Кризисный центр "Монстр" (СИ)
– Мне трудно воспроизвести его объяснения, шеф. Клиент говорил, непрерывно перебивая самого себя и тремя пастями одновременно, категорически отказываясь принять человеческую форму и поговорить по-человечески, извини за тавтологию. Там какие-то философские категории из разряда смысла бытия.
– Чёрт, – второй раз за утро ругнулся психотерапевт. – Принеси мне кофе, что ли. Крепкого. Без сахара.
– И с коньяком? – подсказала Элен.
– Иди уже, нахалка. Никакого почтения к старому, могучему демону!
Она вышла на подгибающихся ногах, с сожалением думая, что будь её шеф действительно старым, злым и страшным, ей бы жилось куда как проще! Сварив кофе, выставив котов в парк на прогулку и пропустив к шефу первого клиента, она уселась разбираться с делами. Вторым клиентом был их общий с шефом инкуб, с которого надо было взять согласие на применение экспериментального препарата, а ещё надо было изучить результаты анализов дракончика, родившегося не огнедышащим.
Как раз когда Элен удостоверилась, что состав выдыхаемой газовой смеси одинаков у родителей и ребёнка, а, следовательно, проблема только в создании воспламеняющей искры, в дверь приёмной тихо, нерешительно постучали. В ответ на приглашение войти заглянула симпатичная, но сильно испуганная молодая девушка. Уставилась на неё широко распахнутыми карими глазами и выпалила:
– Вы человек?
Как же Элен не любила такие вопросы в лоб, когда нужно за секунду придумать правильный ответ, соответствующий мироощущению пока ещё незнакомого клиента! «Нравятся ли вам кладбища?», «Любите ли вы болтать с деревьями?», «Хотелось ли вам когда-нибудь спрыгнуть с крыши небоскрёба?» или «Скажите, я очень страшный?»
– Да, я человек, – ответила Элен. В конце концов, инициацию она не прошла, а саму себя она считает человеком и имеет право на самоопределение! – Но вы не бойтесь, я человек мирный и совершенно неопасный.
Девушка ошарашено заморгала, потом смущённо улыбнулась и шагнула в приёмную.
– Разве люди бывают опасными? – спросила она и сама же ответила: – Впрочем, конечно же, бывают.
– Да, атомную бомбу изобрели не драконы, – кивнула Элен. – Вы-то кем будете, если не секрет и если мой интерес не кажется вам агрессивно навязчивым?
Выражение лица девушки стало сочувствующим. Она осмотрелась в приёмной, мебель которой не имела острых углов, а стены были обиты мягким огнеупорным материалом, и сказала:
– Наверное, нелегко работать с неадекватными людьми... существами? Самые простые вопросы могут вызвать неожиданную реакцию.
Элен выразительно промолчала, и девушка спохватилась:
– Простите! Я – человек, но замужем за оборотнем. Как выяснилось... Спустя год после знакомства... И после свадьбы...
О, ясно: перед ней сидит жена змея-оборотня.
– Соболезную. Рассказывайте, – участливо предложила Элен, дружески улыбаясь посетительнице, и та разразилась пылкой тирадой, выплёскивая всё накипевшее.
– Не знаю, смогу ли я жить с этим. Он должен был рассказать мне обо всём до свадьбы, а не после! – подвела итог девушка, вытирая слёзы насквозь промокшим платком.
Протянув ей салфетку, Элен поинтересовалась:
– Что бы это изменило в вашем отношении к наличию у него звериной ипостаси? Развод в наши дни не является проблемой, а вам всё так же пришлось бы делать выбор: остаться с любимым человеком или решительно отвергнуть его из-за биологической принадлежности к иному, чем у вас, виду.
– Не надо речей про толерантность, я и без того не подвержена расовым предрассудкам, – поморщилась девушка. – Мне совершенно безразлично, какого цвета у человека кожа и какую религию он исповедует, но Ричард... он вообще не человек!
– Абсолютный человек в первой ипостаси, только более сильный, мужественный, более преданный своей паре и семье, чем большинство других. Оборотни крайне редко изменяют жёнам, поскольку их зверь не приемлет связи с посторонними самками. Для перевёртышей вопросы верности священны, для них супружеская измена – аномалия поведения, заслуживающая лечения в нашем центре, поскольку свидетельствует о серьёзном конфликте между двумя ипостасями. Разве это плохо?
– Но... но... он – змей!
– Если вы боитесь рептилий, то это совсем другая проблема, – серьёзно заявила Элен, доброжелательно смотря на вконец растерявшуюся девушку. – И с ней вам точно помогут справиться сеансы психотерапии.
– Я не боюсь змей, если только не вижу их в своей постели, – буркнула жена оборотня.
– Запретите супругу приползать в спальню на хвосте, введите обязательное правило «в кровать – только на ногах». Думаю, Ричард готов прислушаться ко всем вашим пожеланиям.
– Вы же понимаете, что проблема совсем не в этом? – тоскливо вздохнула девушка.
– Я понимаю, что совместная жизнь с любым мужчиной не складывается просто с самого начала, и вариантов всегда, при любых обстоятельствах, всего два: либо вы вместе ищите пути друг к другу и продолжаете оставаться парой, либо вы разбегаетесь в разные стороны. Если вы сомневаетесь, что выбрать, пообщайтесь с доктором Хэллом: хуже точно не будет, зато, вероятно, он сможет развеять ваши страхи и сохранить ваш брак. Вы же по любви замуж выходили?
– Ещё какой! Ричард с первого взгляда показался мне необыкновенным! Он выглядел как мужчина моей мечты...
– О, вам повезло, что вы столкнулись не с инкубом – обычно именно они выглядят, как Мечта Всех Женщин, – прозаично заметила Элен и сделала вид, что не замечает ошеломления женщины при её словах.
– Существуют и такие?! – пискнула та.
– Да, но в отличие от оборотней, демоны секса генетически не способны хранить верность. Выскочи вы замуж за инкуба – и вам пришлось бы не змеиной шкуркой любоваться, а стараться смириться с тем, что супруг регулярно «питается» от других женщин, и сами понимаете – каким образом «питается».
Девушка негодующе запыхтела, обмахнулась салфеткой и резко выпалила:
– Мой Ричард не из гуляк!
– Вот и я о том же, – согласилась Элен. – Записать вас с мужем на приём к доктору Хэллу?
– Пожалуй, запишите, – согласилась новая клиентка кризисного центра «Монстр».
Проводив трёхголового пса, психотерапевт задержался у столика своей личной помощницы и сухо предупредил:
– Во второй половине дня меня не будет. Поступают сведения об активизации охотников на ведьм, моё присутствие требуется в районе Анахайма. Не покидай территорию центра без охраны, вечером за тобой заеду.
Круто развернувшись, демон ушёл к себе, захлопнув дверь кабинета.
Обиделся на её слова, сказанные клиентке? Так она всего лишь озвучила всем известные факты! Могла то же самое слово в слово из книги зачитать! И вообще – нечего подслушивать чужие разговоры! Сам доверил ей клиентов набирать, вот и нечего теперь обижаться на используемые ею методы. Она честно предупреждала при устройстве на работу, что её квалификация в области психологии – десять академических часов и ни минутой больше!
...
Обеденный перерыв она провела с Маргарет. Они съездили навестить Викки, но в палату их не пустили, сообщив только, что девушка пришла в себя и нет оснований волноваться за её жизнь. Перекусить они зашли в кафетерий при больнице и встретили там стайку ведьм из ковена, организовавших тут круглосуточное дежурство. Подопечные верховной опасались, что маньяк может явиться завершить начатое, а трое полицейских из Иных, сидящие на посту в палате, без их девичьей помощи могут со злодейкой и не справиться. Телохранители Элен фыркнули, но возразить побоялись: стайка разозлённых ведьм опаснее отряда вервольфов!
Когда Элен с Маргарет шли от парковки к входу в кризисный центр, то увидели, как Фенька ловит в парке птичек, а Филимон лежит на траве, снисходительно поглядывая на юную подружку.
– Слышала, что он прогнал из парка Тигрёнка – фамильяра преподавательницы ведьминской академии? – спросила Маргарет. – Такая драка утром перед твоим приездом была, только шерсть клочьями летела! Двум охранникам пришлось перекинуться в звериную ипостась, чтобы разнять соперников, а то Филимон чуть не загрыз рыжего котяру. Ещё ночью хорошенько подрал уличного кота, случайно забредшего на территорию парка. Розе Моисеевне впервые в жизни поступают жалобы на её воспитанного питомца, а она только радуется, говорит, счастлива видеть, что у любимца не кратковременное увлечение, а настоящие чувства. Ты представляешь – даже у котов настоящие чувства, а мы с тобой как неприкаянные...