Магическая хирургия. Территория любви
И я обязан, должен ее найти.
Глава 2
Голубоватый отсвет болот, запах тины и затхлой воды, плакучие ивы, что склонялись и будто плакали над судьбой этого места, высокие камыши с аккуратными коричневыми пампушками…
Все вокруг будто кричало: «Найди! Найди! Найди!»
Внутри меня что-то вибрировало, обрывалось и тянулось к голосу, сильнее, сильнее…
Не припомню, чтобы даже при жизни я испытывал нечто подобное.
Я раздвигал камыши, перемахивал с кочку на кочку, припускал по змейкам грунтовок между разливами болот и шел вброд, по икры погружаясь в зеленоватую влагу.
Хаэльримы в болотные топи почти совсем не проваливались. Там, где любого другого уже затянуло бы и, возможно, поглотило совсем, мы шли, лишь чуть-чуть утопая в воде.
Кожаные, пропитанные магией сапоги не намокали, и неудобств я практически не испытывал.
Оборотни хаэльримы шли босиком, потому что иногда обращались, и одежда в этом случае лишь мешала. И так приходилось сбрасывать брюки-платья.
Большинство хаэльримов-двусущих не носили даже рубашек.
Я же как-то не приучен был выходить «в свет», оголяясь до пояса.
Разве что сегодня, когда все, к чему привык, и чем жил стало неважным по сравнению с желанием найти незнакомку. По сравнению с острой, какой-то жгучей необходимостью спасти ее. Обязательно! Непременно!
Хотя я еще даже не представлял – возможно ли это…
Однако другого варианта даже не мог и рассматривать…
Какое-то время чудилось – звук не становится громче, а, значит, я не приближаюсь к своей важной цели.
Стало так жутко, хоть волком вой.
Я аж дрожал от нетерпения и волнения.
Внезапно звук оборвался на выдохе…
И я заметался, начал бегать, как ненормальный.
Искать, осматривать окрестности…
Снова и снова…
Молить… Ну давай же! Давай! Ну подай же опять голос!
Незнакомка молчала, и мое сердце, которые уже много месяцев билось с частотой пять ударов в минуту, вдруг заколотилось чаще эльфийского. В ушах звенел пульс. Я уже очень давно такого не чувствовал.
Я запаниковал, не слыша ее голоса.
Начал еще быстрее и заполошней искать…
Взгляд цеплял детали: разбитый грузовой автомобиль, который провалился сюда из внешнего мира. Чьи-то вещи – мешок военного с амуницией и провизией.
Повисшая на ветках ивы разодранная одежда раненого – его еще вчера увезли в клинику.
Кочки, кочки, снова плакучие ивы, чавкающие пузыри на болоте, вдруг взрывающиеся мерзким хлопком… разнося вокруг фейерверки вонючей тины и водорослей.
Внезапно я уловил едва различимый вздох… и рванул в камыши.
Там, среди примятых стеблей лежала восхитительная незнакомка.
Светлая, чуть загорелая кожа казалась какой-то золотистой, нездешней.
Фигура вызывала самые живые, самые мощные мужские порывы. Высокая пышная грудь, широкие крепкие бедра и тонкая талия, как эдакий перешеек между ними. Такой, что аж голова сразу шла кругом.
Вокруг головы незнакомки огненным ореолом рассыпались рыже-красные пряди.
Личико у девушки было нежным, округлым, практически детским, с огромными глазищами… которые вдруг распахнулись, и я утонул в их янтарной глубине…
Попаданка… еще одна…
Их было несколько, и та же Василиса попала к нам несколько лет назад, в самый разгар войны с хундами.
Эта угодила примерно тогда же… Судя по состоянию ногтей и губ.
Чуть пухлые, как маленький бутон, последние были цвета спелой малины и на фоне бледного лица смотрелись несколько странно.
Ногти же, и вовсе, казались лиловыми.
Так замораживали Топи некоторых существ, давая им как бы выжить и восстановиться.
С попаданкой почему-то этого не случилось. Она умирала, и я это очень хорошо видел.
Но не погибла, еще балансировала на грани жизни и смерти…
А может… Может…
Она смотрела на меня и гипнотизировала.
Внутри просыпалось нечто мощное, давно позабытое в той, прошлой жизни эльфийского принца.
Даже вспомнилось, когда в последний раз я такое испытывал.
Вдруг очень ярко вспыхнула в памяти картинка.
Я в школе, и в класс входит восхитительная девушка. Длинные рыжие волосы, словно лепестки пламени, глазищи – зеленые, раскосые, губы – пухлые, чувственные. И я стою, смотрю, понимаю, что выгляжу, как полный дебил, но не могу, не в силах оторвать глаз от новенькой…
Та первая любовь потом как-то постепенно сошла на нет.
С Элиандриэль мы стали друзьями.
Ну а потом… потом я умер в бою.
И вот сейчас, вдруг, после трех лет безмолвия, чувства опять вдруг начали вспыхивать.
Магия заструилась по венам, окутала и я прямо видел, как она сплетается с магией и аурой попаданки… Скручивается в сложный красивый орнамент и уже не расцепить, не убрать эти связки между нашими чарами…
А потом… не знаю, что со мной вдруг случилось.
Накрыло жгучее, болезненное желание, почти нестерпимое, неестественное, плотское…
Член напрягся так, что стало аж больно, яички загудели, все тело будто собралось для единого порыва.
И сердце заколотилось, как полоумное. Во время секса с Тан оно билось разве что с частотой пятнадцать ударов в минуту.
Сейчас же, кажется, превысило сто.
Я плохо соображал, в голове плыл туман.
В ушах барабанил пульс, как годы назад, когда я еще жил и был эльфом, не хаэльримом.
Незнакомка выдохнула еще раз – с натугой и протянула ко мне тонкие руки. Они казались неестественно идеальными: изящные, аристократичные кисти, какими не всякая принцесса эльфов похвастается, длинные пальцы, красивые ногти…
Женщина напряглась и с трудом произнесла:
– Пожа-алуйста…
О чем она просила?
Я так и не понял.
Но пришло осознание – надо заняться любовью – и я передам ей энергию также, как Тан.
Будет обмен, и незнакомка начнет поправляться.
Да, я очень хотел ее. Так хотел, что свело скулы и в паху запульсировало. Я чувствовал, как выделяется смазка прямо в штанах! Прямо в белье!
Но я знал, что смогу сдержаться, не тронуть восхитительную попаданку, если для нее это вредно или ненужно. Да что там вредно, ненужно – даже слегка неприятно! Уже это одно меня бы остановило!
Однако другого способа помочь ей я сейчас не видел.
Если вытащить женщину из камышей, где она немного, спиной касалась зачарованной влаги – попаданка погибнет, и это факт. Болотная жижа соединяла ее и энергию Топей. Консервировала тело, чтобы оно не «остановилось» и не начало умирать уже окончательно.
Не знаю почему женщина и Топи именно так взаимодействовали, но… случилось то, что случилось…
Не помню, как сдернул одежду, не помню, как стянул ее тонкую тунику и кожаные лосины…
Помню лишь, как пристроился между бедер попаданки и ощутил, что еще никогда ничего более потрясающего не испытывал.
Я провел рукой по ее животу – нежно, осторожно, смакуя подушечками пальцев бархатистую кожу, совершенно лишенную растительности. Я еще не встречал людей, у которых на теле было так мало волос!
Опустился, принялся целовать, гладить попаданку везде.
Она чуть стонала, выгибалась навстречу. Но слабо – она еще была словно бы в полуанабиозе.
Я разогревал ее сильнее, насколько вообще получалось.
Член пульсировал, смазка аж капала с него, и выглядело даже потешно. Я невольно елозил по бедру попаданки, чтобы хоть немного сбавить градус желания…
Она же едва положила руку мне на спину – и по телу будто прошелся разряд. Я задрожал от этого крошечного, возможно, инстинктивного, случайного прикосновения… Изнутри словно пронзили тысячи молний – приятно и болезненно, вызывая еще большее желание, еще большее возбуждение.
Я выдохнул, чтобы не войти в нее полностью – прямо сейчас, чтобы уже избавиться от гнета гормонов хотя бы немного. Еще раз выдохнул и ощутил, что воздух из легких стал горячее.
Все мое тело охватил жар, словно я опять стал живым эльфом.
Я дрожащими руками – медленно и бережно – принялся ласкать жемчужинку клитора, нижние губы, так, что женщина медленно выпустила воздух из губ и подвинулась.