Демоны ледяных гор-Тайны рода. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Я смутился от этого неприкрытого выражения восторга. Услышать такую похвалу от такого продвинутого мастера — это дорогого стоит!
А Валентин Демьянович тем временем продолжал:
— Да, конечно, я поделюсь с вами своими знаниями в алхимии. Вам с четырьмя видами истинного пламени и со сформированной печью дан будет несложно освоить очищение пилюль и эликсиров. Я в этом абсолютно уверен!
Я облегчённо выдохнул. Ведь если мастер говорит, что у меня получится, кто я такой, чтобы сомневаться?
Валентин Демьянович предложил мне сесть рядом с ним напротив его печи. И потом показал, как печь нужно разжигать. Естественно, используя свою ци, а не спички.
Прежде чем направить на алхимическую печь свою ци, которой и так были капли, я спросил:
— Валентин Демьянович, а у вас что за пламя? Это же не магия? И не истинное пламя…
— Вы так тонко чувствуете даже такие нюансы! И это при том, что вы не то что не первоклассный алхимик, но и вообще никогда не занимались алхимией. Никогда же?
— Никогда, — подтвердил я.
Выразив в очередной раз все свои восторги, Валентин Демьянович призвал пламя, которое гибким языком вспыхнуло у него на ладони.
Точно такое же пламя призывал глава клана Ян, когда мы с ним ходили в подземное хранилище — он таким образом освещал нам путь. Да и осветительные костры зажглись тоже от этого пламени.
Что касается Валентина Демьяновича, он позволил мне внимательно рассмотреть язык пламени и сказал:
— Это атрибут пламени. Своего рода природный артефакт. Ну или сокровище, которое я нашёл в одной пещере. Это как раз было место со сверхплотной ци… — и Валентин Демьянович многозначительно посмотрел на меня.
— Это что, во всех таких пещерах находится сокровище с атрибутом пламени? — удивлённо спросил я.
— Не обязательно пламя, — ответил Валентин Демьянович. — Но обязательно сокровище! Хотя, на первый взгляд можно и не подумать так. В таких местах хранится что-то, что многие тысячелетия накапливало ци, меняя свою структуру. В таких местах, если они достаточно древние или если там сложились благоприятные условия, то у артефактов с атрибутами может даже живой дух появиться! Правда такие сокровища, хоть они и очень редкие, спросом не пользуются, — Валентин Демьянович вздохнул.
— А почему не пользуются? — удивился я, хотя уже догадался.
Но я не стал высказывать своих предположений. Решил послушать, что скажет наш доктор.
И он подтвердил мои мысли:
— Если артефакт имеет дух, то его невозможно подчинить — дух не позволит. А значит, невозможно пользоваться. Вот и получается, что бесполезны.
— А если приручить духа? — спросил я.
— Думаешь, не пробовали? — усмехнулся Валентин Демьянович. — Но если у тебя получится, то ты станешь самым известным человеком во всём мире!
«Если у меня получится, — подумал я. — То я никому не скажу, что получилось, оставлю это тайной на века!»
Но вслух, естественно, я этого говорить не стал. Вместо этого призвал ци и направил на алхимическую печь.
К моему удивлению, печь вспыхнула сразу же.
— Сбавь поток ци! — закричал Валентин Демьянович.
Но я уже и сам сообразил — когда газовая горелка горит сильно, то нужно прикрутить ручку, ограничить приток газа. Добавляя и убавляя газ в горелке, можно выставить необходимую для варки температуру.
Валентин Демьянович, глядя, как я сокращаю поток ци, снова восхищался, насколько ци послушна мне, и как тонко мне удаётся регулировать поток. Но что такое этот простой поток, по сравнению с совместными медитациями! Вот где контролировать нужно! А тут — детские забавы. Хотя, судя по реакции Валентина Демьяновича, не всем этот навык доступен.
Меня восторги доктора начали понемногу раздражать. Но я боялся, что он откажется меня обучать. А потому я терпел, держал, что называется, хорошую морду при плохой игре и стремился усвоить переданный мне урок по максимуму.
Научившись разжигать алхимическую печь и поддерживать в ней пламя нужной интенсивности, мы взялись за ингредиенты.
Вот расщепление ингредиентов оказалось самым энергозатратным моментом. И с моим уровнем ци это было очень не просто. Но я решил, что после того, как мы позанимаемся алхимией, я отправлюсь медитировать в подземную пещеру — там я смогу быстрее восполнить потраченную ци. Не случайно же Валентин Демьянович вспомнил про такие места. Наверняка, решил таким образом подсказать мне, как восстанавливаться.
 
Но пока он комментировал мои действия:
— Не спешите, Володя! Видите, у этой травы начали обгорать листочки? Это огненная камнеломка. Своими корнями она разрывает даже самые сильные камни! Представляете, какая у неё мощь! И если разрушить её быстро, то может случиться непоправимое. И тогда вы потеряете не только ценную траву и алхимическую печь, но и можете распрощаться с жизнью. Потому как взрыв может получиться фантастический — может, и дом снести, оставив только кратер!
Я с сомнением посмотрел на небольшую веточку в круглыми толстыми листиками и золотистым цветком.
— И вот эта веточка может уничтожить дом? — я с сомнением покачал головой.
— Есть два пути, — ответил Валентин Демьянович. — Вы можете поверить мне. А можете проверить.
И он улыбнулся. По-доброму так.
— Верю, — тут же принял я его слова.
Потому как проверять такое мне совсем не хотелось.
Потом Валентин Демьянович взял другую веточку.
— А это звёздная зизифора, — сказал он и дал мне понюхать чудесный аромат. — С этой травкой нужно действовать решительно! Она не терпит неуверенного обращения. Может скомковаться, и тогда лекарственные качества звёздной зизифоры пропадут. Попробуйте расщепить… — и доктор добавил веточку звёздной зизифоры в алхимическую печь.
Я в первый момент растерялся, но Валентин Демьянович был наготове и тут же подбодрил меня:
— Смелее, Володя! Добавьте ещё немного ци! Ещё чуть-чуть! Отлично!
Я смотрел, как эта ароматная трава расщепляется и очищается пламенем.
В конце от неё осталось лишь зеленовато-голубое облачко.
— А теперь, Володя, спрессуйте это облачко в пилюлю.
Я признаться даже не представлял, как это делать. Да и устал уже неимоверно. Всё-таки я ещё до конца не восстановился. К тому же мои запасы ци практически исчерпались.
Но бросить работу недоделанной…
Когда я смог расщепить траву и очистить её от примесей, потерять очищенный материал было неприемлемо!
А потому я сосредоточился и начал поддавливать на облачко.
Но сознанием не получалось, а ци я уже использовал.
И тогда я решил использовать живу — уж её-то у меня предостаточно! Я начал создавать вокруг зеленовато-голубого облачка очищенной звёздной зизифоры золотистое облако живы.
Как только у меня получилось равномерно окружить облачко со всех сторон, я начал увеличивать плотность живы.
Я чувствовал на себе странный взгляд, но не отвлекался, потому что сил на вторую попытку у меня не было. Нужно было сделать всё с первого раза.
Наконец, плотность живы стала такой сильной, что облачко начало сжиматься. И вскоре обернулось пилюлей.
Валентин Демьянович взял нефритовый флакончик и быстрым движением подхватил получившуюся пилюлю.
Я выдохнул и убрал руки от алхимической печи. Посмотрел на доктора.
А он рассматривал созданную мной пилюлю, словно это не работа новичка, а чудо чудное.
Я хотел спросить у Валентина Демьяновича, получилось ли у меня. Но едва шевельнулся, как мир поплыл у меня перед глазами.
  
Глава 19
 
Запас ци снова был на нуле. И я ничего не мог с этим поделать.
Валентин Демьянович давал мне свои волшебные напитки, но они мне слабо помогали. Я был лишён силы. Я не мог призвать пламя, не мог запустить печь дан, не мог активировать защитный барьер духовного кольца. Я ничего не мог. Я даже ходил с трудом!
Моё натренированное на использование ци тело, лишённое этой ци ослабло намного сильнее, чем если бы ци не было вовсе.