Кровь Империи (СИ)

Арсинийцы продолжали осаду. Несколько приступов были отбиты защитниками. Вистион требовал от акерумцев решительных действий, предусмотренных соответствующими договоренностями. Непонимание между союзниками увеличивалось. Стороны проводили дополнительные секретные переговоры, но окончательные решения не были приняты. Поражение негативно повлияло на Дарион. В силу возможной перспективы вмешательства в конфликт Зартинийской державы арсинийское руководство не желало тратить силы на бесплодные попытки захвата хорошо укрепленного города. Осадную армию требовалось значительно усилить. Для этого следовало перебросить дополнительные отряды из западных регионов страны. Без соответствующей поддержки со стороны моря сухопутная операция становилась слишком затратной по людским и материальным ресурсам. Флот становился ключевым аспектом проведения кампании. Вариант выхода из тупиковой ситуации пришел с неожиданной стороны.
Предприимчивые киронцы сами, что называется, сделали предложение, от которого нельзя отказаться. Не имея возможности отбросить захватчиков от стен столицы при помощи оружия, Пасир употребил средство, которое во все времена оставалось неизменно актуальным.
По инициативе осажденных была проведена целая серия тайных встреч представителей руководства Киронии с арсинийским главнокомандующим — Кертом. Ловкие дельцы предлагали большую денежную сумму, и целую россыпь драгоценных камней взамен на прекращение военных действий. Устоять от подобного соблазна сложно любому человеку, даже если он по рангу занимаемой должности вращается в высших властных кругах империи. Прекрасно осознавая, что продолжение осадных мероприятий может затянуться на неопределенный срок и привести к значительным жертвам Керт пошел на заключение предательской сделки (мотив личного обогащения, разумеется, все же играл первостепенную роль).
Темной ночью, дабы не вызвать лишних разговоров, особо ценный груз был доставлен в шатер главнокомандующего. Теперь в его задачу входило подготовить Вистион к мысли о необходимости прекращения осады. Главными убедительными аргументами неизменно служили: бездействие акерумцев, не способность имперского флота осуществить блокаду Пасира со стороны моря, приближение зимних холодов, большие потери и возможное вмешательство в войну Зартинии. Чтобы его действия не вызвали особых подозрений со стороны императрицы главнокомандующий убедил киронцев заключить шестинедельное перемирие. Согласно его словиям осада прекращалась, армия покидала пределы столицы, а под власть Арсинии переходил небольшой кусочек киронской территории, известный как Йольстремский выступ. Киронское руководство вполне устраивал подобный результат. Главным было избежать захвата и уничтожения Пасира, а также сохранить боеспособность военной флотилии. В столице до сих пор помнили, какую жестокую расправу учинили над несчастным Йорном во время последней войны против пэйранцев. В королевских хранилищах накопилось достаточно золота и драгоценностей, которые при неблагоприятном развитии ситуации оказались бы безжалостно разграблены алчными захватчиками.
Вистион, в целом, с удовлетворением воспринял отчет о выполненных мероприятиях предприимчивого Керта (следует предположить, во дворце еще больше «обрадовались» бы, если узнали, какие барыши получил сам военачальник).
Конфликт безнадежно затягивался, никакой реальной помощи от акерумцев ждать не приходилось. Зартиния вырожала недовольство действиями соседей. Тирс искусно маневрировал, создавая впечатление, что в любой момент готов направить свои силы против Акерума и Арсинии. Хотя, ускользавшая перспектива захвата Пасира привела в серьезное уныние "Венценосных", слишком многие желали добраться до киронских кладовых, но Арсиния соблюдала условия перемирия.
Кстати, уже после подписания окончательного соглашения о завершении конфликта, во дворце узнали о крупной взятке, полученной Кертом в осадном лагере под Пасиром. От расправы главнокомандующего спасло лишь то обстоятельство, что во время отсутствия Найла Капитана, главного фаворита Малиссы I Великой, Керт «замещал» его в спальне, став одним из любовников ненасытной «Вистионской блудницы». После очередных бесплодных попыток проведения переговоров с Дарионом, арсинийцы дали согласие на возобновление контактов с консулатом Руфусом.
 
Ровно в тот момент, когда представители трех государств готовились к разработке условий документа, завершающего войну, пришло одно чрезвычайно важное известие.
После очередного приступа болезни в Тирсе скончалась престарелая Маргет. Теперь внук мог править от собственного имени. Первыми распоряжениями Вильв I приказал вернуть военную эскадру в гавани острова Ретицио и возобновить отношения с пэйранским монархом Ригеном I. Становилось вполне очевидно, что в скором времени внешнеполитический курс империи претерпит существенные изменения.
Для «Консулата Риволи» подобные обстоятельства сыграли очень негативную роль. Кирония мгновенно попадала фактически в дипломатическую изоляцию в Соленом Мильгарде. Теперь представители Дариона и Вистиона могли заговорить с позиции силы на переговорах. Конечный вариант «Раксинского мирного договора» состоял из нескольких важных пунктов. Первое — "Консулат Риволи" уступал арсинийцам Йольстремский выступ. Второе — киронский военный флот не мог располагаться в портах Большого Эктурского острова, подвластных Киронии (за исключением тех одиночных кораблей, которые обеспечивают сопровождение торговых судов). Третье — мир между акерумцами и Пасиром возобновлялся без территориальных изменений. Четвертое — вводился целый ряд ограничений и специальных правил, которые нивелировали преимущества киронских торговцев в Валтийском море, что служило серьезным уроном для них. Лишь после осуществления ратификации и утверждения документа правителями стран участниц конфликта стороны констатировали прекращение военных действий.
«Раксинский договор» был невыгоден киронцам, но им пришлось испить горькую чашу. Киронское государство долгое время весьма успешно противостояло натиску двух сильнейших держав Золотого Мильгарда. При этом столицу удалось уберечь от разграбления, акерумцам нанесено чувствительное поражение в битве у Крысьего Маяка, а арсинийского полководца подкупили.
Но политическая конъюнктура в последние дни войны сложилась крайне неудачно для престарелого Руфуса, который лишился доверия деятелей «Консулата Риволи» и был отправлен в отставку. Пасир почти наверняка получил бы необходимую дипломатическую поддержку со стороны Маргет Черной Волчицы при проведении переговоров, и тогда их итог мог стать иным.
Сегодняшний Тирс проводил другую политику.
  
Глава 8
 
Хроника четвертая
«Дамский Мир»
(1159 год по летоисчислению после Тумана)
«Одни развязывают войны чтобы разбогатеть, другие торгуют, а зуварцы контролируют горы»
(аксиома зуварских правителей)
В период ожесточенного противостояния в Белом Мильгарде, когда правители делили окровавленное наследство Вершителя Запада и вели борьбу за территорию Виксонии, главной торговой артерией, связывающей Западное побережье с рынками Золотого Мильгарда являлась Зуварская долина. Закатный перевал был главным маршрутом продвижения торговых караванов. Военное снаряжение: акерумские клинки, остокские доспехи, зартинийские миндалевидные щиты и киронские баллисты, поступающие с Востока, всегда оставались востребованным товаром. Особенно в период проведения конфликтов.
 
Керсия, Шергия, Виксония и Саррлия, принимавшие самое активное участие в военных действиях, стали крупнейшими импортерами товаров, поставляемых Восточными государствами. Чтобы покрыть дефицит собственного производства Риена, Темерлин и Зогдев, не считаясь ни с какими издержками, целенаправленно наращивали импорт недостающего вооружения.
С тем, чтобы обеспечить потребности собственных армий, с каждым годом им требовалось все больше и больше поставок. В эпохальной битве в Зубатом Лесу, в которой Бойлен I Ноготок разбил керситов и утвердил влияние своей династии, виксонские войска наполовину были облачены в доспехи, изготовленные именно восточными мастерами.