Демоны ледяных гор-Тайны рода. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

При упоминании приставов сразу же пронеслись передо мной воспоминания о встрече при моём первом посещении завода и случай с княгиней Разумовской. Похоже, в этом мире приставы — это сила намного серьёзнее, чем я представлял! Знать бы ещё, как она работает!
То, что не смог выяснить, кто заказчик, огорчало. Но другие сведения несколько раскрыли передо мной этот мир. С неожиданной надо сказать стороны раскрыли!
Больше ничего стоящего узнать у пленных не удалось. Ну разве что: пленные из разных деревень, принадлежали к разным родам. Один женатый, есть дети, второй пока семьёй не обзавёлся.
Глеб и Данила подтвердили, что я услышал всё, что мог и даже больше — происхождение мужиков моих друзей не волновало.
А я остался перед дилеммой — что делать с пленными?
Убить? 
Одно дело убить в бою. И совсем другое — вот так, после допроса. Тем более, что Марта выжила и сколько-нибудь существенного урона нападавшие нам не нанесли. Хотя истины ради могли…
Да, я убивал в горячих точках. И пленных после допроса расстреливал. Но там это было другое. Там отпущенный враг тут же вооружался снова. А здесь мужики крестьяне, которые и так попали под раздачу.
С другой стороны, если отпустить, где гарантия, что они не вернутся в отряд и не доложат начальству всё, что тут видели. В результате из моих языков станут вражескими информаторами.
Держать их в усадьбе? Да как-то тюрьмы тут не предусмотрено. Отправить в деревню к деду Радиму? Сбегут.
А что, если их отправить на завод? Пусть трудом своим искупят, так сказать. Опять же, в связи с перестройкой завода рабочая сила там нужна. А эти мужики к труду привыкшие! И сбежать оттуда будет непросто. А если ещё пообещать семейному доставить туда его семью, так и вовсе можно получить преданного работника.
Но думать об этом нужно на свежую голову. А потому я попросил Данилу и Глеба принести пару тулупов, чтобы пленные за ночь не замёрзли. Всё-таки температура в помещении хоть и плюсовая, но около нуля. Ещё принёс им по миске похлёбки и ведро, для справления нужды. И конечно же развязал. 
Но оставил с ними Умку и Шилань. Волки с пленных глаз не спустят, так что можно дать немного свободы. 
Никогда не понимал излишней жестокости. Хотя бывают ситуации, когда она необходима. И тогда вопросов нет — всё по законам военного времени — взял в руки оружие? Всё, это уже не ребёнок, не женщина, не раненый. Это солдат вражеской армии и подлежит уничтожению. Тут без вариантов. 
Но тут у нас не война. И проявление милосердия может оказаться более выигрышной стратегией.
В общем, решено! Но глаз с них не спущу. И если увижу хотя бы намёк на враждебные действия, то, как говорится, мой меч — их головы с плеч! Тем более, что меч у меня всегда под рукой. И даже не один…
Вернулись с Глебом и Данилой в гостиную. Прасковья уже ушла спать, как и все остальные домашние. А нам как-то не хотелось расходиться. Я чувствовал, что парням нужно выговориться, а потому решил дать им такую возможность — сходил на кухню и вернулся с тремя бокалами и парой бутылочек наливки. Тут бы, конечно, лучше что-нибудь покрепче, но наливка тоже хорошо. А мало будет, так можно добавить…
Разлил наливку по бокалам и протянул друзьям.
— С боевым крещением? — предложил я тост.
— Это точно! — согласился Глеб. — Боевое крещение как есть.
— Не думал, что так быстро смогу побывать в настоящем бою, — добавил Данила. — Это совсем не то, что на учениях. Да и какие учения на нашем курсе, так, игры в песочнице.
— Но вы молодцы, не растерялись! — похвалил я друзей. — За вас!
Соединив стаканы, мы отдали должное наливке.
Когда стаканы опустели, я долил каждому.
— И часто ты так развлекаешься? — спросил у меня Глеб.
— А вот как стал главой рода, так и развлекаюсь, — ответил я. — То волколаки с лютыми мертвецами, то призраки, то слуги Мораны, то чёрные колдуны, то волковские прихвостни. Но сегодня что-то явно перебор.
— А здорово ты их! — загорелись глаза у Данилы. — Чем ты так бабахнул? Что за артефакт? Дорогой, наверное?
 
Вопросы сыпались как из рога изобилия, а я не знал, что сказать.
Я уже понял, что говорить о том, что сам сделал эти артефакты, не стоит. А если не рассказывать о происхождении артефактов, то я не смогу объяснить, что это и где взял.
— А это то же самое, что бабахнуло перед этим? — спросил Глеб.
И я аж мысленно застонал. Они же видели, как я испытывал артефакт! А определить, что взрыв тот же самый — тут и магом быть не нужно. Тем более, что Глеб и Данила военные. А значит, в уничтожении вражеской силы что-то понимают.
Пришлось наливать ещё и срочно менять тему разговора:
— А как вы додумались сходить посмотреть, остался ли кто живой? — спросил я.
И парни сразу же смутились. Особенно Данила — он покраснел до кончиков ушей.
— Ну… Когда ты уехал с Мартой… — начал он и замолчал.
— Мы очень переживали за Марту! — пришёл ему на помощь Глеб. — Потому злые были, жуть! Вот и пошли!
Я их понимал. Это мерзкое чувство, когда ранят близких. А Глебу Марта родная сестра.
И тут мой взгляд упал на Данилу. Его румянец, блестящие глаза и радость от того, что Марта жива… Та нежность и забота, с которой он поддерживал Марту… Да он, поди влюблён в девушку!
Я даже сам прифигел от такого открытия.
Ну да, при таком раскладе понятна его жестокость с пленными. Странно, что он из них душу не выбил!
Конечно, дела сердечные многое объяснили. Но остались ещё вопросы — кому я встал поперёк горла? Причём, настолько, что он обратился к приставам. А ещё гильдию наёмных убийц сбрасывать со счетов нельзя.
Понятно, что гильдия вряд ли связана с напавшим на нас отрядом. Но заказчик и там, и там, вполне может быть один!
Устав ломать голову, я тяжело вздохнул:
— Не понимаю я, чего им от меня надо! Я живу спокойно, никого не трогаю, никуда особо не лезу! За что меня хотят убить? Кому я жить мешаю?
Уже изрядно захмелевшие Данила с Глебом переглянулись. И Глеб, снизив заговорщицки голос, сказал:
— А ты не думал, что это может быть из-за слухов о твоём рождении?
— Ага, — добавил Данила. — Особенно, если учесть, что твоя сила внезапно пробудилась.
— Из-за слухов людей не убивают! — отмахнулся я. 
Вроде взрослые парни, а всё в заговоры играют.
— Не скажи! — возразил Глеб. — Такие разговоры способны поставить под угрозу жизнь императора!
— Тс! — тут же зашикал на него Данила. — Нельзя об этом говорить!
— А что, скажешь, я не прав? — разошёлся опьяневший Глеб.
— Да я разве говорю, что не прав? — попытался утихомирить друга Данила. — Но говорить об этом не надо!
— Мы тут все свои, — пошёл в разнос Глеб.
— И у стен есть уши! — не сдавался Данила.
Я слушал парней и понимал, что это было правильное решение — не говорить им о бомбах и об особенностях моей магии и моей культивации. Они парни хорошие, но вот пример, как легко может утечь важная информация.
Но с раздухарившимися парнями нужно было что-то делать, потому что они уже не просто спорили, а кричали друг на друга. Так и весь дом перебудить можно.
Пришлось снова отвлекать их.
— А давайте споём? — предложил я, вспоминая чудесный мультик про волка и пса.
Парни перестали кричать и уставились на меня пьяными глазами.
Ну и мне не оставалось ничего другого, как запеть. Естественно, первое, что пришло на ум. Короче я, обняв парней за плечи, негромко запел:
Наверх вы, товарищи, все по местам! 
Последний парад наступает. 
Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг», 
Пощады никто не желает. 
  
Глава 30
 
Когда я открыл глаза, то сразу же зажмурился — таким ярким был свет. Проморгавшись немного, я снова открыл глаза.
Был яркий день. Передо мной стояла встревоженная Матрёна.
Я улыбнулся девушке и протянул к ней руки.