Любимая мафиози (ЛП)

Он схватил меня за запястье и отдернул мою руку от себя. — Заведи руки за голову, — приказал он. – Отдайся мне.
Его доминирование стало для меня наркотиком, и я поспешила подчиниться. Поза поставила мое тело под неудобным углом, сиськи торчали вверх и выглядывали наружу, едва прикрытые боди. Затем он снова оказался между моих ног, его рот оказался как раз там, где я нуждалась в нем больше всего.
– Ti prego (перев. итал. пожалуйста), — прошептала я, не в силах больше терпеть ни секунды. – Прошу тебя, Фаусто.
Это было все, что ему нужно было слышать, видимо, потому что его рот прижался ко мне, как будто он умирал от голода. Как будто мое тело было его пищей, и он был лишен ее в течение многих лет. Моя спина прогнулась, удовольствие пронеслось по моим конечностям от его нападения, его губы и язык с жадностью сосали и лизали, а я только и могла, что сидеть на диване и терпеть. Я вынуждена была принимать удовольствие, получаемое от него, и не отдавать ничего, но его рыки и вздохи в моей плоти говорили о том, что ему это нравится не меньше, чем мне.
Плоской гранью языка он массировал мой клитор, а затем взял его в рот, чтобы пососать. На лбу выступили капельки пота, а бедра задрожали. Возникшее напряжение было почти невыносимым. В моем животе свернулись клубки вожделения, но от этого мужчины не шло ни облегчения, ни нежности. Это было почти как наказание. Смерть от потрясающей головы.
– Знаешь, что я хочу услышать, — сказал он, прижимаясь ко мне носом.
– Расскажи мне.
О чем он говорил? Все пульсирует. Я была так чертовски близка.
– Не останавливайся, пожалуйста.
Два толстых длинных пальца проникали в мое отверстие, расширяя и наполняя меня самым лучшим образом. После столь долгого времени мне было неприятно, но я приветствовала жжение, когда пальцы проникали внутрь меня. — Святое дерьмо, —вздохнула я, и от сладостного давления его пальцев у меня чуть не зарябило в глазах.
– Скажи мне, кому ты принадлежишь, Франческа.
Я замотала головой, прижавшись к дивану. Я не могла. Он требовал слишком многого. Я не была готова сказать это.
Когда тишина затянулась, он стиснул мой набухший клитор. Я вдавила пальцы ног в пол, боль была сильной и яркой за моими веками. — Черт! — воскликнула я, и боль быстро утихла, превратившись в выброс эндорфинов. Он мягко поцеловал узелок, как бы извиняясь, и я задыхалась, почти всхлипывая от желания кончить.
Он резко встал, ткань его брюк мягко прижалась к моим ногам. В замешательстве я позволила ему расположить меня на руках на диване, лицом вниз, с поднятой вверх попкой. Я услышала, как он начал расстегивать молнию, и через полминуты его член встретился с моим входом. Он вошел без предупреждения, и сила толчка сдвинула диван по древесному полу на несколько дюймов. Мы замерли, и я пыталась отдышаться. Он ощущался огромным и совершенным, растягивание было болезненным, но необходимым, как будто он был частью меня. Господи, как же мне этого не хватало.
Он гладил мои лопатки, позвоночник. После этого он задрал боди вверх и через голову снял. Я была совершенно голая, в то время как его одежда была на нем. Понимал ли он, как сильно это меня возбуждает? Если знать Фаусто, то да.
Его ладонь обвилась вокруг моей шеи, прижимая меня к себе, и я расслабилась, более чем готовая к тому, что его доминирование доведет меня до того состояния, когда ничто не будет иметь значения, кроме его члена внутри меня.
Тогда он начал трахать меня, жестко и грубо толкая бедрами - лучший вид наказания. Я взлетела, наслаждение поднимало меня, заменяя все в моей голове, пока кожу не начало покалывать от приближающегося оргазма.
Застонав, я стала подниматься к нему, моя киска принадлежала ему, и он мог делать с ней все, что пожелает. Моя кульминация висела совсем рядом, и я начала дрожать, мои мышцы тряслись, я издавала бессмысленные звуки, и он, наконец, потянулся, чтобы ущипнуть мой клитор.
Белые искры пробежали по мне, и я закричала, мои стенки сжались вокруг его члена, когда я кончила. Это продолжалось и продолжалось, и на секунду мое зрение потемнело.
  
Он отстранился, и я тут же почувствовала, что скучаю по его телу. Подойдя спереди, он сел, выставив свой великолепный член на всеобщее обозрение. После этого он поднял меня, словно я совсем ничего не весила, и усадил к себе на колени, лицом к себе. Он просунул руку между нами и встал у моего входа, а затем положил руку мне на бедро, потянув меня вниз, чтобы я вошла в него. Когда я погрузилась в него на всю длину, он вытянул руки вдоль спинки дивана и стал ждать. Король мафии, довольный тем, что его обслуживают.
Черт, он был сексуальным.
Его пристальный взгляд обжигал, пробегая по моему телу, по моей груди, но при этом он не прикоснулся ко мне. Он по-прежнему не снимал одежду, кроме как для того, чтобы освободить свой член. Я хотела тереться о него, как кошка, кусать и щипать его, лизать и сосать его везде. Я принялась вращать бедрами, вводя и выводя его член из себя, то медленно, то плавно, устраивая ему шоу.
Мышцы на его челюсти подпрыгнули, его грудь поднималась и опускалась, по мере того как я двигалась, извиваясь и разминаясь, обхватывая руками свои сиськи. Я поднесла ему грудь, и он наклонился вперед, чтобы захватить сосок в рот и сосать его, не переставая, пока я не задыхалась. Он отпустил меня и снова сел, наблюдая за мной.
Я двигалась быстрее и вскоре почувствовала, как в основании позвоночника накапливается очередной оргазм. Я гналась за ним, втягивала его глубже, и веки мои закрылись, а ладони уперлись в его колени для опоры, пока я раскачивалась и раскачивалась...
– О, господи, — прошептала я. – Черт.
Я слышала его тяжелое дыхание, ощущала дрожь его бедер под собой.
Затем наслаждение лопнуло, мое тело забилось в конвульсиях, когда я кончила во второй раз. Он был менее интенсивным, чем первый, но более продолжительным, как мягкая волна. Фаусто откинул голову назад и несколько раз выдохнул, при этом каждый мускул его тела напрягся, как раз перед тем, как я почувствовала, как он расширяется внутри меня. Он застонал, его член задёргался, когда он вцепился в спинку дивана, а сухожилия на его шее резко выделялись.
Измученная, я опустилась на его грудь и попыталась перевести дыхание, наши тела все еще были соединены. Мы оставались в таком положении долгую минуту, пока он медленно поглаживал одной рукой мой позвоночник. — Это было забавно, — сказала я, когда он замолчал.
Он поцеловал меня в макушку. — Я рад.
Он был рад? Какого хрена?
И прежде чем я успела спросить его, что это значит, он разъединил наши тела, заправил свой великолепный член обратно в брюки от костюма и застегнул молнию.
Обнаженная, я смотрела, как он встает и приводит себя в порядок, разглаживая рукава рубашки и поправляя запонки. Это было похоже на наблюдение за тем, как рыцарь надевает свои доспехи, защиту, которую он использовал против остального мира.
Хотел ли он, чтобы я ушла? Не то чтобы мне так хотелось оставаться здесь. Я не могла поверить, что снова провалилась в эту кроличью нору. Хотя стоило отметить, что два фантастических оргазма в значительной степени притупили мое разочарование из-за отсутствия силы воли.
Внезапно перед моим лицом оказались штаны для йоги и футболка. — Спасибо, — пробормотала я.
Скользнув в одежду, я поняла, что мы так и не пришли к выводу по поводу Пауло. — Ты оставишь его в живых?
Фаусто прошел за свой стол, сел и открыл ноутбук. — Это то, что тебе нужно?
– Да, — решительно сказала я. – Ради Бога, нельзя, чтобы его убили. Это полностью уничтожит Джулио. Если нужно, прогони Пауло, но не причиняй ему вреда.
– Тогда я отправлю его.
Он вел себя странно. — Ты обещаешь?
– Te lo prometto (перев. с итал. я обещаю).
Удовлетворенная его ответом, я встала и размяла свои больные мышцы.
Зачем нужно кардио, если рядом Фаусто? Увлеченный своим ноутбуком, он, казалось, забыл обо мне. Стоп, разве не этого я хотела?