Невинная для Сурового (СИ)

— Не понимаю…
— У Самира несколько любовниц. Постоянных. Две, насколько я слышала. Он то с одной на отдых ездил, то с другой. Конечно, жениться на таких не станет. Для брака он хочет чистую девушку. Но не думаю, что Айдаров с ними порвет.
— Знаю, — тихо отвечает мама.
Она… знает?
— Но выбора все равно нет, — прибавляет.
— Аня про них узнает, — продолжает ее подруга. — Рано или поздно это все всплывет. Ей кто-нибудь донесет, все подробности выложит. Ты же знаешь, сколько вокруг «доброжелателей».
— Лучше позже, — говорит мама. — Она не сможет это принять.
— А он ей выбора не оставит. Говорю же, ломать девочку будет. Строить под себя.
— Мы ничего не можем сделать.
— Понимаю…
— Ты знаешь его любовниц?
— Одна рядом со мной живет. Он ей квартиру в нашем доме купил. Сам иногда приезжает. Но чаще своего водителя отправляет. Тот ее катает.
— К нему в дом?
— Нет, сомневаюсь. Дом — для жены. Для семьи. Для будущих детей. Там он ничего такого делать не станет. Но на стороне — не проблема.
От услышанного воротит.
Осторожно отхожу. Стараюсь бесшумно отойти как можно дальше. Уже не помню, о чем собиралась говорить с мамой. Сейчас это не важно. Мысли теперь о другом.
Значит, вот какая судьба меня рядом с Айдаровым ждет.
Пока я буду к нему подход искать, договариваться. Он продолжит со своими любовницами развлекаться. Дома им покупать, возить их на отдых.
Хотя какая разница? Даже если бы ничего не покупал, он все равно будет с ними таскаться.
Интересно, он после них ко мне приезжал? Целовал. Зажимал. Лапал. После других женщин?
Горло сдавливает от неприятных эмоций.
До чего же мерзко…
Или он ехал к ним потом? После меня?
Качаю головой, отгоняя неприятные мысли.
Родители ничего не могут сделать. Но я-то могу. Если есть шанс сбежать, то надо его использовать.
Чувствую, теперь я готова рискнуть.
  
19
 
Денис не отвечает на звонки. Набираю разные его номера. Каждый отключен. Такое и раньше бывало. Обычно через время он включал мобильный.
Но на душе сразу становится тревожно. Все-таки один из этих номеров он не выключал никогда. Основной. По нему всегда можно было дозвониться до Дена. Только не в этот раз.
Ладно, надо просто подождать. Так себя успокаиваю. Почти получается отбросить дурное предчувствие.
Однако на следующий день картина не меняется. Снова не могу дозвониться до Дениса. Ни утром, ни днем. Вечером тоже номера остаются отключены.
А свадьба все ближе.
Радует лишь то, что Айдаров пока не появляется. Видимо, слишком занят своими любовницами. А еще и работой успевает заниматься.
Ну тут наверное, хоть разорвись.
Он нарасхват.
Меня затапливает горечь.
Глупая.
О чем я только думала? Жила какими-то идеальными мечтами, словно с этим человеком и правда можно договориться.
Нет, это не тот случай.
В чем-то он и правда как будто пошел на уступки, но я обманулась, не поняла, это лишь иллюзия. Ему было выгодно уступить в том, что не представляло для него особого интереса.
И кстати, он же прямо сказал — моя учеба не должна ему мешать.
А это неизбежно произойдет. На каком-то этапе. Например, если я забеременею. Ребенок будет отнимать много внимания.
Все логично. Айдаров ничего от меня не скрывал.
Чем я слушала?
Какая же я дура.
Но теперь поздно об этом сожалеть.
Куда же пропал Ден?
В очередной раз смотрю на экран, проверяю все свои социальные сети. У меня почти пустые профили. Без моих фото. Использовала их лишь для переписок с друзьями, с Денисом.
Нигде нет ничего. На почте тоже тихо.
Ден никогда раньше так резко не пропадал.
Вспыхивает мысль — а вдруг он обиделся на меня? Все же я долго не отвечала на его звонки. Либо сбрасывала, либо никак не реагировала.
Причина игнорировать меня в ответ у него есть.
Но нет.
Слишком давно и хорошо знаю Дена, он бы никогда так не поступил.
Тогда возникает другая догадка. Гораздо хуже.
А что если Айдаров его поймал?
Он собирался устроить побег. Какой-то план у него был. Помню. Очень подробная схема. Ден присылал все детали.
  
Это все должно было произойти за пару дней до свадьбы.
Может Ден пробовал и его поймали люди Айдарова?
Воображение рисует самые мрачные картины. Нельзя отрицать очевидную вероятность. Если Айдаров приставил к нашему дому свою охрану. А он вполне мог это сделать. То логично, что Ден мог попасть в ловушку, когда попытался меня освободить.
Тогда понятно, почему он никак не дает о себе знать. Не отвечает, не пишет ничего. Просто исчез.
Все внутри леденеет.
Нет, вряд ли. Если бы все было так, то Айдаров бы и со мной поговорил. Или… ошибаюсь?
Он резко пропал. Может в этом причина.
Было бы разумно отменить свадьбу. Если он считает, что его невеста как-то скомпрометирована.
Но ничего не происходит. Подготовка идет полным ходом.
До свадьбы остается всего два дня. Накручиваю себя до такой степени, что это уже сильно заметно внешне.
Мама волнуется. По-своему понимает мое состояние. Старается как-то успокоить и приободрить.
Алиса наоборот не упускает повода поддеть.
— Ну и лицо у тебя, — хмыкает. — Краше в гроб кладут.
Даже спорить с ней не могу.
Она же в принципе права.
Эта предстоящая свадьба кажется для меня хуже смерти. Потеряю свободу, буду жить строго по правилам Айдарова. Как он решит, так и будет. Никаких компромиссов ожидать не стоит.
Привычная жизнь обрывается. Впереди — мрак.
И кроме того он будет меня позорить. Гулять. Как он живет сейчас — все знают. И потом про его измены все вокруг узнают. Не верю, что такой человек поменяет свои привычки в браке. Не настолько я наивная. Всему есть предел.
Айдаров приезжает вечером.
Вид у него мрачный. Сосредоточенный. Замечаю это, пока спускаюсь вниз по лестнице. К нему.
Выбора нет. Придется с ним встретиться.
А вскоре и женой его стать придется.
Одна мысль об этом действует на меня угнетающе. Стараюсь гнать это прочь, но не получается.
Айдаров видит меня и что-то сразу меняется. Взгляд у него становится другим. Уже совсем не тот, что недавно, пока он рядом с моими родителями стоял, общался. И лицо будто… светлеет. А дальше и вовсе губы слегка дергаются. Складываются не то в кривой усмешке, не то в оскале.
— Идем, — говорит хрипло.
Сразу шагает ко мне.
Невольно вздрагиваю.
Он подает руку, и остается лишь вложить свою дрожащую, заледеневшую ладонь в его.
Айдаров ничего не говорит, пока мы проходим в другую комнату. Но на каком-то подсознательном уровне понимаю, что Дениса он поймать не мог. Тогда иначе бы со мной общался.
Хотя Ден наверняка бы отрицал, будто обсуждал со мной побег.
Однако и Айдарова не так просто провести. Если бы он начал выяснять, то понял бы, мы с Денисом не первый год общались.
— Почему мой подарок не надела? — спрашивает Айдаров, когда дверь за нами захлопывается, и мы остаемся наедине.
— Вы сказали, в день свадьбы надо.
— Можно раньше, — выдает он. — Но у меня для тебя еще кое-что есть.
Очередная коробка. Крупная, обитая кожей. Еще массивнее, чем та, в которой были драгоценности в прошлый раз.
— Давай, — подгоняет меня. — Открывай.
Подчиняюсь.
Блеск драгоценностей слепит глаза.
Красиво, конечно. Однако я чувствую лишь горечь на языке. Так и вертится вопрос — а любовницам вы что дарите?
Айдаров щедрый человек. Это видно.
Значит, никто не обделен. Ни подарками, ни его вниманием.
— Чего? — спрашивает он мрачно. — Не нравится?
— Нет, почему, — невольно дергаю плечами. — Очень красиво. Спасибо вам, но… мне неловко. Столько подарков.
Отвечаю первое, что на ум приходит.
Лишь бы не молчать.
— Тогда надень, — звучит как приказ.