Кризисный центр "Монстр" (СИ)

Элен замерла позади мужчины, не зная, что предпринять. Попробовала молча поманить к себе заметившую её появление кошку, но Фенька призыв проигнорировала. Мысленно обещая себе замуровать непослушную животинку в палате, Элен шагнула к ней, и на скрип гравия обернулся мужчина. Изумлённо осмотрел больничный халат стоящей перед ним девушки и бросил в телефон: «Перезвоню позже».
– Простите, это моя кошка, я не подумала, что со второго этажа она сумеет сбежать через окно, – пролепетала пунцовая Элен. – Фенька, иди ко мне зараза, а то без обеда останешься и без ужина тоже!
– О, так кошка нужна вам для терапии, ей разрешили жить в вашей палате, – сообразил мужчина и заговорил с нотками сострадания и участия: – Не нервничайте, девушка, я помогу вам поймать вашу кошечку. Нам ещё и медсестра поможет!
Он открыл телефон, и Элен поспешно выпалила:
– Не тревожьте понапрасну медперсонал, я в полном порядке, меня завтра выписывают. Фенька, Фенечка, кис-кис-кис!
– Кис-кис-кис, – эхом повторил мужчина, тоже присаживаясь на корточки.
Кошка замерла на месте, раздумывая, и первым делом подошла к мужчине. Ухватить себя за холку не дала, завертелась вокруг него вьюном, тщательно обнюхивая, потом пренебрежительно фыркнула и направилась к хозяйке, милостиво позволив подхватить себя на ручки.
– Посажу на поводок, – озвучила приговор Элен.
Мужчина в сиреневом костюме неодобрительно нахмурился:
– Животных не следует держать на привязи, это негативно сказывается на их психике и здоровье. Любовь и забота – вот верные пути к взаимопониманию с домашним питомцем.
– С пониманием у нас проблем нет, у нас проблемы с послушанием после наступившего понимания, – усмехнулась Элен, и мужчина широко улыбнулся и назвал своё имя:
– Ирвин Кент, к вашим услугам. Я провожу вас до палаты.
– Элен Янген, я отыщу обратный путь сама, честное слово, я не страдаю потерей ориентации в пространстве.
– Похоже, что так. У какого врача вы наблюдаетесь, если не секрет?
– У доктора Хэлла.
Во взгляд Ирвина вернулось сочувствие. Он почесал Феньку за ушками и сказал Элен проникновенно и доверительно, как давней приятельнице:
– Эрл Хэлл – лучший специалист Лос-Анджелеса, он обязательно вам поможет! Да, мастер берётся за самые трудные случаи, но неизменно достигает успеха. Я тоже хожу на консультации именно к нему, и благодаря этому могу уже уверенно сказать: «Быть конём – это прекрасно! Просто конь – это звучит гордо!»
Смешавшись, Элен чуть не выронила кошку из ослабевших рук – Фенька удержалась, запустив коготки в толстую ткань халата. Ребята с факультета психиатрии всякие анекдоты рассказывали на тему: «Если пациента невозможно вылечить, то, как минимум, необходимо примирить его с самим собой», но ей всегда думалось, что коллеги в таких рассказах сильно преувеличивают действительность. Однако, памятуя о мальчике-фениксе, она поинтересовалась:
– А кем вы себя считали до того, как стали посещать доктора Хэлла?
– Что значит – считал?! – чуть ли не рассердился Ирвин, но быстро взял себя в руки. Элен заподозрила, что вспышка гнева была так моментально подавлена не без помощи консультаций психиатра. – Я единорог, из древнего, известного рода оборотней-единорогов, да вот беда – меня угораздило родиться безрогим. Когда у моих сверстников на втором году жизни прорезались рога, а у меня нет, все понадеялись, что это всего лишь небольшая задержка развития, но дальше стало ясно, что дело неладно.
Он вздохнул, машинально ощупал лоб, словно надеясь отыскать там недостающую деталь образа единорога, но тут же распрямил плечи, сунул руки в карманы и пробормотал:
– Быть уникальным – это не плохо.
– Точно! – искренне подтвердила Элен, горячо сочувствуя новому знакомому, и ей тепло улыбнулись.
– Благодаря Эрлу Хэллу я смог избавиться от гнетущего комплекса неполноценности и, скажу вам по правде, только благодаря этому у меня наконец-то появилась семья и карьера пошла в гору. Если не секрет: какая причина привела на порог этого заведения вас? Не хотите отвечать – не отвечайте, я не обижусь, и всё пойму. Ну вот, вы покраснели из-за моего неуместного любопытства. Всё, забудьте про бесцеремонный вопрос!
 
– Меня сюда привезли из-за устроенного дебоша, – смущённо призналась Элен.
После более близкого знакомства с мифическими существами она всей душой раскаивалась в своём импульсивном поведении в баре! Если и есть среди нелюдей монстры, то их явно не больше, чем в человеческом сообществе, – во всяком случае, лично ей злобные сказочные существа пока не встретились, в отличие от несчастных.
Её признание вызвало у собеседника заливистый смех.
– Дебош – абсолютная норма для ведьмы, особенно такой молоденькой, как вы, – развеселился Ирвин. – Видать, крепко вы надебоширили, раз вас сюда на перевоспитание отправили. Надеюсь, мастер не слишком свирепствовал, объясняя вам правила поведения цивилизованного существа и необходимость соблюдать установленные законы.
Элен призвала на помощь всю свою сообразительность, чтобы задать вопрос, не вызывающий подозрений, но позволяющий собрать информацию:
– Отчего вы сочли меня молоденькой? – Чего греха таить, она выглядела на свои почти тридцать, и трудновато было счесть её юной девочкой.
– Оснований минимум два: не успевший пропитаться зельями запах и фамильяр недовоспитанный, – подмигнул ей ущербный единорог. – Небось, специально устроили заварушку, чтоб укрепить свой авторитет в ковене? Эх, молодо – зелено, и ваше желание бузить точно исправится с возрастом.
Ирвин вновь ощупал свой лоб и резко отдёрнул руку, а Элен задумалась: ей, как биофизику, задача выращивания рога для единорога показалась хоть и нетривиальной, но вполне решаемой.
– Если рог единорога, не дай бог, сломается, новый вырастет? – огорошила она случайного собеседника неожиданным вопросом.
– Его практически невозможно сломать, но если вдруг такое случится, то все повреждения постепенно зарастут.
– Повреждения регенерируют без выпадения рога? – загорелась научным интересом Элен. У простых животных встречалось несколько типов рогов, а ещё далёкие от науки люди рогами частенько именовали бивни. – Скажите, а вариант имплантации костного рогового выроста вы не рассматривали? В качестве донора можно было бы взять кого-либо из животных. У вас есть фотографии ваших знакомых единорогов? Как выглядят их рога?
Растерявшийся под градом вопросов Ирвин молча открыл фото на телефоне и, вовремя отвечая «да» и «нет», ошеломлённо слушал малопонятное бормотание Элен:
– Рог золотого цвета?! Что ж, покроем позолотой с основанием из полимерного композита – даже алмазом не поцарапаете. Витая форма – вообще не проблема, создадим такие условия, что самый прямой рог спиралью завьётся. Так, рог должен складываться и уходить под черепную коробку при трансформации в человека... Сложение обеспечим за счёт полой конусообразной формы, созданной из множества тонких концентрических колец, а с импульсом, активирующим сложение, помогут ребята, работающие в лаборатории бионических протезов. Словом, возможная сложность видится одна: иммунный ответ организма реципиента... – Элен оторвалась от фото и строго спросила: – Аллергиями страдаем?
– Н-нет. Простите, а вы точно ведьма?
– Каждая женщина капельку ведьма. Я биофизик по профессии.
– Да что вы?! Вы занимаетесь наукой?! Страшная редкость среди Иных! Говорят, современная человеческая наука может практически всё, даже то, что никогда не было подвластно магии! – аж подпрыгнул оборотень-единорог.
«Иные, значит, вот как они себя именуют», – запомнила Элен. У её собеседника явно появилось море вопросов, но их увлекательный диалог прервал окрик администраторши Маргарет:
– Элен, ты заставила нас волноваться! И ещё: нельзя покидать пределы отделения в халате!
Рядом с администраторшей быстро шагала бледная медсестра. Элен убедительно попросили пройти в палату и переодеться, отправив её под конвоем медсестры, а сама Маргарет подхватила под руку Ирвина Кента и потащила его вглубь парка, тихо о чём-то расспрашивая. До того, как за ней захлопнулась дверь запасного входа, Элен услышала удивлённое восклицание мужчины-единорога и его слова: