Незаконный брак

«Покрывало придется стирать», – подумала уныло и села на шаткий стул.
– Кто-то обещал показать свой паспорт, – напомнил владелец модного дома.
– Если после этого вы уйдете и больше никогда меня не побеспокоите, с превеликим удовольствием!
– Ты всегда так разговариваешь? – поморщился Ростоцкий.
– Как? – повернулась к нему Дина.
– Книжно… Высокопарно. Странно звучит.
– Я учительница русского языка и литературы. Ну… по диплому, – призналась она. Работать по непосредственной специальности пока не приходилось – маленькие дети нравились ей куда больше, чем школьники.
– Училка, – хмыкнул собеседник. – Оно и видно. Только училки ходят с такими прическами.
– А что не так с моей прической?
– Ну, если тебе нравится в твоем возрасте ходить со старушечьим пучком на голове… Или это стратегия такая? Изображать из себя хорошую девочку, чтобы потом неожиданнее было показывать клыки и когти…
– Слушайте, я к вам на сеанс психоанализа не записывалась! – Дина хлопнула выдвижным ящиком тумбочки. Она действительно убирала в пучок длинные и густые темные волосы, оставляя свободными несколько укороченных прядей. Ходить с распущенными было неудобно, хвостики она еще в школьные годы не любила, косички в ее возрасте смотрелись бы странно, а отрезать рука не поднималась. – Вот он, мой паспорт, а вот пустая страница о семейном положении!
Тяжело дыша, как после схватки с опасным противником, развернула перед мужчиной паспорт. Но выражение его лица не изменилось. Выхватив документ из ее пальцев, он покрутил его, быстро проглядел и небрежно бросил на стол, куда-то под абажур лампы.
– Это ничего не доказывает.
– По-вашему, я и паспорт тоже подделала?
– Этот вопрос можно решить проще – просто не сообщать данные о семейном положении при замене документов. А теперь… Что ты скажешь об этом?
Он вытащил что-то из кармана и протянул это Дине. Бланк на гербовой бумаге с печатью гласил, что Демьян Сергеевич Ростоцкий и Дина Эмильевна Казанцева заключили брак. Все указанные данные супруги полностью соответствовали настоящим. Даже дата рождения. Очень редкая – двадцать девятое февраля.
Едва ли где-нибудь отыщется ее полная тезка, которая родилась в тот же день…
Руки дрожали. Дина едва не выронила документ. Хотелось бы верить, что он поддельный, но зачем кому-то так с ней шутить? Она не богатая наследница, не родственница никаким влиятельным людям. Просто Дина Казанцева, с недавних пор одинокая и вдобавок беременная двадцатипятилетняя женщина, проживающая в общаге и работающая за небольшую зарплату.
– Но как же так? – пробормотала растерянно. – Как это может быть? Почему?..
– Хватит ломать комедию, – проговорил мужчина, в голосе которого появились какие-то хищные, угрожающие нотки. – Тогда, полтора года назад, я только начинал свое дело. С меня мало что можно было взять, хотя, заметь, счет ты и твои подельники выставили нехилый. А сейчас мои дела пошли в гору, и ты решила набить себе цену? Браво, отлично придумано.
– Я потеряла паспорт… Как раз полтора года назад. Получается, кто-то этим… воспользовался?..
– Слушай, вот только давай без этого, – поднимаясь с кресла, сказал Ростоцкий и выхватил у нее из рук свидетельство о браке. Дина тоже встала – хотя он и так смотрел на нее сверху вниз, с его-то ростом. – Думаешь, я растрогаюсь и поверю в твое блеяние о том, что ты невинная жертва? Черта с два. Много вас таких. «Сами мы не местные, дайте воды попить, а то так есть хочется, что переночевать негде», – насмешливо добавил он. – Я тебя с твоими аферами насквозь вижу.
– Я могу доказать, что поменяла паспорт из-за утери, – кусая губы, ответила она.
– И что? Это может быть частью твоей стратегии. Мало ли, вдруг какой-нибудь богатый любовник захочет узнать о семейном положении, а ты ему – хопа! – и чистый паспорт.
Дина сама не поняла, как случилось то, что она сделала после этих его слов. Похоже, действовала на чистых инстинктах. Рука сама взлетела навстречу холеному лицу собеседника и оставила на его щеке неожиданно яркий отпечаток. Резко и с размаху. Даже ладони больно стало.
 
Ростоцкий явно не ожидал пощечины. Первой эмоцией, отразившейся на его лице, было удивление. Второй – ярость.
Третью Дина увидеть не успела, потому что провалилась в затягивающую в себя, как воронка, темноту.
Пробуждение было похоже на вчерашнее, после укола. Прямо дежавю. Вот только больничные стены, кажется, другие. Более… ухоженные, что ли. И пахнет не лекарствами, а как будто дорогими духами.
«Может, я умерла и теперь в раю?» – отстраненно подумала Дина. Повернула голову и наткнулась взглядом на тонкую трубку, которая заканчивалась иглой в ее вене. Выходит, еще жива. В раю капельницы не ставят. Но… где же она в таком случае?
«Я ударила Демьяна Ростоцкого, а потом, кажется, потеряла сознание, – вспомнила Дина. – Врач ведь говорила, что мне нельзя волноваться. Нельзя, потому что…»
Тревога разом всколыхнула все нервы. Вот и попробуй тут не волноваться, когда приходишь в себя непонятно где! Похоже на больничную палату, вот только тут не было ни разговорчивых соседок, ни сиротливо приткнувшейся у кровати тумбочки. Да и сама кровать разительно отличалась от той, на которой Дина провела предыдущую ночь. Наутро у нее побаливала спина от неудобства, а тут… лежала бы и лежала.
При других обстоятельствах, конечно.
Мужественно выдергивать из вены иголку, как это делают в кино, Дина побоялась. Мало ли что можно повредить. Хотя надо бы еще выяснить, что за лекарство ей вливают.
Можно было бы попробовать встать и выйти из палаты вместе с капельницей, но в теле еще ощущалась слабость, и она побоялась, что упадет снова.
– Эй, кто-нибудь! – хрипло выкрикнула Дина. – Подойдите ко мне! Пожалуйста!
Голос снова ее не слушался, хотя простуды ей вроде бы удалось избежать. Это было еще одной причиной того, что она не спешила устраиваться на работу по специальности. У нее оказались слабые голосовые связки. Там, где она работала в настоящее время, тоже приходилось напрягать голос, но меньше, чем в школе. Пока дети рисовали – пригодилась-таки художественная школа – Дина давала связкам отдых.
Она закашлялась, приподняв голову, и тут дверь палаты наконец-то открылась.
 
Глава 5
 
Дина немного побаивалась того, что перед ней снова появится Демьян Ростоцкий. Сейчас она была слишком слаба для нового сражения с ним, а решить дело миром, хоть мужчина это поначалу и предлагал, у них явно не выйдет. Он не верил ей, считал особо хитрой аферисткой, насмехался над всем тем, что Дина ему говорила, а она искренне не понимала, почему должна оправдываться за то, чего не совершала.
Дина вздохнула с облегчением, когда в палату вошла молодая женщина в белом халате. Она разительно отличалась от врача из государственной клиники. Подтянутая, безупречно-ухоженная, да и усталой явно не выглядела. Прямо как не настоящая врач, а актриса в роли доктора. Может, и правда не настоящая?..
– Добрый вечер! – улыбнулась незнакомка Дине. Улыбка у нее оказалась тоже голливудская – широкая, белозубая и несколько ненатуральная. – Испугались, должно быть? Ничего не бойтесь. Вы находитесь в частной клинике «Ясные дни», слышали о такой?
– Что-то припоминаю, – отозвалась Дина. – Кажется, слышала. Но не бывала у вас раньше.
Разумеется, не бывала. Ценник на медицинские услуги тут наверняка запредельный. Она даже испугалась – а ну как сейчас счет предъявят?
– Как ребенок? – спросила Дина. Даже не являясь специалистом, можно было рассудить, что два обморока за два дня – это не очень хорошо. Конечно, она понервничала. Сначала из-за мамы – отец позвонил и сообщил, что она плохо себя чувствует. Затем из-за появления Демьяна. И все это наложилось на переживания, связанные с Богданом, – тем, о ком ей сейчас не хотелось думать. – Он… в порядке?
– Не волнуйтесь, – снова улыбнулась врач. – Вам нужно себя беречь. И его, – мягко добавила, став больше похожей на приятную человечную женщину, а не гламурную киноактрису. – Но я бы порекомендовала вам пройти полное, более тщательное обследование. Это ведь ваша первая беременность?