Демоны ледяных гор-Тайны рода. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

— Нет, молодой господин. Мой меч из металла. Это не духовное оружие, а вполне себе материальное.
— Тогда куда ты его прячешь? — спросил я, чувствуя себя дураком.
Мо Сянь отстегнул от пояса небольшой тряпичный мешочек на завязках, больше похожий на мешочек для денег или для мелочёвки.
— Вот сюда, — сказал он, протягивая его.
— Да ладно! — усмехнулся я, потому что в такой мешочек вместился бы разве что телефон и то не всякий. Но никак не меч! — Это же для мелочи! Сюда не то что меч, эфес от меча не влезет!
Мо Сянь без лишних слов распустил завязки и на моих глазах вытащил из небольшого мешочка длинный меч. Показал его мне. А потом на моих же глазах сунул обратно, и меч исчез.
— Как это? — растерялся я.
— Это не простой мешочек, — сказал Мо Сянь. — Он внутри намного просторнее, чем снаружи.
— И много туда вместится?
— Много, — с улыбкой ответил Мо Сянь. — Он, конечно, не бездонный, но очень вместительный.
— Я тоже такой хочу! — тут же заявил я.
Мо Сянь сложил руки и поклонился.
— Нужно обратиться к духовному мастеру, который изготавливает такие мешочки. Они индивидуальные. Открыть их можно только своей ци. Например, мой открыть могу только я.
— И где найти такого мастера? — тут же спросил я.
— В Китае, — ответил Мо Сянь.
— В Китае… — эхом повторил я, жалея, что в этом мире нет «алишки».
— Либо ещё один вариант, — внимательно глядя на меня, сказал Мо Сянь. — Убить владельца и получить мешочек в качестве трофея. Как только человек умрёт, его ци развеется, и можно будет настроить мешочек на себя. Заодно получить доступ ко всему, что хранится внутри.
Я вздохнул и вернул Мо Сяню его вещь.
— Ради удобного кошелька я точно никого убивать не стану! Скорее уж в Китай съезжу… — и добавил: — Пора отдыхать? 
— Да, молодой господин, — Мо Сянь по своему обыкновению поклонился.
И мы пошли по своим комнатам.
Волки, естественно последовали за нами. Но в последний момент вдруг развернулись и поскакали на улицу.
Я вспомнил слова Мо Сяня о том, что наши духовные звери сами будут искать себе пищу, и не стал сдерживать — пусть бегут.
А сам закрыл комнату и остался один.
На улице уже стояла ночь, а я так и не обсудил с Егором Каземировичем, о чём он там договорился в «Кротов и сыновья», и появились ли какие намётки в деле производства автомобилей. Но сейчас уже идти к нему было поздно, даже если мой управляющий и не спал.
А вот мне выспаться не мешало — сегодняшний день оказался очень насыщенным. И вынес из него я одно: нужно становиться сильнее! Нужно культивировать ци, использовать любую возможность. Я должен стать ключевой фигурой, чтобы никто не посмел увозить моих друзей или отменять договорной брак. Даже если мне этот брак и нафиг не сдался! В своей жизни решать буду я!
С другой стороны, отсутствие прямых нападений со стороны Волковых и случаи с Глебом, Данилой и Полиной говорят о том, что Волковы решили выключить меня из социума. Чтобы потом, когда они придут за мной, никто не посмел вступиться за меня.
От этой мысли настроение испортилось совсем.
И я, вместо того чтобы спать, поднялся и вышел во двор.
На улице стояла ночь. Ни звёзд, ни луны не было — всё небо было затянуто тучами. Погода явно испортилась, и скоро пойдёт дождь или даже снег.
Умка с Шиланью тут же подбежали ко мне, как бы проверяя, это правда я вышел? А зачем? Поиграть с ними?
Поиграть…
Расшумимся сейчас, а люди спать легли.
Поэтому я решил отойти с волками подальше от дома, чтобы не мешать никому.
В сопровождении скачущих вокруг меня белого и серого волка, я пошёл сначала к закрытой конюшне, а потом мимо неё — в сад. 
Я шёл и шёл и ноги сами принесли меня к тропинке, которую я обнаружил при первой пробежке.
Надо ли говорить, что я свернул на неё и отправился в сторону защитного барьера?
Не знаю, о чём я думал в этот момент. Наверное, ни о чём — голова была абсолютно пустая. 
Я просто шагал, посматривая то на голые ветки деревьев, то на пожухлую траву, тянущуюся вдоль светлеющей тропинки, то на небо, точнее, на тучи — тяжёлые, в лохмотьях…
 
Вокруг было тихо. Слишком тихо. 
И пахло холодом.
Остановился я около барьера. Там, с той стороны, взвивались небольшие снежные вихри. И это при том, что на земле первый снег давно уже растаял, а новый пока ещё не выпал.
— Слуги Мораны… — проговорил я вслух. — Поди, пришли по мою душу…
Я хорошо помнил первую встречу с ними. Они тогда лишь немного задели меня, но изрезали всего ледяными лезвиями. И если бы не Мо Сянь, меня бы тут сейчас не было бы.
Умка и Шилань сидели рядом со мной и посматривали то на меня, то на барьер, точнее, на снежные вихри. Они не торопили меня и не пытались препятствовать. Просто сидели рядом и ждали моего решения.
Что касается меня, сомнений что делать, у меня не было совсем.
Я точно знал, что через защитный барьер эти снежные вихри не пройдут. Да, характеристики защитного поля сейчас немного другие, чем у того, которое устанавливал предыдущий глава рода — мой отец. Но раз слуги Мораны не бросались на барьер, значит, преодолеть его не могли. Так что, пока я оставался с этой стороны, достать меня они были не в силах.
Проблема в том, что я не собирался оставаться с этой стороны! Я хотел драться! Я очень хотел драться! Мне нужен был кто-то, на ком бы я выместил свою ненависть к Волковым.
Ци отправилась в руку легко. Я даже оформить мысль не успел, а клинок уже был у меня в руке. И едва я почувствовал тяжесть меча, как рванул через защитное поле. 
Умка и Шилань тут же рванули за мной. И мы почти одновременно вклинились в ряды врагов.
Взмах, и первый вихрь опал, так и не успев дотянуться до меня ледяными лезвиями.
Ещё взмах, и второй тоже осыпался серебристой пылью. 
А вот с третьим так легко не получилось — к тому времени меня окружили, и ледяные лезвия заметались перед моим лицом.
Но меня это только подстегнуло!
Я вспомнил свою первую тренировку с дедом Радимом — когда нужно было пройти через толпу. Что ж, снежные вихри сжимались вокруг меня — чем не толпа. Вот я и пошёл косить…
Красный клинок отлично разрубал слуг Мораны. А от их ударов я успевал уклоняться…
Белые снежные вихри в темноте было очень хорошо видно. И я их рубил — снова и снова. И не просто рубил, а как с дровами — использовал свою ци, то есть, вкладывал её в каждый удар.
Волки тоже рвали снежные вихри, терзали их, бились с ними.
Поначалу было шаткое равновесие сил — слуги Мораны прибывали, но мы успевали сокращать их численность. Но постепенно накапливалась усталость. Всё-таки нас было только трое, а вихри… Тем более, пошёл снег. И это добавило сил слугам Мораны.
То, что я не чувствую притока чёрной ци, заметил я далеко не сразу.
И когда заметил, понял, что победить нам будет не просто.
По поводу того, чтобы вернуться под защиту, я даже думать не хотел…
И тут меня атаковали. Я не видел кто, но интуитивно вскинул меч.
Ледяное лезвие перерубило мой клинок.
Сразу же навалилась усталость. Но я не позволил себе раскисать, и увернувшись от следующих ледяных лезвий, снова вызвал клинок.
Теперь победить слуг Мораны стало для меня не только вопросом выживания, но и делом чести. А потому я бросился в самую гущу.
Опыта, конечно, мне не хватало. Однако, я вспомнил, как сегодня днём княжна Полина кинулась на меня, намереваясь убить, и я начал двигаться ещё быстрее — в самый центр, к самому большому смерчу. И с лёту перерубил его. 
Зато остальные одновременно ринулись на меня.
Чтобы уйти от их атаки, я сделал широкий шаг назад и отклонился. Именно это и спасло мне жизнь, когда перед моим лицом промелькнули два ледяных лезвия, как два коротких меча.
Пропустив их, я автоматически нанёс колющий удар и… И попал! Не знаю, в кого — я никого не видел. Но я точно чувствовал, что мой клинок пронзил чьё-то тело.