Демоны ледяных гор-Тайны рода. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Пока дворецкий расстилает кровать, путник осматривает комнату и со страхом в голосе спрашивает:
— Интересно, а в этой комнате никогда не происходило чего-нибудь удивительного?
Дворецкий:
— Да было разок… Помнится, лет десять назад путник, который здесь ночевал, утром проснулся живым.
  
Глава 18
 
Я был настороже. Именно это и спасло нас.
А начиналось всё так хорошо…
Мы подошли к воде.
Точнее, первым подошёл я, а Юнмей и Моня остались чуть в стороне. 
Приглядываясь и прислушиваясь, я сначала набрал воды в опустевшие ёмкости — вдруг обстановка изменится, и мы не успеем? Потом быстро умылся, промыл царапины — парочка на руках оказалась довольно-таки глубокими, и из них нужно было вымыть грязь, чтобы не было заражения. 
Закончив промывать, я отошёл в сторону, чтобы следить за обстановкой. А заодно перевязать самые глубокие раны.
Конечно, мне очень хотелось отмыть от дерьма одежду, но у нас не та ситуация, чтобы форсить — не на параде как никак! Так что это не говно летучих тварей, а маскировка. 
После меня умываться пошла Юнмей. Она тоже быстро помыла руки и сполоснула лицо, а потом промыла царапины. Некоторые были на голове среди волос, и Юнмей пришлось промыть и их.
Как только закончила, она сразу же отошла от воды. Хотя вокруг было тихо и спокойно. Но я не доверял этому спокойствию. Тут, под землёй все, кого мы встречали, хотели нас убить. И я понимал причину — все эти твари охраняли портал. Так что церемониться с нами никто не будет — сожрут и не подавятся! 
Быстро обработав и перевязав раны Юнмей, я разрешил подойти к воде Моне, хоть он и просился раньше. Но я просто не мог одновременно смотреть за Моней и перевязывать раны Юнмей.
То ли от того, что он стал большим, а то ли от того, что никаких враждебных проявлений со стороны водных обитателей, если таковые тут были, пока не наблюдалось, Моня без страха с шумом вошёл в воду и принялся с удовольствием плескаться. А у меня рука не поднялась остановить его — он был такой счастливый!
Он окунался, тряс башкой, ловил зубастой пастью брызги, снова окунался и снова отряхивался.
Так-то да — у него густая и длинная шерсть. И, если не ухаживать за ней, она быстро пойдёт колтунами. И тогда останется только остричь. А для Мони это точно не вариант! Особенно сейчас, на пороге зимы.
И потому я дал Моне поплескаться, а сам с повышенным вниманием наблюдал за водной гладью. Ведь если кто-то живёт под водой, то шум точно привлечёт его внимание. Но может и насторожить — мало ли, вдруг ещё больший хищник? Тот же Агуйн Баавгай, например. Или вообще — змей!
А вот кровь! Кровь в воде говорит о том, что тут жертва, и она ослаблена!
Если учесть, что кроме Мониного шума, внимание врагов привлекла и наша кровь, которая попала в воду — мы же омыли царапины… то вероятность нападения была очень велика.
Поэтому, когда я увидел, как на воде появились не волны даже, а некоторые неровности, и они с разных сторон устремились к Моне, я заорал, как оглашенный:
— Моня, быстро на берег!
А сам ринулся к воде с катаной наизготовку. Потому что я сразу понял — Моня не успеет! Это просто невозможно успеть выбраться из воды — слишком быстро приближались волны. И судя по гребням, под водой было что-то огромное!
Моня это тоже понял, поэтому он не ломанулся на берег сломя голову. Он повернулся к опасности лицом и бросил мне через плечо предупредительное:
— Курлык!
Он предупреждал меня, чтобы я не лез в воду.
Я и сам понимал, что в воде у меня не будет шансов, но и бросить Моню я не мог.
Однако, когда я приблизился к воде, Моня рявкнул:
— Курррлааа!
Меня отшвырнуло. Я чуть не впечатался в стену.
А Моня тем временем склонился к воде, и я услышал странное курлыканье, которое отдалось в каждом волоске, поднимая его дыбом. Точно такое же, как тогда у ручья, когда мы отбивались от войска тьмы.
И снова воздух стал зверски наэлектризованным, заискрился. А потом капельки воды из озера поднялись в воздух и между ними засверкали электрические разряды. 
 
Воздух моментально уплотнился перед Моней, и тут же появилась радужная завеса, которая отделила Моню от приближающихся монстров.
Он проделал всё это очень вовремя. Не успела радужная завеса сформироваться, как из воды взмыли вверх огромные щупальца и со всей силы обрушились на завесу.
Тварь или твари явно целили в Моню. Их удар был мощным. Но завеса выдержала. 
Да, завеса была точно такая же, как у ручья. Однако, щупальца по какой-то причине не вспыхнули, как в тот раз. А снова взмыли в воздух и опять, как хлысты, обрушились на Моню. 
И снова завеса сдержала атаку. Потом ещё раз и ещё…
Монстры бесновались, но Моня стоял, как вкопанный и только тихонько курлыкал на воду.
Было понятно, что сейчас силы равны. И вопрос только в том, кто выносливей. 
А что касается выносливости, я очень хорошо помнил, как Моня вырубился сразу же после того, как создал завесу над ручьём. И было это всего несколько дней назад! А вдруг и сейчас его надолго не хватит? Он ослабнет, и щупальца однозначно утащат его под воду…
Поэтому этих тварей нужно было победить быстро.
Я хотел помочь Моне, но не знал как. Только стоял, и как заворожённый, смотрел на щупальца, и понимал: очень уж они мне знакомы!
Вот уж не ожидал встретить этого монстра тут!
Хотя, почему не ожидал? Просто надеялся, что не встречу Кутуруку на подходе к порталу. Надеялся и точно знал, что обязательно встречу.
Завеса, окружающая Моню, уменьшилась — приблизилась к монстрёнышу. И я понял, что Моня едва держится. Нужно было срочно что-то предпринять.
Память услужливо подсказала: Кутуруку боится света Убийцы демонов. 
Вот только этого ножа у меня больше не было.
Зато был обломок вертолётной лопасти!
Выхватив лопасть из сумки, я тут же приказал ей:
— Свети!
Но не тут-то было! Лопасть на мой приказ не отреагировала.
Я ещё раз приказал, вложив в приказ всю свою волю:
— Свети!
И снова ничего не произошло.
Завеса, окружающая Моню, снова уменьшилась.
От страха за монстрёныша я от души покрыл лопасть отборным матом и приказал что было сил:
— Свети, сука! А то отправлю в металлолом!
Мат животворящий сотворил чудо…
Лопасть вспыхнула. Столб света ударил в щупальце. Раздался визг, и Кутуруку сначала отпрянул. Но потом ринулся ко мне.
Однако у него на пути стояла завеса Мони. И убирать её мой монстрёныш не собирался! Он продолжал тихо курлыкать в воду.
Я видел, что свет приободрил Моню, добавил ему сил. Отчего Моня начал курлыкать увереннее, и завеса заискрилась новыми электрическими разрядами.
Но Услэг Мангас всё ещё был в опасности. Поэтому я, недолго думая, начал направлять поток света на щупальца, стоило какому-нибудь вылезти из воды.
Я видел, что свет не просто отпугивает. Он обжигает, оставляет на коже монстра язвы. А значит, нужно нанести как можно больший урон, чтобы враг не смог оклематься. Во всяком случае, оклематься быстро.
Вскоре либо Кутуруку понял мой план, либо у него действительно не осталось сил, но щупальца перестали появляться над водой. Однако по бурлению воды, я понял, что он продолжает нападать на Моню, но уже под поверхностью воды. И это было значительно хуже, потому что теперь я не видел атак.
Я не знал, сработает мой план или нет. Я даже подумать об этом не успел. Я просто подошёл к воде и сунул лопасть в воду.
— Свети сильнее! — приказал я.
Нельзя же говорить, что лопасть испугалась? Она же не живая, эмоций не чувствует. Наверное, просто поддерживать или усиливать свет проще, чем разжечь заново.
Видимо поэтому, когда я сунул лопасть в воду и приказал светить сильнее, она засияла. И по воде пошли блики, высвечивая беснующиеся тени…
— Моня, — крикнул я. — Быстро на берег!