Демоны ледяных гор-Тайны рода. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Она была такая податливая, такая нежная, упругая и тёплая… И очень вкусно пахла.
Я вдыхал её ароматы, и больше для меня в этот момент ничего не существовало — только Полина и только жизнь!
Жадные губы Полины обжигали меня прикосновениями. Я не отставал от неё.
Бархатная кожа. Упругая грудь. Налитые соски. Плоский живот, трепещущий от моих поцелуев… Я даже не заметил, как мы освободились от одежды…
Я был настойчив и нежен. А Полина в моих руках послушна и податлива.
Между нами не было ничего, что могло бы сдержать желание. Я его и не сдерживал.
Судорожный стон девушки подо мной только добавил огня.
Она была моей. Вся. До последней клеточки! Моя и только моя.
Она стремилась ко мне всей душой, всем телом! Я чувствовал это! Мы были едины с ней.
Я никогда не чувствовал себя настолько живым! По-настоящему живым!
Я поцеловал смотрящие на меня с нежностью глаза Полины и впился ей в губы.
В следующий момент почувствовал, как Полина напряглась, судорожно вцепившись в меня и застонала, готовая сорваться в крике наслаждения.
Остатками разума я закрыл ей рот поцелуем — не хватало ещё чтобы кто-нибудь заглянул и прервал нас! А потом выдернул член, изливаясь ей на живот. Да, я хочу Полину. Но не хочу, чтобы она раньше времени забеременела. Одно дело беременная служанка, и совсем другое — княжна и наследница рода.
Я поцеловал ставшую сразу такой беззащитной Полину и прошептал ей на ушко:
— Спасибо!
И она в ответ поцеловала меня.
Я залюбовался — Полина была такая красивая, разрумянившаяся и вся светящаяся.
И вообще всё в карете светилось золотом, но мне было всё равно — я чувствовал себя живым, и это чувство было прекрасным!
Не хотелось выпускать Полину из объятий, но прислушался к голосам рядом с каретой. И прошептал:
— Надо бы одеться.
Смущённая Полина как-то неловко кивнула. Она была такая милая в своём смущении, что я не удержался и снова подмял её под себя.
Второй раз я брал её, стараясь доставить ей как можно больше наслаждения. Я ласкал её грудь, целовал, гладил везде. И Полина отвечала мне доверием и нежностью.
Закончив, мы некоторое время лежали в объятиях друг друга, не в силах отпустить.
— Вот так бы всегда, — прошептал я.
Раскрасневшаяся и разлохматившаяся Полина тихонько произнесла:
— Да.
Её слова были искренними, я это чувствовал. А потому снова поцеловал её.
Я бы взял её и в третий раз, но голоса раздались совсем близко, и Полина отпрянула от меня, собирая свою одежду.
Я не мешал ей одеваться. Просто любовался, заставляя девушку смущаться ещё сильнее.
Одевшись, Полина села рядом со мной и, обняв колени, спросила:
— Я теперь твоя жена?
— Да! — подтвердил я. — Ты только моя! — Взяв руку Полины с поблескивающим на её пальце кольцом-артефактом, которое я подарил ей перед последним боем, поцеловал каждый пальчик. — Моя жена! Я никому не отдам тебя!
От моих слов Полина разулыбалась, а мне захотелось снова раздеть её! Потому что между нами не должно быть никаких преград!
  
Глава 12
 
Мы с Полиной не спешили выходить на улицу. Сидели и разговаривали. Полина подробно рассказывала о том, как они искали меня. В этот раз это был детальный рассказ, без эмоциональных всплесков. Да и зачем эти всплески — я уже доказал, что живее всех живых…
Я слушал Полину, а сам проверял свои каналы и меридианы. Появившаяся во время секса золотая ци благотворно сказалась на каналах, и я видел, как трещинки начали затягиваться.
Но что интересно, золотая ци не осталась в теле, она, прокатившись освежающей волной по моим меридианам, впиталась в ладонь правой руки и там бесследно исчезла.
К концу рассказа Полины у меня, как и прежде золотая и красная ци оказались запечатаны. Что касается чёрной — её по-прежнему не было. Неоткуда ей было взяться! Хоть снова напрашивайся на хорошую драку. Причём, не дружеский спарринг, а смертельный бой с люто ненавидящим меня человеком.
Хотя, конечно, сейчас, с моими силами это было бы равносильно самоубийству. Да-да! Сейчас я был практически обычным человеком.
 
Внезапно в дверь кареты постучали и раздался голос Глеба:
— Вы так и будете там сидеть? Выходите, подвигайтесь! К тому же обед уже готов!
Я посмотрел на Полину и спросил:
— Ты хочешь есть?
Она неуверенно пожала плечами и ответила:
— Я как ты.
— Ну тогда пойдём! Глеб прав, нужно подвигаться. И хорошенько перекусить! — сказал я, потому что действительно сейчас испытывал нормальный такой голод.
Сначала Полина, а потом и я вышли из кареты.
Ну как вышли? Вышла Полина. А я вывалился на руки Глеба и подбежавшего Олега. Всё-таки я был ещё слаб. А отсутствие ци не позволяло восстановиться быстрее.
Но едва я оказался на улице, ко мне поспешил Валентин Демьянович.
Он пощупал пульс, заглянул в рот, оттянул веки, посмотрел белки глаз и сказал озабоченно:
— Что-то долго ци не восстанавливается!
После чего глянул на своих медсестричек.
Те без слов поняли, что ему нужно, и принесли небольшой флакончик.
Валентин Демьянович вытряхнул на ладонь одну пилюлю и дал мне.
— На-ка поглоти. Это пилюля Восстановления ци. И садись где-нибудь на солнышке культивировать. Попробуем восстановить твою ци таким способом.
— Может, сначала поесть? — спросил я.
Валентин Демьянович с сомнением посмотрел на меня и сказал:
— Можно и поесть. Но учти, если поглощать пилюлю на сытый желудок, то усвоится не более шестидесяти процентов. А если на голодный, то все девяносто!
— А чтобы сто? — поинтересовался я, понимая, что пойду медитировать голодным.
— Вот для того, чтобы к сотне приблизиться, и нужна медитация на солнце, — ответил Валентин Демьянович.
Расклад был ясен, и я, закинув пилюлю в рот, попросил стоящего рядом Мо Сяня:
— Поднимешь меня на крышу кареты, поближе к солнцу?
Мо Сянь не стал задавать лишних вопросов, достал свой летающий меч и поддержал меня, помогая встать на лезвие. А потом мы потихоньку взлетели, и Мо Сянь помог сойти.
Мои слова про «поближе к солнцу», конечно же были просто словами. На самом деле я хотел хоть какого-то уединения, и крыша кареты в нынешних условиях подходила для этого лучше всего.
Глянув сверху на суетящихся стражников и моих друзей, на беседующих взрослых, на играющих с Сеней Умку и Шиланя и на дремлющего на брёвнышке Шамана, я сел в позу для медитации.
Моя задача была в первую очередь поглотить и усвоить пилюлю. А во вторую — всё-таки понять, повысился у меня уровень или нет. Ну не мог я отпустить ситуацию с пещерой! Если уж я тронулся кукухой, и прожил эти дни, смотря персональное кино, то я хочу знать об этом наверняка. А если всё было, как я помню, тогда нужно решить, что мне дальше делать с полученными знаниями.
Но прежде всего, конечно же, ци!
А потому я сложил руки и закрыл глаза.
Я привык начинать медитацию с того, что толкаю ци и начинаю следить за её циркуляцией. Но сейчас своей ци у меня не было.
Однако, пилюля, которую дал мне Валентин Демьянович, начала расползаться в эдакое облако.
И я по наитию толкнул это облако. Повёл его по меридианам, очищая, углубляя и залечивая их. Результат, правда, был очень скромным. Практически никакого. Но я не сдавался — не получается сразу, возьму упорством!
Я прогонял облако пилюли по каналам снова и снова. Пока наконец, на очередном круге не почувствовал, что вокруг меня разливается прана — солнечная энергия.
Я не знаю, была ли пещера или нет, но решил использовать те упражнения, которые мне показывал Лейрен, когда говорил о праноедении.
А потому, не задумываясь, позволил облаку из пилюли распространиться по всем клеткам моего организма.
Хотел позволить. Но в последний момент решил сначала на всякий случай провести облако через печь дан. Очистить его всеми пятью истинными пламенями. И уже потом отправить энергию пилюли в клетки организма.