Кризисный центр "Монстр" (СИ)
– Я хочу расплатиться сама, наличными, – объяснила Элен, и личико молоденькой медсестры недоуменно вытянулось:
– Этот нюанс тебе лучше обсудить с доктором Хэллом. Ты уверена, что хорошо себя чувствуешь?
Закономерный вопрос: никакой нормальный американец не будет отказываться от оплаты его лечения властями штата и страховыми организациями. Элен растянула губы в милой улыбке, кивнула и спросила:
– Как мне увидеть доктора Хэлла?
– Тебя пригласят на приём после завтрака. Вот стандартный комплект больничной одежды твоего размера – переоденься перед выходом из палаты. В гардеробе на первом этаже тебе выдадут куртку, если ты пожелаешь выйти в сад в ветреную погоду, – заученно стрекотала медсестра, всячески подчёркивая высказанный ранее постулат: психлечебница – не тюрьма. – Все личные вещи будут тебе отданы при выписке или по разрешению лечащего врача.
В ожидании приглашения Элен расположилась в рекомендованном медсестрой кафе, попивая бесплатный(!) капучино и отламывая кусочки столь же бесплатного мороженого в изящной вазочке. Удивительно, что власти штата оплачивают даже десерты! Оказывается, числиться пациентом психиатрического отделения куда выгоднее, чем пациентом хирургов. Яркий, светло-бордовый спортивный костюм, выданный медсестрой, был абсолютно новым, красовался лейблом известной фирмы и очень неплохо смотрелся на подтянутой фигурке Элен. Как говорится: мелочь, а приятно.
– Совсем курить нельзя? – долетел до неё через открытое окно унылый мужской голос. Разговаривали на крыльце больницы, расположенном под кафе этажом ниже.
– Совсем, – отрезал знакомый, умопомрачительно сексуальный голос вчерашнего сногсшибательного психотерапевта. – Никакого взаимодействия с огнём и легковоспламеняющимися объектами!
– А выпить можно?
– Ни в коем случае: алкоголь сильно снижает степень самоконтроля, и ты точно потянешься за сигаретой.
– Ну, хоть ругаться можно? – проворчал недовольный голос, и доктор Хэлл ответил с непробиваемым олимпийским спокойствием:
– Крайне нежелательно. Выругаешься, отведёшь душу, захочешь перекурить – а тебе нельзя!!!
Стукнула дверь больницы. Тихо бубнящий под нос унылый голос стал удаляться в направлении главных больничных ворот. Элен отставила вазочку из-под мороженого, и тут её позвали на приём к лечащему врачу.
...
Катастрофическое воздействие на неё доктора Хэлла к утру так и не прошло: ослепительный доктор по-прежнему выводил её из состояния равновесия, каждый взгляд на него бросал в жар и возбуждал совершенно ненормальные фантазии. Пришлось решительно запретить себе сожалеть, что сидит на стуле в спортивном костюме, а не в вечернем платье с глубоким декольте! Стараясь смотреть куда угодно, но только не на красавца в кресле, Элен флегматично, на пониженных тонах полчаса жаловалась, ловко и как бы невзначай подводя доктора к правильному объяснению её вчерашнего срыва. К подоплёке вчерашних событий, безопасной для её репутации разумного человека:
– Три года без полноценного отдыха! Работа, учёба и снова работа, в четырёх стенах с рассвета до заката. Последнюю ночь провела без сна, редактируя статью в научные журналы, к утру шумело в ушах и сильно разболелась голова, но у меня было практическое занятие со студентами, которое невозможно взять и отменить!
– Понимаю: на фоне переутомления даже у здоровых людей случаются галлюцинации, – кивнул психотерапевт.
– Наверное, так оно и есть, – захлопала ресницами Элен, благодаря природу за свои большие и наивные голубые глазки. – А вечером я узнала, что мой парень женат! Ухаживал за мной целый месяц, мерзавец, а вчера на кафедру заявилась его жена и взялась выяснять со мной отношения. Ох, это было ужасно!
Элен выдавила скупую слезу и утерла её рукавом.
– Острый ситуационный психоз на фоне переутомления и стресса, – конкретизировал диагноз психотерапевт.
– Совершенно верно! – просияла Элен, благодаря небеса за догадливость собеседника. Приятно поговорить с умным человеком!
Тихий смешок мужчины предательским снарядом подорвал её преждевременную радость. Доктор Хэлл отодвинул в сторону блокнот и уставился на неё полуночными глазищами, уже привычно пустив дрожь возбуждения по телу.
– Как зовут вашего женатого парня? – внезапно, в лоб спросил красавец.
– Барни, – хлопнула ресничками Элен, тщательно проработавшая достоверную версию. На кафедре действительно был преподаватель, увивавшийся за каждой юбкой, жена которого так часто устраивала крикливые разборки, что все давно запутались, с кем и когда встречался их беспутный коллега. Даже если психотерапевту вздумается отправиться с расспросами в университет, все уверенно подтвердят её роман с этим бабником, хоть она всегда его избегала. – Барни Холстейн с биологического факультета. Мне сказали, такие скандалы для него не редкость – увы, сказали слишком поздно! Хорошо, что в моём случае нецензурная брань его супруги осталась за дверьми моего кабинета. Поверьте, мне не свойственно заливать горе алкоголем, но вчера я так расстроилась, была так выбита из колеи, что...
– ...что выпили всего полбокала красного вина – ваши анализы показали пренебрежимо малое содержание алкоголя в крови. Остановимся на версии ситуационного психоза, не отягощенного какими-либо наркотическими веществами, – насмешливо предложил доктор Хэлл. – Браво, Элен! Вы проспали всю ночь под действием сильнодействующих седативных препаратов, утром у вас было меньше часа свободного времени, но вы склепали вполне убедительную версию. Поздравляю: ваши мозги отлично функционируют даже в стрессовой ситуации!
– Вы признаёте меня здоровой? – затаила дыхание Элен.
– Безусловно, – весело заверил красавец-психотерапевт.
– Я могу идти домой?!
– Боюсь, что нет. Видите ли, Элен, некоторые галлюцинации бывают особо навязчивы. Вы, как биофизик, имеете базовые медицинские знания, но их явно не достаточно, чтобы водить за нос меня.
Оставалось надеяться, собеседник не услышал скрежет её зубов. Ей нельзя демонстрировать даже маломальские признаки нервного расстройства! Глубоко вдохнув, она раздвинула губы в вежливой улыбке, придав лицу недоумевающее выражение:
– Водить вас за нос? Не понимаю, что вы имеете в виду: я рассказала всё, как на духу, что ещё вы желаете услышать?
– Для начала я желаю, чтобы вы перестали мне лгать. У вас это великолепно получается, вы весьма убедительны, но я хотел бы слышать исключительно правду. Поверьте, я распознаю любую ложь, что сорвётся с вашего язычка, не тратьте усилий попусту.
«Тоже мне герой сериала «Обмани меня»! – рассердилась Элен, следя за тем, чтобы гнев никак не проявился в мимике лица и машинальных жестах. Ей довелось изучать теорию лжи, и она точно знала: ни одна методика не даёт стопроцентной гарантии обнаружения того, что человек врёт. – Ладно, буду играть по его правилам: говорить правду и ничего кроме правды».
– Я оплачу пребывание в вашей больнице из собственного кармана, чтобы до администрации университета не дошли сведения о специфике проплат по моей медицинской страховке. Весь причинённый бару ущерб я также оплачу, чтобы дело не дошло до суда. Вы можете отпустить меня с чистой совестью: я больше никому не доставлю проблем. Поймите: я занимаюсь научно-исследовательской работой, у меня скоро защита диссертации и мне не нужна репутация сумасшедшей дамочки, – сдержанно произнесла она.
– Среди известных учёных не так уж мало шизофреников, – широко усмехнулся доктор Хэлл.
– Не претендую на то, чтобы стать известным учёным, так что обойдусь без модного диагноза.
– Какой диагноз вам поставить – это мне решать, – вкрадчиво напомнил психотерапевт.
Элен насторожилась. Услышь она такую реплику в другой стране, заподозрила бы, что доктор вымогает взятку, однако здесь подобное было маловероятно. Директор дорогущей частной клиники по определению был в Америке о-оочень богатым человеком и уж точно не стал бы рисковать профессиональной репутацией ради «пособия» от клиента. Особенно столь стеснённого в средствах, как она.