще и радовались. Вот кому горе-то сейчас!
  
– Он их убивал, что ли?
– Видишь ли, - деликатно вмешалась Виктория, - Я, конечно, могу только предполагать. Но мне кажется, что физиология демонов несколько…кхм…отличается от человеческой. Поэтому, я думаю, девушки просто умирали после так называемой брачной ночи. Вернее, из-за нее.
– Ой, бедная Анечка, - запричитала Милана.
Хозяин смутился и стыдливо проговорил:
– Ну, я пойду. Спасибо вам за все. Выздоравливайте.
Макс был уверен, что толстяк побежал по знакомым, чтобы поделиться с ними услышанным.
– Вроде бы, все разъяснилось, - сказал граф, - Кроме одного: как пан Макс сумел задушить демона?
– А пан Макс и не душил, - грустно усмехнулся Гольдштейн.
– Да помилуйте, я же своими глазами видел!
– Скажем так, это была худшая половина нашего почтенного пана Макса. Его, так сказать, темная сторона.
– Ладно, если вопросов больше нет, то пойдемте ужинать. Надеюсь, в трактире уже появилась нормальная еда. А завтра с утра выступаем. До Старограда остались какие-нибудь сутки пути, - сказала Виктория.
Макс встал и направился к двери. Он чувствовал сильный голод. Куриного бульона ему явно не хватило.
– Ты ничего не забыл? -улыбнулась Виктория.
– А что?
– Сними наконец белый балахон! Ты похож в нем на сумасшедшего!
  
Глава 49.
 
Рано утром отряд выехал из Славного и двинулся на север, к столице. День выдался прохладный. Максу подумалось, что за всеми приключениями, переживаниями и битвами он не успел даже заметить, как пришла осень. По обеим сторонам дороги стояли редкие деревья, листья которых уже наполовину пожелтели и теперь медленно облетали, падая в дорожную пыль. Все всадники нарядились в теплые плащи, граф щеголял камзолом на меху, а его слуги надели что-то типа армяков. И лишь один Роки зябко ежился в своем мешке, который насквозь продувался холодным ветром.
– Бедный ты мой! Как же я о тебе не подумал! - сказал Макс, закутывая пса в шерстяную куртку от нового костюма и засовывая обратно в мешок, - Ну ничего, в Старограде закажу для тебя меховой комбинезон у самого лучшего портного.
– Только не забудь, и пусть еще капюшон сделает, - обиженно проскулил Роки.
– Тогда уж и мне теплую попону, - потребовал Малыш.
Отряд двигался быстро, лишь ненадолго остановившись на обед в придорожном трактире. Все понимали, что и так потеряли много времени, застревая в каждом городе на несколько суток, и решили остановиться на ночлег как можно позже, чтобы сократить завтрашний остаток пути. Поэтому ночь застала всадников в дороге.
– Еще немного, и разобьем лагерь, - сказала Виктория, - Надо только найти подходящее место.
Редколесье закончилось, и теперь вдоль дороги простиралась равнина, покрытая низкой травой. Изредка на ней попадались небольшие холмики. Из-за сгущающейся темноты нельзя было рассмотреть их подробно, но Макс почему-то вдруг ощутил смутное беспокойство. Он присмотрелся к странному рельефу и увидел, что холмы перемежаются с ямами, выкопанными, очевидно, совсем недавно, потому что кучи земли вокруг них еще не успели осесть. Продолжая оглядываться по сторонам, он заметил на некоторых холмах деревянные кресты.
– Мать моя, так это же кладбище! - воскликнул он.
В свете последних событий этому известию никто не порадовался, и всадники принялись погонять коней, чтобы как можно скорее миновать опасное место. Вокруг стояла леденящая тишина, в которой гулко отдавался топот копыт. Вдруг Роки глухо и угрожающе зарычал, заставив Макса вздрогнуть от неожиданности.
– Тихо, не возмущайся! - попытался он успокоить пса.
Но тот упорно продолжал перекатывать в горле сердитые звуки. Малыш шарахнулся назад, испугавшись какой-то тени, быстро скользнувшей перед его копытами. Тревожно заржали остальные лошади, Роки зарычал громче, теперь в его голосе звучали визгливые нотки. Макс всматривался в темноту, пытаясь определить, что напугало животных. Между двух могильных холмов что-то шевелилось.
– Трупоеды! - закричал Кшиштоф и пустил своего коня вскачь.
По обе стороны дороги сбивались в кучи уродливые твари, уже виденные Максом в Торговом городе. Худые и гибкие, будто у них совсем не было костей, бледные и желтоглазые, они осторожно подползали ближе к дороге, жадно глядя на людей и издавая омерзительное шипение.
– Бежим, - заорала Виктория, - Они голодные!
Но тут несколько трупоедов кинулись наперерез всадникам и загородили дорогу, остальные подбежали сзади, отрезая пути к отступлению. Они протягивали длинные руки, пытаясь стащить людей на землю, хватали за ноги лошадей, повисали на стременах. Макс выхватил меч и, размахнувшись, раскроил череп одной из тварей. Трое из ее товарок тут же кинулись к трупу и разорвали его в клочья, жадно пожирая еще дымящуюся плоть. Их тонкогубые пасти окрасились кровью. Справа от Макса граф размахивал своей саблей, слева Виктория и Янош отбивались от стаи трупоедов. Макс, расчищая себе дорогу мечом, двинулся вперед, туда, где застыли в ужасе Аня и Милана. Со всех сторон, шипя, к ним подбирались мерзкие чудовища.
– Держитесь! - крикнул он девушкам, поднимая Малыша на дыбы, чтобы скинуть двоих трупоедов, пытавшихся вцепиться в шею коня.
Верный конь блестяще исполнил этот трюк, затоптав парочку копытами. Макс с размаху врубился в стаю, осаждавшую девушек, вскоре к нему присоединился граф. Вдвоем они отбили атаку, и повернулись, чтобы помочь Яношу и Виктории. Макс заметил сзади клубок бледных тел, крутящийся вокруг Гольдштейна. Лев Исаакович, единственным оружием которого был кинжал, не успевал обороняться от них, и трупоеды торжествующе шипели, предвкушая его скорое поражение. Макс пробился к нему, и принялся рубить тварей, которые, падая, тут же становились добычей себе подобных. Вскоре земля под копытами коней окрасилась кровью, и Макс не уставал благодарить бога за то, что это кровь не его и не его товарищей. Несмотря на героические усилия всадников, трупоедов не становилось меньше: с кладбища выползали все новые и новые твари. Вскоре стало понятно, что эта битва обречена на поражение, и вчетвером против такого полчища голодной нежити им долго не устоять. У Макса ныла правая рука, уставшая рубить, Виктория, Янош и граф тоже выглядели не лучшим образом. Трупоеды все прибывали и прибывали, скоро уже вся дорога была покрыта ковром извивающихся бледных тел. Отовсюду сверкали огромные глаза, карауля каждое движение людей, ожидая удобного момента для последней атаки. Макса охватило отчаяние. Погибнуть, став ужином для нежити, было очень уж противно и бессмысленно.
– Сюда! Пробивайтесь сюда! - раздался громкий крик.
Дорога впереди осветилась ярким пламенем, выхватывающим из темноты клубки омерзительных тварей. Там появился Кшиштоф, в одной руке его был меч, которым он неистово рубил трупоедов, другая рука сжимала большую еловую ветку, на конце которой пылал огонь.
– Сюда! Дальше дорога свободна! - кричал он, размахивая своим факелом и отпугивая бросающуюся на него нежить.
  
Трупоеды, натыкаясь на огонь, с раздраженным шипением отскакивали в сторону, некоторые из них уже были охвачены пламенем. Наконец, твари понемногу, неохотно и медленно, начали отходить, скрываясь между могильными холмами. Милане с Аней удалось отступить за спину Кшиштофа, и теперь девушки были в относительной безопасности.
– Прорываемся! - крикнула Виктория, и, с удвоенной энергией размахивая мечами, бойцы принялись прокладывать себе дорогу между извивающихся тел.