Очень долгое путешествие, или Инь и Ян. Сердце Мира (СИ)

На помосте у окна приподнялся на подушках единственный мужчина в комнате. Сидящая на второпях сооружённом троне зерриканка подтянула на плече край шкуры за свисающую лапу, как будто она набросила её специально ради гостей, и внимательно осматривала нас. Она была старше остальных и, наверное, примерно того же возраста, как была я в старом мире, и хоть тело её было таким же поджарым и мускулистым, как у её воительниц, но возраст и готовность засмеяться выдавали морщинки в уголках глаз. Её взгляд задержался на ведьмачьем медальоне на моей груди.
— Рэя сказала, что у вас есть письмо, — глубоким контральто произнесла она.
Иорвет шагнул вперёд и протянул сложенный лист с запиской Мауно. Зерриканка пробежала его глазами.
— Кто вы и откуда у вас вещь с эмблемой Чистого Братства?
Иорвет открыл было рот, но Эотэанерле подняла ладонь и перевела выжидающий взгляд на меня. Похоже, на здешней иерархической лестнице мужчина по умолчанию располагался ниже женщины, а они хотели общаться с главой нашего тандема. Я представила нас и рассказала о находке в пещере, не упоминая призрака и наш с ним договор.
— Я решила, что нельзя оставлять магическую вещь валяться без присмотра, и взяла блокнот с собой.
— Эта вещь останется у меня, — Хранительница открыла блокнот Умута, заглянула внутрь, захлопнула.
Рэя — та мощная атаманша, что привезла нас, встряла и на своем языке что-то возмущённо выкрикнула. Её горящий взгляд был прикован к Иорвету. Эотэанерле отмахнулась.
— Мы закрыли путь через перевал… — начала она. — Много лет назад я знавала одного ведьмака. Но не знала, что они умеют просачиваться сквозь камни. Тот не умел.
— Я — улучшенная модель, — с гордостью расправила плечи я.
— Ну, конечно, ты же женщина, — неожиданно рассмеялась зерриканка, показав белые зубы, — наконец-то на Севере до этого додумались.
Иорвет издал сдавленный звук. Я смотрела прямо в глаза Эотэанерле. Она встряхнула письмо тиллика в руке.
— Ещё ни разу Мауно ни за кого не поручался, — задумчиво произнесла она, — он советует присмотреться к вам.
Рэя шагнула вперёд и опять выкрикнула что-то, показывая на Иорвета. Эотэанерле ответила, вокруг её глаз разбежались весёлые морщинки, среди стоящих девушек прокатился смешок. Лицо могучей зерриканки побагровело.
— Тот ведьмак был с белыми волосами? — понадеявшись на невероятное совпадение, решилась спросить я.
— Да.
— Тэя?
— Так меня звали на Севере. Откуда ты знаешь это имя? — спросила она, и Иорвет, выпучив глаз, обернулся на меня.
— Геральт. Он рассказывал о вашем путешествии. О тебе, и о Вэе, и о золотом драконе… — ответила я, молясь про себя, чтобы прочитанное в книгах оказалось правдой и что Геральт потом не успел как-то обидеть их.
— Вот как? — в её голосе послышался интерес. — И что же он рассказывал?
— О ваших приключениях в Голополье. Он вспоминал таверну «Под задумчивым драконом» с… с большой нежностью, — пошла я ва-банк.
Тэя захохотала. Сказала громко что-то, и обстановка неуловимо разрядилась, воительницы расслабились и уже не смотрели на нас как на врагов. Тэя качнула головой, помрачнела, глаза перестали смеяться.
— Вэя… Твои слова обрадовали бы Альвэанэрле, будь она жива, — её пальцы сжались на блокноте Умута, словно она хотела раздавить его. — И что же ведьмачке нужно в нашей стране?
Тэя снова проигнорировала все порывы Иорвета хоть что-нибудь сказать.
— Мы ищем эльфа, его брата. Он пришёл сюда четыре года назад.
— В те смутные годы к нам повалило столько беженцев и бандитов с Севера, что пришлось закрыть путь через перевал. Теперь караваны идут в Виковаро через перевал Эрхатердег и никто с той стороны гор не может пройти без специального разрешения.
— Как нам получить разрешение? — воскликнула я.
— Их выдает Торговая Гильдия… Или мы, Хранительницы, при определённых условиях, — добавила Тэя, снова скользнув взором по медальону. — Возможно, мы с тобой сможем договориться.
Она встала — леопардовая шкура соскользнула на пол — и бросила взгляд на Рэю.
 
— Если говорить о разрешениях, есть ещё один вопрос. Снимите перчатки! — вдруг резко сказала она.
Переглянувшись, мы выполнили приказ.
— Я не вижу колец на ваших руках, — продолжила она, а Рэя победно улыбнулась. — Кто этот мужчина для тебя?
«В Зеррикании особое отношение к мужчинам», — зазвенели в голове слова Саскии. Почуяв подвох и мысленно чертыхнувшись, что не выяснила подробностей, я попыталась потянуть время.
— При чём здесь это?
— Женатый мужчина должен иметь документ о принадлежности. Мы уважаем традиции других государств, где не выдают такого документа, а обмениваются кольцами. Но у вас таких колец нет. По нашим законам свободного мужчину, вошедшего в брачный возраст, может взять любая женщина, подходящая по условиям. А если желать его будут несколько, то та, что победит в состязании. И у нас уже есть претендентка.
Иорвет отпрянул и с мольбой посмотрел на меня.
— Это мой эльф, — твёрдо сказала я и загородила его.
— Ты врёшь! — крикнула Рэя. — Никто не обращается так со своим мужчиной!
— Можешь ли ты доказать это? — Тэя смотрела на меня.
— Может, — Иорвет взял мою левую руку, повернул ладонью вверх и приложил рядом свою, чтобы наши знаки были видны. Тэя вздрогнула от звука его голоса, удивлённо заглянула ему в лицо. — Мы соединены законами другого государства.
— Это какого же? — она бросила взгляд на знаки.
Мужчина у окна привстал с подушек и, вытянув голову, смотрел нам на ладони.
— Америки, — веско проговорил Иорвет, — что лежит через океан на запад от Скеллиге.
Зерриканки зашумели, гигантская Рэя кричала и жестикулировала. Иорвет стоял рядом, вцепившись в мою ладонь. Тэя прошла за занавешенную дверь, ведущую во внутренние покои дома, и поманила за собой Рэю и ещё двух женщин.
Мысли в голове перемешались, начали всплывать обрывки воспоминаний о матриархате в Зеррикании. Я крепко держала Иорвета за руку и ловила на нём заинтересованные, приценивающиеся взгляды зерриканок. Похоже, что все они подходили ему по неведомым нам условиям. В мгновение ока эльф превратился в ценный приз в аукционе, и покупательницы уже ничем не маскировали интерес к товару. Из-за занавески послышались крики и возглас Тэи, ткань откинулась, и главная Хранительница вернулась в комнату.
— Совет единогласно проголосовал за ускоренную процедуру и за бой. Сегодня же! — объявила она. — Мы не знаем такой страны — Америки. Единственное, что я могу сделать для тебя — дать привилегию. Ты будешь драться только в последнем бою с победительницей. Исман, оповести публику и займись ставками.
Мужчина встал с подушек, поклонился Тэе и вышел из комнаты, бросив на нас с Иорветом заинтересованный взгляд. Женщины взорвались одобрительным шумом. «Бой! Бой!» — слышали мы радостные голоса, Хранительницы хлопали друг друга по ладоням и возбуждённо смеялись. Рэя подошла вплотную, и я задрала голову, чтобы прямо встретить свирепый взгляд чёрных глаз.
— Я тебя раздавлю, — прошипела она и двинулась прочь, будто ненароком ударив меня плечом.
Голова закружилась, ноги подогнулись. Иорвет повёл меня в сторону выхода, где рыжая конвоирша вернула наше оружие и вещи и скомандовала идти за ней. Как барана на бойню эльф тащил меня за руку через двор, двустворчатые ворота и дальше вверх по улице. Перед глазами расплывалась глиняная мостовая, а взгляд зацепился за ритмично сокращавшиеся мощные, как у скаковой лошади, мускулы на ногах нашей провожатой.
За углом мы нырнули в дверь, послышался гул голосов, и Иорвет потянул меня через просторное помещение, заполненное дымом кальянов. Как в виденных мною чайханах, там стояли заставленные пиалами низкие столы, окружённые мягкими диванами, на которых полулежали люди. Юноша в шароварах выравнивал граблями засыпанную песком площадку в центре.
Зерриканка откинула полог алькова, выходящего в зал.
— Ты будешь ждать здесь своей очереди, — сказала она мне. Повернулась к Иорвету, ласково и призывно улыбнулась: — А ты можешь быть тут… или там. Это ничего не изменит.