Демоны ледяных гор-Тайны рода. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Нет, я не собирался нападать на императора, но и не хотел чувствовать себя беззащитным.
И тут глашатай объявил:
— Его величество император всея Руси Пётр Алексеевич Романов! А также великий князь Богдан Петрович Оленев! Великий князь Назар Петрович Воронов! И великая княгиня Екатерина Петровна Волкова!
Через боковую дверь в тронный зал вошли седовласый мужчина, а следом за ним — двое мужчин: высокий, широкоплечий, в котором чувствовалась порода, потом сухой и костлявый. Последней вошла женщина благородной внешности.
Император прошёл к трону и сел на него. Мужчины и женщина заняли три кресла, которые стояли сбоку от трона, были меньше размером и не так сильно украшены, хотя от обычных стульев отличались сильно.
Я же остался стоять. Хотя это было понятно — сидеть в присутствии императора — это привилегия, которая даётся не многим.
Повисла тишина. Император смотрел на меня холодным взглядом хищника. В глазах широкоплечего читалась ненависть и досада. Худой и костлявый пожирал меня глазами, в его взгляде плескалась алчность. Что касается женщины, она смотрела на меня с восторгом и нежностью.
Я же просто изучал их всех и ждал следующего хода.
— Поклонись его величеству! — зашипел сбоку глашатай.
Я поклонился. Не так, как кланялся Мо Сянь. А просто отступил на шаг и немного согнулся. И сказал:
— Простите ваше величество, если как-то не так приветствую вас. Я во дворце в первый раз и всем этим поклонам не обучен.
Император хмыкнул, но ничего не сказал. А костлявый прокаркал:
— Какой наглец!
Широкоплечий же, казалось, начал ненавидеть меня ещё больше.
Что касается женщины, она, похоже, вообще не заметила, что я как-то не так поприветствовал императора.
А я из последних сил сжимал кулак, потому что свет, вырывающийся с ладони, уже нестерпимо жёг руку.
Видимо, части артефактов были у императорских отпрысков с собой, потому мой ключ так реагировал на них.
Наконец, император холодно спросил:
— Что привело вас и ваших людей во дворец?
— Мы столкнулись с армией Хаоса и поспешили сюда, чтобы предупредить ваше величество о том, что очень скоро нам придётся столкнуться с тварями, — ответил я.
— С чего вы решили, что это армия Хаоса, а не обычные монстры, которых полно на нашей земле? — спросил император.
— Потому что с монстрами я встречался не раз, — ответил я. — Твари другие. Они более злобные и сильные. Мы с большим трудом смогли уйти от них…
— И привели их сюда? — ещё с большим холодом спросил император.
— Это не так! — возмутился я.
И тут на меня обрушилось невыносимое давление. А император рявкнул:
— Не ври мне! Вы ушли от тварей, а они, преследуя, придут за вами сюда, прямо во дворец! Да за это казнить нужно!
Женщина вскрикнула, но тут же осела под взглядом императора.
В первый момент, как только на меня обрушилось давление, я чуть не упал от неожиданности. Но потом вспомнил, как мы тренировались в запечатанном мире, и мысленно толкнул ци. Не пропадать же давлению зря?
Видимо, император понял, что меня так просто не пронять и увеличил давление. Мне на плечи словно положили бетонную плиту, но я держался, лишь разгонял ци.
— А ты хорош! — вдруг сказал император и «плита» рассеялась. — Рассказывай! — приказал он. — Да чтоб ни одной мелочи не упустил!
Ну я и начал рассказывать — ровно так, как мы договаривались с ребятами.
Император слушал. А потом вдруг спросил:
— А куда твой китаец делся?
Вопрос был задан неожиданно, и я ответил:
— В Китае остался.
— И как так получилось, что этот шпион оставил тебя одного?
— Я не один! — возразил я, хотя понимал, что император имеет ввиду вовсе не то, что меня теперь некому защищать.
То, что его величество знает о Мо Сяне, меня сильно удивило. Настолько, что я сбился с рассказа. Потому что следом пришли мысли: как много знает обо мне император? Почему вдруг он знает обо мне? Где я, и где его величество?
Но император не дал времени на обдумывание его вопросов. Он продолжил их задавать:
— Меня не интересует, один ты или нет. Меня интересует, почему китаец оставил тебя без присмотра?
 
— Может, я уже вырос. И за мной больше не надо присматривать? — ответил я вопросом на вопрос.
— Действительно наглец! — подтвердил император.
Я слушал его и понимал, что я чего-то крупно не понимаю.
— Да чего с ним разговаривать⁈ — воскликнул широкоплечий. — В темницу его! А лучше башку отсечь!
— Богдан! — закричала женщина.
— Чего Богдан-то? — возразил широкоплечий. — Ты бы вообще молчала бы! Из-за тебя всё!
Не знаю почему, но мне очень не понравилось, как этот Богдан разговаривает с женщиной. Ну я и ляпнул:
— Да, с такими защитниками Россия против Хаоса точно не выстоит…
  
Глава 34
 
— Да, с такими защитниками Россия против Хаоса точно не выстоит… — произнёс я.
Видимо попал не в бровь, а в глаз, потому что и широкоплечий, и даже костлявый вскочили.
Женщина тоже вскочила. Но лишь для того, чтобы встать между мной и ими.
Собственно, я и сам готов был дать отпор — вал живы был уже довольно-таки плотным. Останавливало меня только понимание абсурдности происходящего.
Я мелкий помещик, студент-первокурсник, причём, не самый успешный и императорская семья… Совершенно разные весовые категории. Но они ведут себя не как аристократы, а как какие-то гопники. А император — настоящий пахан.
Собственно, по-пахански он и рявкнул:
— А ну сидеть! — и когда напряжение немного спало, добавил: — Казнить его мы всегда успеем, а вот привлечь на свою сторону — это намного важнее! С Хаосом вы что ли биться будете?
Широкоплечий и Костлявый сели на свои места. И только тогда к своему месту отправилась и женщина.
А император продолжил уже мягче:
— Давайте поговорим, обсудим всё по-семейному.
Широкоплечему и костлявому его слова очень не понравились, но протестовать они не посмели.
Мне тоже ситуация не нравилась. Какое, нахрен, по-семейному? Тем более, что казнить всегда успеют? Ну и явно же меня сначала хотят использовать…
Стало противно. Вспомнились олигархи из прошлой жизни и царская охота, которую я им устроил. Следом вспомнились и Волковские упыри, которые убили родителей и брата с сестрой настоящего Володи Корнева… Моих родителей и брата с сестрой!
А ещё вспомнились высокоуровневые звери, ставшие людьми, которых мы освободили из темниц каземата. И дети, над которыми проводились опыты… Всё это проводилось по указанию вот этого человека, который сидел сейчас передо мной на троне.
Однако, лезть в бутылку я не спешил, решил посмотреть, что будет дальше.
Да и ладонь уже не просто жгло, она горела огнём! Особенно боль усилилась, когда все вскочили и приблизились ко мне.
Если у меня и были сомнения, что части артефакта у присутствующих тут людей, то теперь они окончательно отпали.
А император спросил:
— Как твоя культивация? — его голос теперь звучал участливо, и это насторожило меня сильнее всего.
— Спасибо, помаленьку, — ответил я.
— На какой ты теперь ступени? — снова спросил император.
Не отвечать на этот вопрос я не видел причины. Поэтому сказал:
— Девятая, Князь.
И увидел, как император облегчённо выдохнул. И разулыбался:
— Ты же знаешь, что ты член императорской семьи? — спросил он у меня и добавил со смешком: — Да-да, представь, мы родственники!
Я сделал удивлённое лицо и как бы в растерянности пробормотал:
— Не думал, что Корневы входят в императорский род. Или тут по принципу все люди братья?
Император заржал, а следом за ним и широкоплечий с костлявым, мои так сказать новоиспечённые дядюшки.
На самом деле я ещё раньше догадался, что слухи о том, что я внебрачный сын великой княгини Екатерины Петровны Волковой, не лишены смысла. Если сомнения и были, то они рассеялись от одного вида этой женщины, оттого, как она смотрела на меня, как защищала.