Демоны ледяных гор-Тайны рода. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Я вспомнил выскочившего передо мной шипастого монстра.
— Да, видел. Вот как тебя сейчас…
— И какой он вблизи? Что сделал? Напал на тебя?
— Сбежал! — засмеялся я, понимая, как выглядят мои слова. Но что я поделаю, если демон действительно сбежал. — Так как тебя зовут?
— Кинпатсу, — представился белобрысый и продолжил: — Я понимаю… Откуда тебе видеть демонов? Кто б тебя пустил бы на стену? Хоть ты и сын старейшины, но на стену пускают только защитников. Я вот школу закончу, тоже стану защитником!
Я не стал убеждать парня, что действительно встречался с демонами и не раз. Ни к чему это. Пусть думает, что я пошутил.
— Ну ты как? Тренироваться будем? — перевёл я разговор в нужное мне русло.
— Конечно! — тут же откликнулся Кинпатсу.
— Нужно только место найти… — закинул я удочку.
— Да легко! — засмеялся Кинпатсу. — Можно у нас на заднем дворе. Никто не помешает и слова не скажет!
А вот это уже было хорошо.
— Ну веди тогда! — улыбнулся я.
Кинпатсу развернулся и пошёл в противоположную сторону.
Я усмехнулся и отправился следом за ним.
Всё складывалось наилучшим образом. У меня появилась возможность тренироваться, партнёр для спарринга и место для тренировки. И отец ничего не узнает об этом, пока не придёт время.
Я сжал кулаки. Ничего, придёт время, и я с ним поквитаюсь! Он у меня ответит за то, что пацан жил в аду!
Мы пришли в цветочную лавку. Дом был двухэтажный, весь украшенный цветами — яркий, нарядный! Но за цветами не было видно, что жила семья Кинпатсу довольно-таки бедно. Я это сразу отметил, как вошёл внутрь — разница между моим домом и домом Кинпатсу была огромной. Ни тебе отдельной комнаты, ни отдельной столовой… Ванны тоже не было — туалет и душ. И обстановка более, чем скромная. А то и вовсе никакой — спали все на полу на матрасах. Только в общей зоне был стол. Сидели за ним тоже на полу, точнее на подушечках.
Нижняя часть была полностью отдана под магазин. А наверху была только одна комната, поделённая занавесками на зоны. Ближняя ко входу — родительская, точнее, мамина. Дальше общая зона, и самая дальняя — детская. Она тоже была поделена на две половины — для мальчиков и для девочек. Оказалось, что у Кинпатсу есть ещё два брата и три сестры. Да, нелегко приходится матери Кинпатсу поднимать одной шестерых детей…
Кинпатсу с гордостью представил меня домашним, и я наконец-то испытал уважение только за то, что я сын старейшины.
Мне было неуютно принимать это уважение, поэтому я остановил засуетившуюся было маму Кинпатсу, сказал, что я сыт. Я ведь действительно был сыт. Но чай попить всё-таки пришлось — без угощенья мама Кинпатсу меня никак не отпускала. Пришлось оказать ей уважение.
— Мам, — допивая чай, обратился к матери Кинпатсу. — А можно мы с Кизаму немного потренируемся во дворе? Кизаму обещал научить меня борьбе.
Мама с интересом глянула на меня и ответила:
— Хорошо, только горшки не побейте.
Мы поблагодарили за чай и пошли во двор.
Оказалось, что за домами есть небольшие дворики — с улицы их не видно.
Дворик Кинпатсу был заставлен горшками с растениями. Там были не только цветы, но и пряности, а также лук, чеснок и другая зелень к столу. Что-то выращивалось на семена, остальное на продажу. Домой на стол шла, как я понял, только некондиция.
Свободного места во дворике было совсем мало. Я сначала было расстроился, а потом решил, что так даже лучше — будет меньше дури и больше осознанности движений. А значит, больше толка. Ну и то, что не было татами, а вместо этого выложенный камнями двор, должно было помочь избавиться от страха — падать-то жёстко будет. И опять же — больше внимания. Отчего тренировкам только польза.
Я предложил Кинпатсу размяться и начал делать упражнения на разогрев мышц и на растяжку. Конечно, неплохо было бы сначала пробежаться, но тут совсем негде. Решил, что в следующий раз нужно будет из школы на тренировку бежать, чтобы мышцы лучше разогревались.
Кинпатсу повторял за мной упражнения. У него не всё получалось, хотя я делал самые простые. Но он старался не отставать. По его неловким движениям я понял, что у него опыта в борьбе нет никакого. Ну ничего, мы это исправим.
 
Наконец мы размялись и разогрелись, и я предложил Кинпатсу ударить меня кулаком в лицо. Ударить медленно, чтобы я успел проконтролировать движение тела. И заодно, чтобы Кинпатсу увидел движения.
Он неумело сложил кулак и начал бить, совершенно открытый.
Блин, вырубить его вообще ничего не стоило! Но мы пришли сюда не за этим. Мы пришли тренироваться, поэтому главное, что удар есть. А прикрываться я его научу.
Итак, кулак Кинпатсу полетел ко мне. Я вскинул руки. Одну положил на его кулак, другую, отступая в сторону, положил ему на затылок. Меня на пути Кинпатсу уже не было. Зато моя рука как бы прилипла к его кулаку и немного подкорректировала его движение — направила его вниз. А давление на затылок придало Кинпатсу ускорения.
Когда он уже начал падать, я оставил в покое кулак и шагая вперёд и за его спину, ударил предплечьем его по шее — в обратном движению направлении.
Кинпатсу, ожидаемо, отшатнулся, избегая удара по шее, и полетел на спину. Пришлось ловить его, чтобы не побить горшки.
Приземлился он ошалевший и счастливый.
— Как ты это сделал? — был первый вопрос.
— Очень просто! — ответил я. — Вставай, покажу ещё раз. Только теперь делаем ещё медленнее, и я буду комментировать каждое движение.
Но и на этот раз, хоть я делал всё очень медленно и всё объяснял, Кинпатсу упал на спину и мне пришлось его ловить.
Страховать — это первое, чему я его научил. Не то за побитые горшки придётся выслушивать от его мамы. Но даже и не выслушивать, просто каждый разбитый горшок с зеленью — это минус в бюджете и так не богатой семьи.
Мы отрабатывали только один приём. Я решил, что для первого дня больше не надо.
Я, конечно, показывал парню что делать и как. Но в большей степени я наблюдал за своим телом — как оно отзывалось на команды.
Отзывалось тело плохо. Если делать медленно, то я ещё успевал и стечь с острия атаки, и прилипнуть к руке противника, и отступить, и вернуть ему его движение. Но я прекрасно понимал, что на автомате у меня это сейчас не получится — тело пока плохо слушается. Ну ничего, это дело наживное!
— А что это за борьба? — спросил Кинпатсу, когда мы отдыхали после тренировки — тут же в дворике на небольших табуреточках.
— Это тайная борьба русских спецназовцев, — на автомате ответил я.
Понятно, что и русские, и спецназовцы для Кинпатсу что китайская грамота. Поэтому он отреагировал только на слово «тайная».
— Ух, ты! Тайная борьба! — восторженно прошептал он.
Я сделал себе зарубку быть внимательнее со словами. Но потом понял: какая разница? В этом мире это действительно тайные знания, и кроме меня никто ими не владеет. Как я их назову, так они и будут называться. Так почему не тайная борьба русских спецназовцев? И уж я постараюсь, чтобы освоили эту борьбу только самые достойные. А именно, члены моей группировки.
Потренировавшись как следует, мы договорились завтра продолжить, распрощались, и я отправился домой.
Дело шло к вечеру. Когда я подходил к дому, начало смеркаться.
Няня Омоко снова выскочила на улицу, едва я подошёл к калитке.
— Добрый вечер, нянюшка, — поздоровался я первым и прошёл мимо женщины.
Когда я стал расшнуровывать сандалии, она попыталась наклониться, но я решительно остановил её:
— Я сам. А вы отдохните, нянюшка.
Было приятно смотреть на растерявшуюся женщину и чувствовать себя не сопливым юнцом, но мужчиной.
Точно так же, как и в прошлый раз выскочили обе мамочки. Только лицо мамы Ишико было озабоченным. Значит, скорее всего, шисаи Анита уже успела сообщить ей новость про мою магию. Интересно, мама Ишико поделилась с другими женщинами в доме?
Глянув украдкой на няню Омоко и маму Юмико, я решил, что скорее нет, чем да.