Демоны ледяных гор-Тайны рода. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

— Ты знаешь, как ни странно, моя культивация не только не пострадала, а наоборот, как будто все изъяны выправились. Нет, ступень не увеличилась, но… Помнишь, ты Марте выстраивал основание? А потом во время совместной медитации у всех основание немного откорректировалось. Тут было то же самое. Только качественнее. Хотя мы ещё не медитировали после пустоши — не до того было. Даже не думала, что слизни так повлиять могут.
— Это не слизни, — автоматически ответил я.
— Не слизни? — удивлённо спросила Полина. — А кто тогда? Или что?
— Это была компенсация за то, что вы пострадали, — ответил я.
Я пока так и не решил, говорить ли о босоногой девчонке или не говорить. Очень уж странно всё было.
Но я понял про подарок. По-видимому, та девчонка поправила моим друзьям разрушенную слизнями культивацию. А заодно и изъяны выправились.
В том, что основания были разрушены, я не сомневался — у меня у самого слизни жрали загущенную ци. И если бы не духовное кольцо…
Если бы не духовное кольцо, сейчас некому было бы сидеть тут на кровати и разговаривать.
— Как думаешь, — спросила Полина. — Нас не начнут изучать, как феномен? Мало того, что выжили, так ещё и возвысились.
Чёрт! Это была серьёзная проблема. Мы, конечно, можем всё списать на технику Мо Сяня, но ведь тем самым мы уже подставили китайца. Может, потому его и нет, что теперь все думают, будто он обладает такой техникой. А он не обладает!
Что ж я не подумал об этом раньше?
— Не нужно афишировать, что мы возвысились, — сказал я. — Незачем всем подряд знать об этом. Ну или возвысились не из-за этой истории, а благодаря тренировкам и тому, как хорошо обучают в академии магии!
— Ты прав, — согласилась Полина. — Нужно будет завтра поговорить об этом с ребятами.
— Поговоришь? — спросил я. — А то ко мне постоянно внимание приковано.
— Да, конечно! — согласилась Полина.
И я выдохнул — одной маленькой проблемой стало меньше.
Теперь осталось выяснить, куда делся Мо Сянь.
— Пойду я, — сказал я Полине, поднимаясь. — А ты спи.
Поднимался я очень медленно, оберегая рёбра.
Полина следила за моими движениями. И когда я выпрямился, предложила:
— Может, тебя проводить?
— Не нужно, — сказал я. — Я сам. Отдыхай!
И шагнул к выходу.
— Володя! — негромко позвала меня Полина.
Я остановился:
— Что?
— Береги себя! — с жаром сказала Полина. — Не нужно думать только о себе. Подумай о том, что кто-то переживает о тебе…
Я не сразу понял, что она имеет ввиду, потому что я всегда помнил о друзьях и ради них в общем-то сделал то, что сделал.
Но потом до меня дошло, и я ответил:
— Хорошо. Отдыхай!
И вышел из закутка.
Ох уж эти девушки! Вот попробуй пойми, что они имеют ввиду? Не будь у меня богатого жизненного опыта, я может и не догадался бы, что Полина говорит о своих чувствах!
В коридоре по-прежнему было пусто.
Однако, не успел я сделать и пяти шагов, как открылась входная дверь и вошёл медбрат, пряча подмышкой какой-то свёрток.
Увидев меня, он дёрнулся.
— Корнев! Почему не спишь? Почему шастаешь по коридорам? — зашипел он. — Ну-ка быстро в кровать!
— Иду уже, — ответил я.
Я шёл медленно, и видел, что медбрата раздражает моя медлительность. Но испытывал странное удовольствие, наблюдая, как он злится.
— Ты можешь идти побыстрее?! — рявкнул он.
— Я и так бегом бегу! — усмехнулся я, продолжая двигаться мелкими шажочками.
Я бы пошёл ещё медленнее, чтобы только посмотреть, как он будет выходить из себя.
А ещё мне было очень интересно: что у него за свёрток? И зачем ему нужно, чтобы я побыстрее свалил из общего коридора?
  
Глава 7
 
Всё ж таки не зря я отправился искать монстров. По крайней мере один был передо мной. Пусть и выглядел он как человек.
В общем, медбрат решил не просто поторопить меня, а придать мне ускорения, схватив за руку и дёрнув в сторону моего закутка.
Но сломанные рёбра штука такая, они не терпят неосторожных движений.
В тот момент, как медбрат дёрнул меня за руку, у меня в глазах потемнело, и я начал заваливаться.
 
Попытка медбрата подхватить меня, принесла мне ещё больше боли.
— Да что с тобой делать?! — вскричал медбрат, в тот момент, когда я со стоном и грохотом завалился на пол.
Мне было очень больно. И тем не менее, я злорадствовал — так оно и бывает! Пословица: «Поспешишь, людей насмешишь» возникла не на пустом месте. Хотя мне, надо признаться, было совсем не до смеха!
Упасть-то я упал быстро. А вот поднять меня теперь стало для медбрата неразрешимой проблемой. Как минимум потому, что самостоятельно встать я не мог. А при каждой попытке «помочь» мне, кричал от боли.
Видимо, ширмы были не такие уж и звуконепроницаемые… но ведь точно не из-за того, что боялся причинить мне лишнюю боль… Одним словом, медбрат перестал истязать меня, и задумался, как доставить меня в мой закуток.
Я, конечно, орал чуть больше, чем была необходимость. Потому что прекрасно понимал, чем могут грозить мне резкие и неосторожные движения — осколок ребра может воткнуться в лёгкое. А при таком уровне медицины, как тут, меня в этом случае скорее всего будет ждать летальный исход.
В общем, задумался не только медбрат, но и я.
Как ни крути, а мне нужно попасть на свою кровать. Не лежать же мне тут на полу. Тут и простыть можно в добавок ко всему.
— Мальчики, я вам не помешала! — раздалось от двери.
Мы оба резко посмотрели на открывшуюся дверь. Медбрат так аж подпрыгнул и засуетился, пытаясь сделать свёрток менее заметным, отчего только привлекал к нему внимание…
Хотя, мне сейчас было не до свёртка. В дверях стояла Варвара Степановна Синявская, преподаватель артефакторики.
— Вы здесь? В такое время? — удивился я. — Ночь ведь…
— А мне не спалось! — с вызовом ответила Варвара Степановна.
Объяснение, конечно так себе. Ну допустим, ей не спалось. Но кто сказал, что остальные тут не спят? Ночь ведь! К тому же лечебница не лучшее место для борьбы с бессонницей.
Варвара Степановна, покачивая бёдрами и томно улыбаясь, подошла к нам. И преувеличенно внимательно посмотрев на нас, погрозила пальчиком:
— Ах вы, плохие мальчики! Чем это вы тут занимаетесь, а?
Я аж охренел от таких слов. Смотрел на неё и думал: «Это точно Варвара Степановна?» Хотя, насколько я уже успел убедиться, провокатор она тот ещё! Не случайно же многие студенты не могут сдать ей экзамены…
Медбрат же вскочил и начал оправдываться:
— Да мы ничего такого, вы не подумайте! Просто Володя пошёл прогуляться и нечаянно упал. А как поднять его я не знаю, у него сломанные рёбра.
— А, то есть, ты знаешь про сломанные рёбра? — промурлыкала Синявская. — Именно поэтому и… лапал его…
Последние слова она произнесла с едва уловимой угрозой. Но, блин, даже у меня мурашки по спине пробежали.
Что касается медбрата, то он затрясся весь.
Но Варвара Степановна уже потеряла к нему интерес. Оглядев меня, она произнесла:
— М-да… Задачка! — потом глянув на медбрата, приказала: — Быстро найди кого-нибудь, кто ещё не спит! Чтобы помогли поднять твоего пациента. — И выдернув у медбрата из-под мышки свёрток, отбросила его в сторону и сказала строго: — А это оставь тут! Чтобы не отвлекаться…
Я видел, что медбрат был готов вцепиться в своё сокровище, но не посмел ослушаться преподавателя артефакторики.
Неуклюже поклонившись, он выскочил из палаты.
Варвара Степановна постояла немного, задумчиво глядя ему вслед. А потом присела рядом со мной на корточки.
— Что же ты, Володя, так невнимательно относишься к своему здоровью? — спросила она совсем другим тоном.
— Так получилось, — ответил я, поглядывая на лежащий неподалёку свёрток.
Если бы не Синявская, я бы его уже развернул. Но при ней было как-то неудобно.
— Я ведь к тебе шла, — сказала она.