"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

На плечо легла чья-то рука, держала вождя осторожно, но твердо.
– Уран, Уран… – повторял смутно знакомый голос.
Кто посмел? Бешено взвыв, Уран-гхор обернулся, занося меч для удара.
– Уран-гхор, битва кончена.
Вовремя остановил вождь свою руку, сдержал убийственный замах. Перед ним Ярх стоял, раненый, но живой.
– Битва кончена, – повторил он.
– Хорошо…
Молодой орк огляделся, увидел только горы мертвых тел и своих степных воинов, усталых, израненных, окровавленных. Перевел взгляд на свою руку, все еще крепко сжимавшую меч.
  
– Вернулся, – облегченно вздохнул Ярх. – Я уж испугался, вождь. Когда живых людей не осталось, ты принялся трупы рубить.
К Уран-гхору подошел Роб. Укоризненно покачал головой:
– Прогони зверя, сын. Навсегда прогони.
– Но я ведь отпустил его только в бою, отец!
– Он и в бою тебе не нужен. Ты и без зверя великий воин, Уран-гхор. Зверь отнимает разум.
Вождь хотел было ответить, пообещать, что в другой раз справится со своей душой, но его внимание привлек слабый крик, доносившийся из разрушенного дома. Уран-гхор резко развернулся и зашагал на звук.
В развалинах он застал троих степняков, которые были так увлечены своей забавой, что даже не заметили вождя. Один из орков прижал к земле молодую девушку и срывал с нее одежду, двое других с одобрением следили за ним, ожидая своей очереди. Несчастная плакала и на своем языке молила о пощаде, но слезы ее не могли растопить души воинов.
Меч Уран-гхора со злобным свистом рассек воздух и обрушился на шею воина, под которым билась девушка. Отсеченная голова покатилась по земле, обезглавленное тело содрогнулось в конвульсии и тяжело рухнуло, придавив рыдающую жертву и обдав ее фонтаном горячей крови.
– Что сделал ты, вождь? – воскликнул один из оставшихся воинов. – Разве женщины – не законная добыча победителей?
– Когда два орочьих племени бьются друг с другом, разве победители бесчестят женщин? – тяжело проговорил Уран-гхор.
– Нет, они уводят их в полон, делают своими женами или работницами. Но ведь это орочьи женщины! Ты же защищаешь человеческих самок.
– Мы воины, – сказал Уран-гхор, – И должны сражаться с воинами. А всякий беспорядок превращает войско в стаю. – Он вышел на улицу и громко крикнул: – Слушайте меня, орки! Каждый, кто будет грабить, бесчестить или убивать слабых, отведает моего клинка. Слово вождя!
– А что делать с этими? – спросил Ярх, указывая на пленных, которые учили орков стрелять из пушек.
Уран-гхор молча провел по горлу ребром ладони. Поняв его знак, тот солдат, что первым согласился помочь, выкрикнул:
– Как же так, вождь? Ведь ты обещал…
– Предатель недостоин жизни. Тот, кто предал один раз, предаст еще. Это закон Морриган, – произнес вождь на орочьем.
Он не старался сказать так, чтобы люди его поняли. Они были для него еще хуже, еще гаже, подлее, чем остальное человеческое племя. Потому что нет страшнее греха, чем предательство. Но лоб Уран-гхора насупился, губы презрительно искривились. И люди догадались, что говорит этот суровый орк. В то же мгновение их сердца перестали биться, пронзенные мечами.
Вождь приказал отыскать всех, кто выжил в развалинах среднего города. И когда высокие стены внутреннего города – последнего оплота людей – окрасились розовыми лучами рассвета, на площадь согнали толпу пленных. Женщины прижимали к себе плачущих детей, укачивали их, уговаривали замолчать, боясь, что крики разозлят угрюмых орков. Юные девушки прятали лица под платками, заслоняли рукой, чтобы их красота не послужила соблазном для степняков. Безнадежными были тусклые взгляды стариков и старух, едва державшихся на ногах от усталости и пережитого ужаса.
Уран-гхор осмотрел это измученное, дрожащее, испуганное человеческое стадо, повернулся к стене внутреннего города и выкрикнул на орочьем, не заботясь, поймут ли его люди:
– Я предлагаю вам сдаться без боя! Тогда мы пощадим женщин, детей и стариков! Даю вам время до полудня!
Молодой вождь знал: тот, кому нужно, услышит и поймет его слова.
 * * * 
– Сдаться без боя? – изумленно переспросил у связующего амулета мэтр Вернье. – Сдаться без боя! – со злобной издевкой прорычал он. – Не дождутся, вонючие выкидыши Хайниры, чтоб их… – далее последовала длинная заковыристая фраза, определяющая степень родства орков со всеми обитателями мрака и содержащая рекомендации тем же оркам вступить в извращенные любовные отношения с собственными демоническими предками.
Главный маг растерял всю свою галантность. Впрочем, он не боялся оскорбить чей-нибудь слух: коменданта подобные экзерсисы не смущали, а практикантка давно уже покинула башню. Девушка оказалась не такой изнеженной и беззащитной, какой выглядела вначале. Оправившись от первого потрясения, вызванного видом звероподобных степняков, она вежливо, но твердо осведомилась, чем может быть полезна. Мэтр Вернье отправил магессу к волшебникам, укреплявшим защиту стен и ворот. Сам же остался в башне, где его присутствие было необходимо.
– Именно это он и предложил, – в голосе коменданта звучала усталая хрипотца.
– Ну, по крайней мере, у нас имеется время до полудня, – пробормотал чародей. – Сможем подготовиться…
– Мэтр Вернье, скажите сразу: каковы шансы? – уточнил комендант. – Я спрашиваю о магии. Сумеете ли вы что-нибудь противопоставить дикарям?
– Приложим все усилия, – спокойно ответил волшебник и опустил амулет.
Но выражение лица мэтра Вернье противоречило сказанному. Разумеется, ни маг, ни комендант даже не рассматривали возможность добровольной сдачи крепости и ни на минуту не поверили в обещание Урана отпустить пленных. Дикий народ не способен на такое великодушие, и несчастных, попавших в лапы орков, можно было уже считать мертвыми. Только вот волшебник не был уверен в том, что Ле-Сили удастся выстоять до прибытия подкрепления.
Едва орочье войско оказалось в пределах видимости, в столицу полетело сообщение о нападении. Мэтр Вернье был уверен, что в настоящее время к крепости движутся многочисленные войска. Только вот от столицы до пограничного города – трое суток пути. Плюс время на формирование, подготовку… "Не выстоим, – пронеслось в голове, но маг тут же подавил паническую мысль: – Обязаны".
Дело осложнялось тем, что мэтр Вернье не знал, чему именно приходится противостоять. Он не мог определить источник магии орков. Это точно было не стихийное волшебство. И не темное – в том смысле, что шаманы черпали силу явно не из мрака – заклятия призыва демонов чародей легко опознал бы. На тонкую магию тем более не похоже. Тогда что? Мир невозможно познать до конца, в этом мэтр Вернье был уверен. Наверняка в природе имеется еще множество источников магической энергии, неизвестных человечеству. Вполне вероятно, что случайно дикари обнаружили и сумели использовать один из них. Хотя, может, все было гораздо проще и страшнее. Мощь колдовства шаманов напомнила мэтру Вернье статьи в учебнике о магии бездны – древнем волшебстве, секреты которого считались утерянными в веках. В тех же учебниках упоминалось, что бездной как источником пять столетий назад пользовались орочьи шаманы. Но с утратой письменности степняки разучились обращаться к бездне, что и привело к ослаблению их расы. Что, если старик, предводитель шаманов, владел древними знаниями?
Магу очень не хотелось допускать такую возможность. Ему даже думать об этом было жутко. Потому что он не знал ни резервов этой волшбы, ни способов ей противодействовать. Но легкость, с которой орки взяли две преграды, заставляла предполагать самое худшее.
  
И тем не менее, мэтр Вернье был полон решимости сопротивляться до конца. В который раз уже он проверил состояние координирующих артефактов, связался с магами, накладывавшими дополнительные созидательные чары на стену и ворота, еще раз согласовал с комендантом все действия. Оставалось только ждать полудня, если, конечно, орочий вождь сдержит свое слово. Главный маг, заложив руки за спину, стоял перед увеличивающим экраном, издали могло показаться, что он внимательно разглядывает войско противника. Но глаза мэтра Вернье были прикрыты, а губы беззвучно шевелились: чародей молил богов, чтобы ниспослали ему силы и не дали руке дрогнуть в решающий момент.