Демоны ледяных гор-Тайны рода. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Пропустив предыдущие вопросы, я ответил на последний:
— Валентин Демьянович сказал, что я могу идти на лекцию. Только вечером должен вернуться в медблок.
— Ура! — закричали ребята и кинулись было меня обнимать.
Но Полина рявкнула:
— Стоять!
Я даже не представлял в ней такой силы. Но ребята остановились, замерли на месте. Как в детской игре: «Море волнуется раз».
— Вы что, хотите, снова Володе все кости переломать? — строго спросила Полина.
И ребята, смутившись, отошли от меня.
— Ты сказал, что можешь идти на занятия? — уточнила Анастасия.
— Да, — подтвердил я.
Анастасия кивнула и сказала строго:
— Тогда нам всем нужно идти на лекции!
И я вспомнил, что она вообще-то староста!
Получалось, что Анастасия не убежала на занятия, как и положено старосте, а ждала меня, чтобы узнать о моём самочувствии. И у меня в душе поднялся тёплый лучик благодарности.
А потому я поддержал её:
— Да, пойдёмте! Мы и так столько пропустили! А у нас впереди большой турнир!
— Точно! — подтвердил Глеб. — Мы же хотели успеть сдать по два переводных экзамена, чтобы подать заявку на турнир!
Судя по тому, что Степан поддержал Глеба и не стал задавать вопросов, ребята уже ввели его в курс дела. Что ж, тем лучше! Не нужно будет убеждать его помочь ребятам и натаскать их на сдачу экзамена.
Когда мы проходили мимо палат графа Суворова и барона Вигандта, я поневоле перевёл взгляд на двери, и Анастасия негромко сказала:
— Они ещё не выздоровели.
Я вздохнул. Анастасия расценила это по-своему.
— Аристократия, — сказала она. — Это масса ограничений, принципов и условностей. И в обстоятельствах, когда все обладают смертоносной силой, истинные аристократы должны особенно следить за соблюдением этикета. А также за своими словами. Они нарушили эти правила, за что и поплатились. Так что не вини себя, ты действовал честно. Несмотря ни на что.
Я кивнул, поневоле вспоминая это самое «несмотря ни на что». И напомнил себе при случае поговорить с Мо Сянем и расспросить его, как можно защититься от ментального воздействия.
Но пока я раздумывал, мы вышли на улицу и отправились в главный корпус, где по расписанию должна была быть у нас лекция.
Марта со Степаном пошли было с нами.
С одной стороны, это было хорошо — дополнительная защита не повредит. Но с другой, — это не честно по отношению к Марте и Степану. Потому что им тоже нужно учиться и сдавать экзамены.
А потому я остановился и спросил у них:
— Какие у вас сейчас занятия?
— Да мы с тобой пойдём, — начала было Марта, но я оборвал: — Ты, конечно, можешь стать вечной студенткой! Но это ли тебе нужно?
Марта смутилась.
И тогда Степан похлопал её по плечу и сказал:
— Ничего не поделаешь! Пойдём, друг мой Марта, грызть гранит науки!
Марта вздохнула и с неохотой отделилась от нашей компании.
И вскоре спины Марты, Степана и его телохранителей замелькали между деревьями.
Степан пытался оставить мне своих телохранителей, но я отказался. Его родители приставили их к нему, так что пусть они рядом со Степаном и будут.
Не знаю, то ли зелье Валентина Демьяновича так подействовало. А может и последние события. Ну или просто чувствовалось, что зима подходит к своему завершению, но мне как никогда хотелось жить!
Я втянул носом воздух. На улице пахло весной. Несмотря на то, что вокруг ещё лежал снег, весело чирикали воробьи, а солнышко пригревало так, будто и не февраль вовсе, а как минимум апрель.
Месяц в академии пролетел с такой скоростью, что я и оглянуться не успел!
И тем не менее, на лекцию я сейчас не спешил. Спокойно шёл по аллее и наслаждался присутствием друзей, чириканьем воробьёв, по-весеннему мягким снегом.
Друзья шли рядом. И было какое-то странное чувство единения. Как будто мы все, включая и Степана с Мартой, которые ушли на свои занятия… Все мы давным-давно знакомы. И не просто знакомы, а словно родные.
Я чувствовал каждого — его настроение и физическое состояние.
Мне не нужно было для этого призывать оболочку духовного кольца. Незачем.
 
Именно поэтому я немного поотстал и пошёл рядом с Василем.
— Что-то случилось? — негромко спросил я его.
— Ничего такого, — помотал головой он.
— А что тогда? — продолжил я расспрашивать, потому что чувствовал: Василь обескуражен и немного растерян.
— Да ерунда какая-то… — задумчиво проговорил Василь. — У меня было видение. Странное.
Я уже понял, что мне придётся вытягивать информацию клещами. Но я не собирался сдаваться. Тем более, что это касалось дара Василя. Дар нужно было развивать, хоть парнишка и не чувствовал уверенности в себе.
— И? — подтолкнул я Василя.
Он вздохнул.
— Я в последнее время часто вижу одну и ту же картину. Очень чётко вижу… — заговорил он.
Я слушал внимательно, не позволяя Василю отвлечься.
К нашему разговору стали прислушиваться и Полина с Анастасией, Сеней, Глебом и Данилой. Видимо, они тоже стали лучше чувствовать друг друга, и поняли, что с Василем что-то не то.
— Что за картину ты видишь? — серьёзно спросила Анастасия.
И как ни странно, её вопрос помог Василю решиться.
Мы как раз подошли к крыльцу в главный корпус и остановились перед ним.
— Я в последнее время часто вижу огромного монстра в лесу, — Василь наконец-то перешёл к сути. — Лес не наш, а какой-то странный. Я деревьев таких и не видел никогда. А монстр реально огромный. И он лежит. А рядом с ним стоят Володя и Шаман.
— А мы где? — спросила Полина.
— Нас нет, — серьёзно сказал Василь.
И тут мимо нас в открывающуюся входную дверь главного корпуса академии рыжей молнией прошмыгнул Шаман.
Это произошло настолько внезапно, что мы даже не успели отреагировать.
  
Глава 13
 
Переглянувшись с друзьями, мы поспешили за Шаманом. И едва не столкнулись в дверях с ректором — это он открыл двери, чтобы выйти, и тем самым запустил Шамана.
— Володя? — удивлённо произнёс ректор.
— Здравствуйте, Данила Евграфович! — сказал я и хотел пройти, но ректор перекрыл дорогу и отодвигать его было бы не вежливо.
— Что ты здесь делаешь? — спросил ректор, по-прежнему перегораживая мне путь.
Шаман уже скрылся, и понять, что там его привлекло, уже было трудно.
Меня это, если честно, взбесило.
— Мы опаздываем на лекцию! — попробовал я призвать ректора к совести.
Но он не повёлся на мои слова.
— Ты же должен быть в медблоке? — скорее сообщил, чем спросил он. — Мы же вот только виделись с тобой и состояние у тебя было прямо скажем…
Перед глазами тут же встала сцена, как ректор с попечителем и главным лекарем торопились уличить меня и Варвару Степановну в неуставных отношениях. Причём, тогда его мой вид и сломанные рёбра не смущали!
Я вздохнул и как-то сразу успокоился.
— Валентин Демьянович дал мне укрепляющее зелье и сказал, что, если я буду бережно относиться к своему здоровью, то могу пойти на лекцию. А потом я должен сразу же вернуться в медблок. Я ведь и так много пропустил. А мне нужно побыстрее сдать выпускной экзамен и вступить в наследство.
Я говорил всё это спокойно, не обращая внимания на то, что лицо ректора пошло пятнами.
Наконец, я выдал свою тираду и уставился на него, ожидая ответных слов или лучше действий.
Ребята стояли позади нас и терпеливо ждали, чем всё закончится. Но когда я договорил, Анастасия вышла вперёд и торжественно произнесла:
— Я староста первого курса Анастасия Воронцова. Свидетельствую, что всё произошло именно так. Владимир Корнев говорит правду.
Следом за ней и остальные ребята шагнули вперёд.
— Так и есть, мы сами слышали!
Будь я на месте ректора, то сразу поймал бы их на лжи, потому что чтобы слышать слова доктора, им нужно было находиться в моём закутке. В любом другом случае звукоизолирующие ширмы не позволили бы им услышать.