Демоны ледяных гор-Тайны рода. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

А что, такие пиры могут длиться часами, и, если бы не красавицы танцовщицы, можно было бы обожраться и упиться, потому что к каждому были приставлены две служанки. Одна всё время подливала вино, а вторая следила, чтобы тарелки не были пустыми.
Желающий произнести тост поднимался, выходил в центральный проход, поднимал чарочку двумя руками, кланялся главе клана Ян, потом старейшинам, потом гостям и только после этого говорил свои слова.
Пили, прикрывая рукой рот, а потом демонстрировали опустевшую чарку.
Вообще, я впервые вот так видел китайцев, так сказать, в естественной среде обитания. И что меня потрясло — судя по количеству правил и ритуалов, у них была древняя культура. Возможно даже древнее, чем в России.
Более древняя цивилизация, более древние традиции.
Не то чтобы меня это как-то задело, но факт мне показался интересный.
Кстати, в его пользу говорило ещё и то, что принципы культивации, распространённые в России, были китайскими.
Сами собой вспомнились легенды про артефакт, который Российский император спёр у китайцев — тот самый артефакт, который он потом разделил на три части и отдал своим детям.
Это что ж получается, и в этом мире Китай заполонил мир? Только если в моём мире все рынки и магазины были забиты дешёвыми китайскими товарами, то в этом мире были распространены китайские пути культивации ци.
Едва я осознал это, как в душе засвербело.
И чего это мы постоянно на других заглядываемся? То Голливуд в своих фильмах копируем, то дворяне французский язык лучше знают, чем русский, то молодёжь англицизмами сыпет!
А ведь у нас своя культура богатая! Только мы не ценим её и не храним! И верим каким-то иностранцам, которые говорят, что мы варвары нецивилизованные.
Но ведь если посмотреть на язык. Да, самый сложный — китайский. Но ведь второй по сложности — русский! А язык — это и есть проявление возраста культуры — чем проще язык, тем моложе нация!
Есть у лингвистов на этот счёт теория…
Когда одна страна завоёвывала другую, то ставила своих управляющих и свои войска. Победители и побеждённые общались. Вынуждены были, потому что жизнь требовала понимать друг друга. В результате появлялся упрощённый язык, включающий в себя слова и тех, и тех.
Вот и получается, что более простые языки принадлежат более молодым нациям. Следовательно, более сложные языки принадлежат нациям более древним.
А отсюда уже следует, что Китай и Россия, возможно, самые древние из ныне существующих наций.
Понятно, что это только мои рассуждения. Но они отзываются в моей душе, и для меня этого вполне достаточно.
Я вспомнил деда Радима и деревенский не хитрый уклад: быт, тренировки, праздники… То, как люди поддерживают друг друга, заботятся друг о друге. Словно одна большая семья, они вместе преодолевают трудности, вместе радуются, вместе грустят.
Вспомнил, как во время нападения лютых мертвецов и волколаков мужики бились на стенах, подростки и кто мог помогали внизу — подносили камни и стрелы, всячески помогали. А в это время в большой избе беременные и кормящие женщины приглядывали за деревенской малышнёй. Не только за своими детьми, но и за соседскими.
Вспомнилось, как я вырезал ложку.
И едва я её вспомнил, как осознал — здесь, на пиру мне не хватает ложки! Ну не умею я палочками есть! А есть руками в Китае непринято!
Да и вообще что-то долго всё тянется! Я уже извертелся весь, извёлся! А пир всё никак не заканчивался. Хозяева всё так же были радушны, а гости — вежливы.
Я смотрел на это всё и думал о том, что вполне возможно тут имеет место разница культур. К примеру, в России принято гулять, пока хозяева не скажут: «Дорогие гости, не надоели ли вам хозяева?» А на востоке принято, чтобы хозяева выражали уважение до тех пор, пока гости не будут довольны и не поднимутся из-за стола со словами благодарности.
Вот и может оказаться, что хозяева ждут знака от гостей, а гости — от хозяев. В результате, все мучаются и терпят.
Только я подумал про это, как Варвара Степановна поднялась и вежливо поклонилась главе рода Ян. И сказала:
 
— Спасибо большое хозяевам за гостеприимство. Всё было очень вкусно! Вино отличное! Танцовщицы прелестны, музыка божественна! Не посчитают ли хозяева нас не вежливыми, если мы удалимся? У нас был долгий день, который мы провели в дороге. К тому же попали в песчаную бурю… Уверена, у наших студентов уже глаза слипаются…
Не успела Варвара Степановна договорить, как поднялся глава рода Ян и, поклонившись, ответил:
— Мы рады видеть вас среди наших гостей! Сейчас слуги проводят вас в комнаты, где вы сможете отдохнуть и набраться сил. А завтра, если дорогие гости захотят, вы сможете посетить сокровищницу клана и выбрать всё, что захотите! Это будет наша благодарность за спасение старейшины Ян Джао и наших людей.
Мы все поднялись, и девушки, которые до этого подливали вино, повели каждого гостя в выделенную ему комнату.
Внутренний дворик в лунном свете, освещённый бумажными фонариками, выглядел, как что-то фантастическое. Все эти дорожки, прудики, мостики с перилами… Тонкий аромат цветов в вазонах… Красота да и только!
Я прям душой расслабился!
Я шёл за своей служанкой и поневоле любовался, как она идёт в мягких туфельках, мелкими шажочками. Одетая в платье ниже колен с высокими разрезами по бокам и штаны… С заплетёнными в две косы и уложенными в причёску волосами… Она была стройная и грациозная.
Не то чтобы меня это как-то привлекало, просто очаровывало, радовало мои эстетические чувства.
И, видимо, не только мои — я услышал, как идущий по соседней дорожке Глеб пытается поговорить со своей служанкой.
Но девушка просто вежливо улыбалась, кланялась и показывала, куда нужно пройти.
— Глеб, не приставай к девушке! — сказал я.
— Да я помню! — отмахнулся мой товарищ.
Когда мы ещё только подъезжали к городу, Аристарх Петрович негромко проинструктировал нас, как можно себя вести, а как нельзя.
Понятно, что мы должны изображать беспечных туристов, но при этом мы не должны рассориться с хозяевами. А лучше вообще сохранить добрые отношения. Кто его знает, вдруг нам понадобится их помощь?
Кстати, на пиру стражников не было.
Я не понял только почему — их не пригласили или они отказались?
Но я понимал, что расслабляться нельзя. Возможно, именно сейчас, когда мы расслабились, за нами идёт наиболее внимательное наблюдение!
— Что ты помнишь, друг мой? — спросил я, оставляя свою дорожку и прямо по газону шагая к приятелю и обнимая его за плечи.
Глеб посмотрел на меня пьяными глазами и сбросил мою руку:
— Я помню, друг мой, что ты задолжал нам медитацию! — сказал он и погрозил пальцем перед моим носом.
— Ну так зови всех в мою комнату, — предложил я.
Глеб тут же забыл про служанку, к которой вот только цеплялся и рванул напрямки через газон к Даниле.
Через несколько минут во внутреннем дворе уже был хаос.
Растерявшиеся служанки не знали, как быть. Они должны были отвести уважаемых гостей отдыхать, но гости начали бегать по дворику, о чём-то громко разговаривать…
И вот ведь беда! Девушки-служанки не знали русского языка. А мы не знали китайского… Как удобно! Для нас, конечно…
Для старших были выделены комнаты в другой стороне, так что никто не мог нас остановить. И вскоре мы уже шли толпой к моей комнате.
На пороге комнаты я поклонился служанке так, как это всегда делал Мо Сянь.
Девушка покраснела и что-то залепетала и тоже начала кланяться.
Я поднял её, развернул к себе спиной и легонько толкнул, мол, дальше справимся сами.
Девушка недоверчиво оглянулась, и я замахал рукой — иди!
И вслед за своими товарищами вошёл в выделенную мне комнату.
Чем-то эта комната была похожа на комнаты в гостинице в приграничном Бурчуне, в котором нам так и не удалось переночевать. Только если там всё было яркое, кричащее, то тут расцветки и рисунки были более изысканными.