Обретая себя (СИ)

Пес явно принадлежал к волчьей братии или каким-то диким собакам, иначе откуда во мне такие инстинкты. Я приземлилась на лапы и оскалилась на воина, что решил зарубить «взбесившуюся» животинку, что бросилась на «хозяина».
Лезвие пролетело рядом с ухом, но следующий удар застыл в воздухе, а противник повалился на землю. С легким звуком стали лезвие вышло из бока гольда. А Рейдар кивнул мне точно взаправду общался с псом, как если бы я была человеком.
Потасовка закончилась, как и партия противников, но сзади я слышала лязг и крики на чужом диалекте. Забрав «добычу», я отдала амулет Ливане, которая безропотно приняла окровавленный «дар». Рейдар странно посмотрел на меня, но разговаривать было некогда. Мы припустили к выходу.
– Ты в порядке? – услышала я беспокойство Йена за Лив. Та всклокоченно кивнула. Большие глаза эртонки походили на два блюдца, а в руке она судорожно сжимала «подарок».
У самых ворот по-простому мужчины огрели не ожидавших атаки охранников по голове рукоятью меча. Прямо рядом стояли вольеры с животиной, которые напоминали больших уродливых круглобоких ящериц. Они смрадно пахли, особенно для собачьего нюха. И я повела своих друзей к животным. Похоже, кроме Лисхана на таких никто не ездил.
– Как ими управлять?! – заверещала Ливана, когда «скотина» не ответила на команду.
Йен разбил ограду и хлестнул стадо, чтобы они разбежались в сторону джунглей. И, на наше счастье, зверюга была охоча до воли.
– Просто! – Лис натянул повод и поцокал языком, чтобы набрать скорость, а для большей убедительности ткнул носком ботинка за ухо. Я бежала уже на пригорке и за мной вытягивались ребята, уже не споря и следуя собачьему пути. Когда я оказалась около своего тела, со всей силы дала импульс на «выход». Но… ничего не вышло! Морлок! Еще раз! И опять нет. Я рассудила, что стоит оставить затею, сейчас время нужно экономить, чтобы не получить стрелу в зад! Стала прыгать и задирать голову, лаять и скрести ствол. «Надеюсь, они поймут» – подумала я. А Лисхан, что ехал впереди, посмотрел на меня сначала с недоумением.
– Придумал же ты, пес! – ругнулся, но благоразумно полез по направлению, ведь общаться с животным, которое может сказать разве что «гав», как минимум странно. Все равно не поймешь.
– Спятил, Шан?! Надо уносить ноги! – крикнул Йен, ехавший вторым, и оглянулся на город, что пришел в оживлении. Новость о сбежавших заключенных разносилась быстро. И, скорее всего, сейчас они пытаются собрать животину, а вторые уже лезут в нашу сторону по склону.
– Эта псина спасла нас! Не верю, что говорю это, но… думаю стоит сделать то, что он просит! – прокричал Шан и его лицо вытянулось, когда гольд долез доверху.
– Неожиданно… – прокомментировал он находку.
– Что там?! – обогнул Рейдар колонну по расширившемуся ходу, который легко протаранила зверюга, даже я бы сказала, подмяла джунгли под себя.
– Сюрприз! – крякнул Лис и поднял мое тело на руки.
– Эверис! – пискнула Ливана и зажала ладошкой рот. – Что с ней?!
– Жива! – только и ответил гольд, прислушавшись к грудной клетке.
Фрейгхерд подъехал на животном и встал на его спину точно акробат в цирке ездовых виверн.
– Давай сюда! – крикнул дэрн.
Послышались крики сзади.
– Ребята, нам пора! – подгонял нас Йен.
А я, не зная, как поступить попросилась к Шану на зверя.
– А ты куда? – удивился он выверту. Пришлось заскрести лапами по звериному боку и даже подпрыгнуть. Ящер недовольно рыкнул на меня, но достаточно спокойно. – Ладно, странное создание. Иди сюда! – подтянул он меня за шкирку и пришпорил ездовую зверюгу носком сапога, подгоняя цыканьем, обхватив меня одной рукой.
По джунглям мы неслись как оголтелые несколько чесов. Меня начало мутить уже через пару. А когда день перевалил далеко за послеобеденное время, то звуки погони поутихли. Уверена, воины страстно желали расправы, но коварные «пришельцы» оказались довольно проворными.
Ребята не рискнули останавливаться, даже когда звуки стихли и только в глубоких сумерках притормозили около реки. Шан спустил меня вниз, и я, криво перебирая затекшими лапами, припустила в кусты. Когда вернулась, мужчины и Ливана прямо в одежде забрались в прохладную реку, которая имела начало где-то в горах Усть-Альта, что огибали дикий лес. Между двух пиков виднелся разлом, который являлся своеобразной границей-проходом в Адарию. Нам нужна была помощь. И я, кажется, знала уже, где следовало ее найти. Похоже пока меня не было, кто-то из мужчин распалил огонек и, напившись пресной воды после отчаянной гонки, я легла рядом с собой и попыталась вернуться назад. Расслабилась, долго себя гипнотизировала, но проекция моего сознания отказывалась отделяться от собачьего тела. Вот же гадство!
 
Шан выбрался из реки первым и, стянув мокрую рубаху с крепкого тела, стал методично ее отжимать. А когда закончил, то по затылку меня потрепала мокрая рука гольда. Я возмущенно на него посмотрела. И утробно зарычав, рявкнула.
– Скажите, пожалуйста. – отдернул он руку. – А казался добрым. – разочарование сквозило сквозь его тон.
– Это не обычный пес. – присоединился к общему раздеванию Рейдар: расстелил рубаху близ костра на выступающий камень. Я даже успела рассмотреть новые росчерки шрамов на его груди. Где только получил?
– Ты откуда будешь, парень? – по-доброму спросил меня Лис, прогоняя не нужные мысли.
И я поняла, что нужно как-то донести до товарищей, что я никакой не «пес».
Я ткнулась головой в Шана и пошла к песку около реки. Но он не понял и пришлось рявкнуть.
– Зовет тебя. – усмехнулся Фрейгъерд.
Из реки на меня посмотрела удивленно чета Маккеланов, видимо ожидая очередной неожиданной выходки от «чудо-пса».
Взяв в зубы подходящую палку, начала криво выводить букву.
– «Я», – прочитал Шан с вытянутым лицом. – Ты разумный? – спросил меня гольд, охнув. На что я недовольно на него посмотрела и стала выводить не сильно аккуратные буквы дальше. Почерк, честно, говоря не далеко ушел от моего настоящего, написанного человеческой рукой.
Ребята заинтересованно подтянулись к нам.
– «Эзерис» – прочитал гольд. И я не согласно гавкнула, но вряд ли он понял.
– Это «в». – сел на корточки Фрейгъерд и с опаской стал приглядываться ко мне.
– «Эверис»?! – ахнула эртонка.
– Собака думает, что она Эверис. – рассмеялся гольд, а затем точно свел все концы с концами и начал переводить взгляд с моего человеческого тела на меня – на пса.
Что сказать, друзья выглядели ошарашенными.
– Собака не может быть Эверис. Это какое-то совпадение. – проговорил Йен.
– А я верю, что это она. – проговорила эртонка. – Рей? – обратилась она к задумчивому северянину.
– Может это один из местных духов вселился в собаку и дурит нас? – предложил Маккелан. – Кто знает этих ваших гольдских шаманов и нечисть.
– Шаманов… – произнес Лисхан и посмотрел на Фрейгъерда, словно тот знал все ответы.
– Рейдар сказал, что она без сознания, но голова не ранена, лишь ссадины и синяки. – заступалась за здравый смысл эртонка. – С чего бы ей просто так валяться в отключке?
– Может, ее усыпили? – предположил Йен.
– Она же говорила, что альма. – дал ответ все-таки северянин.
– Разве такое возможно? – засомневался Йен. – Даже будь она потомком шаманского народа.
Гольд хмурился и смотрел на меня теперь скорее настороженно, чем дружелюбно.
Все замолчали, а потом Шанар разрушил идиллистические звуки – потрескивания костра, стрекот цикад и шума воды.
– Когда-то в нашем народе ходили слухи о том, что некоторые альмы способны овладевать телом животных. Но это мне рассказывала прабабка – шаманка, которая была несколько с прибабахом. Прости, дорогая Шали. – обратился он к небу и сделал характерный жест, поминания предков.
– Если ты – Эверис, гавкни три раза. – точно в шутку обратилась ко мне Ливана.
И я рявкнула ровно три.
– Милая… – опустилась ко мне подруга и развела руки точно только сейчас все поняла. – Как же ты так? Что случилось?