Очень долгое путешествие, или Инь и Ян. Сердце Мира (СИ)

Река вывела в пещеру. Потом она по стене огибала её и уходила дальше, но Исман остановил нас. Центр пещеры колонной подпирал широкий яркий столб света. Он был настолько ярок, что было видно, как он уходил дальше вверх сквозь каменный потолок и вниз через пол, спицей протыкая пещеру насквозь. Невдалеке от Места Силы стояла лодка, наполовину вытащенная из реки на каменистый берег, и в ней виднелись два тёмных силуэта, склонившиеся друг к другу капюшонами.
Одна из фигур шевельнулась, откинула с головы накидку. Волнистые тёмные волосы упали на плечи, девушка смотрела на нас.
— Роза, любовь моя! — вскричал Исман.
Он вскочил, не отпуская ладони от шара, и замахал свободной рукой. Девушка смотрела на него и явно колебалась. Исман замахал пуще прежнего. Тогда, поднявшись, она решительно тряхнула головой, сняла накидку, переступила через борт лодки на берег и направилась к нам. В сиянии от Места Силы я увидела её печальное миловидное лицо с чёрными дугами бровей. Девушка осторожно ступала по острым камням, придерживая рукой подол длинной туники.
— Я так долго ждал встречи с тобой!
С берега девушка перепрыгнула на нашу летающую конструкцию.
— Я знала, что ты вернёшься, Исман, — нежным голосом произнесла она. — Я ждала тебя и не переправлялась на ту сторону.
Она показала на лодку. Второй, чёрный человек, так и сидел неподвижно, склонив голову, и его лицо было скрыто глубоким капюшоном.
— Иди же ко мне! — Исман потянулся к ней.
Роза нерешительно шагнула вперёд, он обхватил её за талию, упал на колени и осыпал поцелуями её руки.
— Знала бы ты, как я стремился к тебе! — Исман поднял на жену лицо. — Ты ведь поместила талисман в луч силы?
Роза сжала что-то через ткань туники у себя на груди.
— Да, — бесцветным голосом ответила она.
— Отдай же его мне, любимая, и я смогу быть в магическом мире с тобой навечно!
— Я отдам тебе талисман на нашем месте, там, где мы расстались. Проводи меня, я хочу вновь увидеть озеро с вершины горы. Я хочу домой.
— Да-да, конечно! — не выпуская руку Розы из своей, Исман яростно закрутил шар, и мы помчались обратно напрямик, сквозь толщу земли, над лесом и над озером, которые мелькали как кадры при перемотке чёрно-белой плёнки.
Исман замедлил скорость, мы поднялись по склону горы, и за светящимися колоннами опять открылся знакомый вид на озеро, а над головами крутились планеты. Роза огляделась по сторонам, и её взгляд задержался на нас с Иорветом.
— Кто эти люди, Исман? — спросила она.
— Никто, любимая. Лишь проводники, не думай о них, думай о нас, о том, что мы всегда теперь будем вместе. Отдай же мне талисман!
Роза высвободилась из его объятий, отступила на шаг.
— Никто… — повторила она, — такое же никто, как были для тебя я и мой отец, не так ли, мой возлюбленный муж?!
— Как ты можешь такое говорить, ты — единственный свет моих очей, моя Роза! — елейным голосом пропел Исман и протянул к ней руку.
— Тут, в этом мире, у меня было время подумать, — она подошла к колоннам и смотрела на озеро, не отпуская руки от груди. — Этот мир отличается от нашего, но это настоящий, необъятный мир, где идёт своя жизнь. Здесь я вдруг поняла, что дышу свободно. Что среди жителей этого мира я больше не чувствую себя никчёмной, глупой, нескладной… Я поняла, что я была никем только рядом с тобой.
— Ты говоришь глупости, девочка моя! — Исман повысил голос. — Лишь твоё счастье было для меня наиглавнейшей из задач!
— Я всегда говорю глупости! — прошипела она и гневно нахмурила брови. — Мне говорил об этом только ты и больше никто, а я верила тебе, считала себя ничтожеством! Ты не давал мне уйти с острова, не пускал к людям, ты лгал, что мы уедем в Алтинадир, а на самом деле ждал, пока отец закончит исследования!
Голос её сорвался. Она смотрела на Исмана, сжав руки и выпрямившись. Отблеск света ударил мне в глаз, и я, отвлёкшись от супружеской ссоры, вдруг с изумлением увидела, что вдалеке, на арке ворот над тропой, откуда мы пришли, сидит самый настоящий дракон, от сияющей чешуи которого во все стороны разбегались яркие блики. Не веря своим глазам, я таращилась на него, а дракон широко зевнул зубастой пастью и, вдруг задрав в небо заднюю ногу и изогнув длинную шею, стал вылизывать себе под хвостом.
 
Исман театрально схватился за сердце.
— Всё, что я делал, было только для твоего блага! Для твоего развития! — он потянулся к Розе, но не смог достать, не отпустив руки от шара.
Переключив внимание на Исмана, я отвела взгляд от стены, а через миг никакого дракона там уже не было.
— Я знала, что ты найдёшь способ вернуться за талисманом, — в голосе Розы появилась угроза, он завибрировал. — Теперь я уже не та юная девочка, которая ловила каждое твоё слово, у меня было время осознать… Когда я пришла к Месту Силы и зарядила талисман, я встретила отца. Он садился в лодку к Перевозчику, чтобы уйти на другую сторону. Ты отравил отца тоже для моего развития?!
— Дорогая, Назар всё неверно понял, — залопотал Исман, — это недоразумение, я никогда не сделал бы ничего, что могло бы огорчить тебя!
— Это я всё неверно поняла, когда поверила в твою любовь, что такой, как ты, способен любить! Отец ведь предостерегал меня… А тебе всегда был нужен лишь мой магический дар, чтобы было кому принести талисман после того, как ты избавишься от отца!
Она гневно выкрикивала обвинения, и её рот вдруг стал растягиваться и деформироваться. Исман отшатнулся.
— Ты думала только о ерунде, витала в облаках, тебя ничего не интересовало, кроме твоих роз! — воскликнул он. — И тебе было наплевать на то, как важна для меня магия!
— Магия! Как вы надоели со своей магией! А мне важны были просто муж и просто отец!
Она топнула ногой, и вдруг её волосы стали удлиняться, завиваться плетьми, на которых набухали почки, вылезали листья и из бутонов распускались розы. Лицо скрылось под ними. Тело утончалось, росло, руки обратились ветвями, и из пальцев хлынули отростки. Исман завизжал, когда колючие лианы обвили его, сжали, как удавы, а острые шипы впились в нарисованное тело. Он надсадно кричал, а они разрывали его на лоскуты и всасывали в себя. Ещё миг, и он полностью потонул под цветами и листьями и замолк. Роза встряхнула руками, плети опали на землю, и вновь перед нами стояла миловидная девушка с грустными глазами. Она подошла к нам.
— Вам рано уходить навсегда, — промолвила она. — Как и мне. Перевозчик подождёт. Я больше не могу вернуться в мир материи, но я смогу жить в магическом мире… Свободной.
Роза подошла к механизму, обернулась к нам, сложив пальцы в щепотку. Защёлки ремней на руках клацнули и раскрылись. Она щёлкнула чем-то на механизме, потом перевела вверх рычажок. Изнанка замерцала, я в последний раз увидела сосредоточенное лицо девушки, и пространство заполонил оранжевый вечерний свет солнца. Мы вернулись в реальность.
***
По мне будто пробежал табун лошадей. Не с первого раза я смогла выдернуть левую руку из паза на подставке шара, потом попыталась встать. Мешком свалилась с койки и, позвякивая об пол привязанной к ладони решёткой, на четвереньках поползла к Иорвету.
— Яна… — услышала я его голос. Он пытался сесть.
— Мы слишком долго были на изнанке, — прохрипела я, подтянулась к нему и, обняв, прижалась щекой к груди.
Он положил руку мне на голову, и я поняла, что через миг так и усну под тёплой ладонью, накрывшей ухо.
— Стилет… — прошептал он. Приподнялся и потянулся к сапогу.
Я сползла на пол. Около механизма громоздилась куча завядших сухих плетей вьющейся розы.
— Рэя! — воскликнула я.
— Дай руку, — Иорвет освободился и срезал верёвки, удерживающие мою ладонь на решётке.
— Надо встать, — я оперлась об его кушетку, поднялась. Голова кружилась, а колени подгибались.
Цепляясь друг за дружку, мы разогнулись и, как старые развалины, под руку направились в сторону ворот.
***
Проход в арке был открыт, пики втянулись обратно в стены. Закатное солнце прочерчивало на озере яркую медную дорожку. Мы прошли сквозь ворота, невдалеке от них на сломанных, распростёртых в стороны ногах лежал на земле труп паука, которого Исман назвал костецом. Я оглядывалась в поисках Рэи, а Иорвет потянул к скале, нависшей над обрывом.