"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

– Кто здесь?
– Доброго дня, матушка, – ответил я. – Мы маги из Виндора, приехали в помощь вашим целителям.
– Да хранит вас Луг, добрые господа, – кивнула слепая. – Может, и сумеете помочь нашей Дженни. Бедная девочка не в себе с тех пор, как эльфы у нее на глазах зарезали ее родителей. Саму Дженни и двух ее младших сестер обесчестили, а потом волшбой ударили. Вся ее семья погибла, она одна чудом выжила. Да только вот к добру ли такое чудо? Кому теперь нужна несчастная безумица? – Старуха с трудом поднялась и зашарила вокруг себя, приговаривая: – Тише, Дженни, тише…
  
– Вам лучше побыть снаружи, – тихо сказал я эльфам и шагнул в шатер. Присев на корточки перед девушкой, успокаивающе погладил ее по голове: – Не плачь. Они тебя не тронут.
Постепенно Дженни затихла, перестала трястись и лишь изредка судорожно всхлипывала. Я вышел в астрал, прикоснулся к ее сознанию и погрузился в беспорядочный поток мелькающих, обрывающихся, накладывающихся друг на друга картин. Они были какими-то нечеткими, размытыми, и их все время перекрывал самый сильный, яркий образ – эльф, закинувший белокурую голову в веселом смехе. Вернувшись в свое тело, я сказал, обращаясь к слепой:
– Не волнуйтесь за Дженни, матушка. Она выздоровеет. После перенесенных страданий затуманенный разум – благо для нее. Когда ее душа будет готова справиться с горем, сознание вернется.
Старуха очень обрадовалась, заулыбалась беззубым ртом:
– Вот и славно, вот и хорошо…
– Давайте я посмотрю вас.
– Не нужно, мил человек, – спокойно, словно речь шла о чем-то постороннем, произнесла она. – Глаза у меня в пожаре выгорели. Новые не вырастут, а от боли мне зелья помогают.
В ее словах было столько искреннего смирения, столько внутреннего достоинства, что я не нашелся с ответом. Отвесив поклон, будто слепая могла его видеть, вышел из шатра.
Мэй'Клилли и Рил'Айэлле стояли неподалеку, тихо перешептываясь. Мне показалось, что девушка что-то настойчиво доказывает своему другу, а он не желает соглашаться.
– Если вы еще недостаточно увидели, светлый тисс, мы можем зайти в следующий шатер, – вежливо, стараясь, чтобы в голосе не проскользнуло ни нотки злобы или издевки, сказал я. – Хотя это нежелательно. Там дети, они могут испугаться.
– Благодарю вас, герцог, – так же ровно ответил первозданный, успевший вернуть хладнокровие, свойственное его расе. – Я хотел бы вернуться в Эллиар. Мне нужно поговорить с Мэй'Аэлли.
Я молча кивнул, соглашаясь.
Лютый с Дрианном по-прежнему сидели на камнях, изредка лениво переговариваясь. Только, скрываясь от солнца, припекавшего уже по-летнему, перебрались в тенек. Увидев меня, ребята немного оживились.
– Ну что, уговорил? – мысленно спросил Дрианн.
– Не знаю.
Рил'Айэлле, бледная, с побелевшими губами, но сумевшая сохранить уверенную походку и гордую осанку, прошествовала в глубь крепости и скрылась за донжоном.
– Хорошенькая… – небрежной мыслеречью прокомментировал Дрианн.
– Эльфийка… – коротко ответил Ом, и это прозвучало как "чудовище".
Мэй'Клилли тем временем направился к коменданту. Немного отстав от него, я двинулся следом и остановился перед входом в донжон. Было у меня предчувствие…
Первозданного не было довольно долго. А когда он появился, я понял, что сбылись мои самые неутешительные прогнозы. На смазливой физиономии мальчишки читалось выражение мировой скорби и твердой решимости.
– Вы были правы, герцог Марслейн, – заявил он. – Дядя подтвердил ваши слова. Воины илльф действительно убивали мирное население, жгли и насиловали. Честь превыше жизни. Мы заплатим за этот позор…
– Всеобщим ритуальным самоубийством, – закончил за него я, едва сдерживаясь, чтобы не отвесить парню хорошего пинка.
Да что там пинок. Выкрутасы этого юнца до того мне надоели, что я бы с радостью помог ему свести счеты с жизнью, если бы не миссия, требовавшая эту жизнь сохранить и использовать во благо Галатона. Ну, что за народ, а? Ни слова в простоте – сплошной пафос и бесконечная гордыня.
– А в бою умереть не хотите? – поинтересовался я. – Все же более почетно. Вы не творили бесчестия. Почему же собираетесь расплачиваться за чужие преступления? И потом, вы уверены, светлый тисс, что все разделяют ваши взгляды? Вот Рил'Айэлле, по-моему, вполне достойна того, чтобы жить.
– Я должен подумать, – опять заявил владыка. – И поговорить с илльф.
– Нет уж, знаете ли, – жестко обрубил я. – Давайте для начала проверим, сумеет ли хоть кто-нибудь из вас отразить атаку некроманта. Может статься, для споров нет никакого повода. Если у вас не окажется таких способностей, мы уйдем, и вспарывайте себе животы на здоровье.
– Мягче, мягче, дорогой друг! – забубнил в моей голове Артфаал. – Этак вы его и вправду к самоубийству подтолкнете…
Но я решил, что достаточно уже потакал этому напыщенному бестолковому мальчишке. Настало время для более предметной беседы. И поставил вопрос ребром:
– Так что, согласны на испытание?
– Я согласна, – вдруг произнес чистый нежный голос.
Резко обернувшись, я увидел Рил'Айэлле, стоявшую в паре шагов от донжона.
– Элле! – укоризненно воскликнул Мэй'Клилли.
– Я согласна на испытание, – твердо повторила девушка. – И я не хочу убивать себя. И… я не хочу, чтобы умер ты, Клилл, – едва слышно добавила она.
– Простите за вопрос, светлая тисса: владеете ли вы искусством эльфийского волшебства?
– Я считаюсь неплохим магом, – с непередаваемым высокомерием ответила Рил'Айэлле.
Я слегка поклонился.
– В таком случае можем приступить.
– Тогда давайте проведем испытания в донжоне, – предложил юноша.
Магесса гордо вскинула голову:
– Нет. Мне нечего стыдиться. Пусть поединок видят все первозданные.
Мне ее пожелание было только на руку. Я надеялся, что строптивые эльфы, увидев, как владычица Дома Рубиновой луны меряется силами с некромантом, захотят последовать ее примеру. Ну, или по крайней мере не совершат самоубийства, раз уж высокопоставленная соплеменница не собирается умирать.
Вскоре все было готово к проведению испытания. Первозданных дважды приглашать не пришлось: в полном составе окружили площадь перед центральным донжоном. Меня такой энтузиазм не удивил: магический поединок вносил хоть какое-то разнообразие в их жизнь, которая в последние дни сделалась серой, горькой и безнадежной. Рил'Айэлле стояла посреди площади, ожидая сигнала к началу испытания.
– Ты там смотри, без фанатизма, – на всякий случай мысленно предупредил я Дрианна.
Не хватало только прибить или покалечить эльфийку. Тогда уж точно ни о каком договоре речи быть не может. Некромант с мрачной игривостью подмигнул: мол, обижаешь, друг. И все же я был готов в любой момент прервать испытание. А то знаете, как в народе говорят: пожалел дракон девицу – оставил юбку да косицу.
Дрианн с отменной вежливостью поклонился и артистично взмахнул кистями рук. Рил'Айэлле никак не отреагировала на это предупреждение. Некромант выкрикнул короткую фразу на ханди, и с его пальцев полилась волшба. Я сразу понял, что друг сдержал обещание: заклятие было сделано едва ли вполсилы. Девушка выставила перед собой сведенные вместе ладони, отвечая чарами на чары. Два потока столкнулись и почти сразу же безобидно истаяли в воздухе.
– Ничья, – усмехнулся Лютый.
– Может быть, тисс некромант знает более серьезные заклятия? – в вежливой фразе эльфийки звучала если не издевка, то изящно завуалированный вызов.
Я перевел и добавил от себя:
– Не перестарайся все же.
На этот раз Дрианн атаковал энергичнее. Волшба словно взрезала магию девушки, жадно потянулась к ней, но Рил'Айэлле вовремя добавила еще одно заклинание и сумела отбиться. Правда, это стоило ей большого труда. В последний момент эльфийка пошатнулась и едва удержалась на ногах.
  
– Безусловно, у очаровательной владычицы есть потенциал, – галантно сообщил Дрианн.
Я перевел, опустив "очаровательную". Мало ли, может, дети леса сочли бы это слово вызывающим.