Кризисный центр "Монстр" (СИ)
– Её отпустили?
– Не-а, – в голосе Денни прорвалось искреннее веселье. – Копы имеют право сколько-то времени держать её без предъявления обвинения, и они используют это право на всю катушку: Марко пообещал субсидировать им сотню тысяч на новые мощные компьютеры за содействие в личных делах. Но вы меня не слышали, мастер! Это страшная тайна вампирского клана и шефа полиции!
– С людьми такая выходка обернулась бы отставкой Рика Торнтона и обвинением в коррупции.
– Люди, что с них взять, – с непередаваемым пренебрежением фыркнул Денни. – В делах Иных требовать отставки шефа полиции можете только вы, но вы же не собираетесь делать это?
– Не собираюсь, я солидарен с Марко. Моя помощь вам требуется?
– Нет, мастер, мы справляемся собственными силами. Честно говоря, лично мы с Шоном уже отчаливаем домой на боковую, а то вторые сутки на ногах.
– Тогда я солидарен и с вами тоже. Привет Шону и до завтра!
...
Завтрашний день наступил удручающе рано: телефонный звонок поднял Эрла с постели в пять часов утра и погнал его на другой конец огромного мегаполиса.
– Как я не люблю, когда ты оказываешься прав в своих мрачных предсказаниях! – Этой с чувством сказанной фразой его встретил Шон Мур.
– О каком именно предсказании речь? – уточнил Эрл, смотря, как бледные полицейские отгоняют от заграждения любопытных соседей и вездесущих репортёров. Если бы он приехал на машине, журналисты при виде него уже кричали бы о новой жертве «Гостя со скальпелем», а так им приходилось довольствоваться сухой фразой «без комментариев». Шон оттого и просил его пройти в дом тайно, не привлекая к себе внимания, – простая задача для высшего демона.
– О том, что склонность новоявленного маньяка к пыткам жертвы будет нарастать, – угрюмо напомнил Шон и согласно кивнул на ругательство друга. – К сожалению, это не самая плохая новость...
– Театральная пауза тебе удалась, можешь продолжать, – раздраженно бросил Эрл.
– Ты же помнишь отчёт патологоанатома из дела об убийстве родителей Элен Янген? Помнишь отличие в ранах на теле её матери и отца? Мать была только изрезана, а вот отец...
– Только не говори, что...
Ахнув, Эрл влетел в комнату, откуда доносились голоса дактилоскопистов и откуда тянуло прогоркло-солёным запахом свернувшейся крови. Он правильно понял намёк капитана: помимо прежних длинных, резаных ран тело имело ещё одну особенность: глаза жертвы были выжжены. Даже бывалые детективы старались не поворачиваться в сторону убитого, а болезненная бледность молодых сотрудников, отправленных отгонять толпу от ленточки полицейского заграждения, получила объяснение. Судмедэксперт Джейк Миллер нервно курил на крыльце, но почувствовал взгляд из окна, обернулся, кивнул Эрлу и загасил окурок, направляясь обратно в дом.
– Ожог прижизненный, – не дожидаясь вопросов, подтвердил мрачные подозрения Джейк, когда они втроём ушли в комнату на другой стороне дома.
– Как и в деле двадцатипятилетней давности?
– Не могу знать, в материалах того дела такой нюанс указан не был. Орудие нанесения раны не обнаружено, источников открытого огня в доме нет, плита на кухне электрическая, поэтому вариант раскалённого прута маловероятен. Конечно, это заключение чисто умозрительное, обосновать его я смогу после подробной экспертизы. Какие есть предположения, мистер эксперт, если не брать в рассмотрение возможности, доступные людям?
– Управлять огнём способны демоны и драконы, но пламя драконов невозможно сделать таким узконаправленным, – ответил Эрл, задумчиво меря комнату шагами. – Нет, это ни при каком раскладе не мог сотворить дракон, если только он не взял в руки тот же самый металлический прут.
– Металл или нет, я выясню к вечеру, – пообещал Джейк.
– У ведьм есть амулеты, создающие адское пламя, – добавил Эрл, – но опять-таки, должны были бы возникнуть трудности с его фокусировкой... Судя по всему, убийство совершено не этой ночью?
– Прошлой. Предварительная оценка времени наступления смерти от полуночи до полудня вчерашних суток, сузить рамки смогу после вскрытия.
– Вчера была не пятница, как в прошлые разы, так что остался единственный объединяющий все случаи временной фактор: приход Элен в бар «Ведьмин котёл», – сумрачно заметил Шон. – Точнее, это единственный выявленный нами фактор, которому ничто не мешает оказаться тройным совпадением. Однако теперь мы имеем полное сходство нынешней картины с убийством отца Элен.
– У самой Элен на прошлый день железное алиби: она всю ночь провела в полицейском участке, а утром лично мной была довезена до центра, где её погрузили в гипнотический сон до полудня, – подхватил Эрл.
– У Джули тоже алиби: она с полуночи до пяти отплясывала на дне рождения подруги, а потом вся стайка юных вампирш дружно охотилась на компанию сёрфингистов, которую злая судьба занесла на пляж с утра пораньше. Оставив парней отлёживаться в тени кустов на краю пляжа, наевшиеся вампирши разбежались по домам. По дороге до квартиры Джули несколько раз попала в поле зрения городских камер наблюдения, а ещё через полчаса, чистенькая и невинная, вышла встречать Колина к подъезду. Тут её задержали мои детективы, и её алиби окончательно стало пуленепробиваемым, – доложил Шон.
– Вариант вампира с самого начала был маловероятен.
– Как я не люблю, когда ты оказываешься прав! – повторил Шон и добавил с тоской: – Легче поймать вампира, чем демона. На призрачный шанс, что убийца – человек, рассчитывать не стоит, да? Хоть ты постоянно возвращаешься именно к этой версии!
– Если Джейк не найдёт следов применения какого-либо орудия для нанесения ожога, то я перестану к ней возвращаться.
– Странно, что убийца оставил такой яркий след, прямо указывающий на его видовую принадлежность, не находишь?
– Не нахожу. Я же объяснял, что ему (или, скорее, ей) вздумалось поиграть с нами: в прошлый раз была визитка, теперь вот это. Криминалистическая теория психических отклонений гласит, что серийные убийцы часто хотят быть пойманными, поскольку иначе не получат признания своего исключительного хитроумия, позволявшего долго ускользать от наказания. Оставляя такие следы, они позже заявят, что задержаны исключительно благодаря самим себе, что они водили полицию за нос, пока им самим не надоело. Давая подсказки своим преследователям, они делают свою «игру» острее, опаснее, увлекательнее.
– Выбор эпитетов опять заставляет сомневаться в твоей собственной вменяемости, – проворчал Шон.
– Я и сам порой в ней сомневаюсь, особенно в последние полвека, – хмыкнул Эрл. – У меня ещё одно плохое предсказание: убийства будут совершаться всё чаще и чаще.
– Я и сам заметил, что промежуток между вторым и третьим случаем короче, чем между вторым и первым. Ты отправил Денни к верховной ведьме?
– Да, ему дали доступ к книгам, он вчера полдня над ними сидел и сегодня собирается. Если что-то отыщет – сообщу. Как движутся розыски бабушки Элен?
– После увеличения рамок отклонения до двадцати процентов, в круг поиска попали шесть сотен девиц. Стив с напарником перебирают всю выборку, проверяя, кто где находится и чем занят, но пока никого подозрительного не обнаружили. В России тоже глухо: в своём прежнем селе бабушка Элен после выхода из тюрьмы не объявлялась, никто из прежних знакомых её не видел, камеры слежения в крупных городах такую старушку ни разу за последний год не засекли.
– А в предыдущие годы?
– В России такая информация хранится год, потом автоматически стирается, чтоб не засорять базы данных. Файлы таможни хранятся дольше, но и русскую границу пожилая бабушка Элен не пересекала.
– А молодая?
– Не знаю, но с русскими коллегами сотрудничаю! По возвращении в участок собираюсь скинуть им все шесть сотен отобранных нашими службами девиц и выяснить, нет ли среди них тех, кто засветился на российской границе.
– Отличная идея, – одобрил Эрл.
– Не ты один умеешь делать своё дело.
В комнату вошла группа ведьм в полицейской форме и вежливо попросила освободить помещение: отдел колдовства и ведьмачества искал на территории следы проведения тёмного ритуала.