Короли рая

Некоторое время они шли молча, но Кейл все еще улавливал недовольство старика оттого, что ему нужна помощь, и, возможно, его досаду из-за сумрака.
– Этот ваш император – какой он?
– О, впечатляющий человек. Сильный и мудрый.
Что это был за взгляд? – полюбопытствовал Кейл. Он выдержал многозначительную паузу.
– Правда?
Амит громко рассмеялся, и, вопреки последовавшему за этим кашлю, звук был искренним и приятным.
– Да, правда! О, пожалуй, слишком уж любит свой собственный миф. Воображает себя сыном бога, видишь ли.
Боги, чьи дети – люди? Вздор.
– Повезло ему.
– Ха. Ну да. Его отца нету в живых, чтоб возразить. Ну да ладно. На твоих островах нет почитателей Ру?
Кейл, не совсем уверенный, покачал головой, заметив, что Амит говорит более быстро и плавно с каждой новой фразой. Они продолжали идти, и пожилой мужчина все так же спотыкался на дороге, хотя она была хорошо вымощенной и в основном ровной. Вскоре они услышали рев потока.
– Это Куби, – сказал Кейл, чувствуя заинтересованность. – Главная река, протекающая через большую часть острова.
– Что это за шум? Водопад?
– Ну, это… вы увидите. Мы будем пересекать мост.
Они двинулись вперед, и в свете факелов показалось ступенчатое каменное сооружение, называемое водосливом, встроенное в реку.
– Выглядит как плотина, только через нее течет вода!
– Да, оно… управляет водой, полагаю. – Наморщив лоб, Кейл порылся в своей памяти. Чертовски скучные гувернеры и их чертовски скучные уроки. – Вроде как измеряет ее силу. И тем самым, э-э, помогает предотвратить наводнения и сохраняет воду на засушливый сезон. По-моему.
Амит выглядел явно восторженным, всматриваясь во тьму.
– Люди называют их «ступени утопающих». Дети погибли здесь, когда купались. Эта штука засасывает вниз, понимаешь?
Нараниец обшаривал глазами реку, по большей части тщетно, его лицо посерьезнело.
– Как ужасно.
Кейл пожал плечами.
– Боги, да? – Иноземец моргнул, выглядя сконфуженным. Кейл осмотрелся по сторонам, полагая, что его точка зрения очевидна. – Они губители. Детоубийцы.
Он сказал это беззлобно, зная, как и любой островитянин, что большинство небесных и водных богов – злые, ленивые человеконенавистники и что это просто в порядке вещей.
Амит, однако, казался удивленным, прочистив горло и не сумев подавить веселую ухмылку.
Что за необыкновенный старик.
* * *
Он окружает весь город?
В поле зрения появились внешний ров и городские стены Шри-Кона, и Амит присвистнул, выпучив глаза.
– Да, в основном.
– Я… считал, что Пью не вело никаких войн… уже очень долгое время.
Кейл пожал плечами, полагая, что так и есть. Он никогда не видел войну и не встречал никого, кто знал бы ее, кроме иноземцев.
– Может, это потому, что мы строим большие стены.
Амит улыбнулся.
– Итак, я рассказал тебе про Наран. Что можешь поведать мне ты о своем короле?
Теперь осторожнее, подумал Кейл, я всего лишь паренек-островитянин, мало в чем сведущий.
– Ну, а что вы уже знаете?
Старик перевел дух.
– Я знаю, что родители и большая часть его семьи умерли от болезни и он правит с тех пор, как был ребенком. Я знаю, что у него две жены, одна сестра и четверо сыновей и что он подавил как минимум одно небольшое восстание. Я знаю, что он выступает за торговлю, мир и порядок.
Вы пропустили фразу «чародей, истребляющий родню», подумал Кейл.
– Вы много чего знаете. Какие у него дела с Нараном?
Старик пожал плечами, но Кейл почувствовал обман.
– Нам можно многое приобрести друг у друга. Нарану есть что ему предложить.
– Ммм. – Разум Кейла инстинктивно накрыло скукой. Теперь он говорит прям как все другие иноземные послы, которым что-то нужно.
– Кажется, ты сомневаешься.
Кейл помедлил, но решил помочь.
– Никогда не говорите островитянину, что вам «есть что предложить». Он подумает, вы мошенник и лжец.
Амит широко улыбнулся в ответ, и наконец они прошли в уютном молчании через главные ворота на ряд пустых улиц. Кейл заметил, как пожилой ученый щурится, жадно пытаясь разглядеть открывшуюся перед ним картину.
 
– Обожженный кирпич и песчаник, – объяснил Кейл.
– Ах, спасибо. Что это за маленькие штуковины торчат из крыш?
Кейлу пришлось взглянуть самому, но он сразу догадался.
– А-а. Указатели – для бога неба, Ранги. Так люди просят пощадить их, если он рассердится или если Матэа нагрянет.
Амит поднял бровь.
– Бог ветра и штормов. Он ненавидит других богов, и человека тоже.
Старик улыбнулся, будто его это позабавило, хотя Кейлу померещилась и снисходительность.
– И ты веришь в такие вещи?
Он пожал плечами, думая: «Да, и совсем нет».
– Когда попадаю в шторм.
Амит все с той же улыбкой кивнул, с каждой минутой все сильнее опираясь на него для поддержки.
– Мы почти на месте, – сказал ему Кейл. – Дворец примерно в центре города, но с этой стороны он немного ближе.
Иноземец кивнул, но теперь глядел пристально лишь на дорогу, пытаясь удержаться на ногах. Они с Кейлом прошли мимо нескольких бездомных, чьи лица скрывались под широкополыми шляпами, так что были видны только протянутые руки: они просили подаяния даже во сне.
Крайняя нищета была редкостью на Островах, но даже в богатых городах имелись несчастные калеки, наркоманы и другие маргиналы с разрушенными жизнями. Амит, заметив нищих, вздрогнул.
– Это, э-э, безопасно? Ходить по городу ночью? Надеюсь, я не подверг нас никакой опасности.
Кейл помотал головой.
– Попадаются насильники и воры, но, думаю, нам не нужно бояться ни тех ни других. – В основном это было правдой, но иноземцы, даже без гроша в кармане, являлись мишенью, так что Кейл не сбавлял шага. Он был не уверен, следует ли ему отвлечь старика новыми расспросами либо просто оставить его в покое, и хоть в бледном свете было видно плохо, лицо Амита казалось немного белее, чем раньше. Кейл ссутулился и попытался перенести больше веса на плечо.
Они брели дальше, миновав главный храм Алхуны, даже не заметив его, хотя днем это массивное здание с позолоченной крышей и статуями – дань богатству города – сияло бы на солнце.
Кейлу вспомнились занятия по религии в детстве. Большей частью он помнил, как рисовал каракули, пока голоса учителей снова и снова окликали его имя. Тетя отругала его – придя в ярость, когда монахи обратились к ней с искренним беспокойством, что у Кейла слабый слух. Она вежливо сказала, что слух у него в порядке, большое спасибо, и попросила докладывать ей в будущем, если возникнут проблемы. Но Кейл видел, как она смеялась, когда рассказала об этом его няне.
Гнев и смех, вместе взятые, – вот она, моя тетя Кикай.
Она совсем не походила на его отца – словно буря над спокойным и пугающим морем. Кейл часто гадал, отчего братья и сестры бывают настолько разными. А возможно, как раз потому, что младшие приходят на выручку и восполняют пробелы, оставленные старшими вкупе с родителями. Какие пробелы заполняю я для моих братьев?
За храмовым кварталом и очередным ярусом торговых лавок нависала гигантская ограда дворцовых стен. Ночью возле ворот всегда висели большие зажженные фонари, и, невзирая на усталость, Амит, видимо, заметил лежащие сразу за вратами зелено-голубые ступни, словно отрубленные от морского гиганта из камня. В своем изнеможении он изобразил то, что больше всего напоминало вопрос: хмыкнул и пожал плечами в их сторону.
– Ноги Странника, – пояснил Кейл. – Просветленного и первого короля Пью, который прибыл на эти Острова с Западного океана давным-давно. – Он тронул предплечье Амита. – Они должны напоминать нам, что все люди когда-то пришли откуда-то еще. Не волнуйтесь, мы дружелюбный народ. – Он опустил старика на землю, прислонив его спиной к воротам. Амит слабо запротестовал, обещая, что наверняка уже больше не встанет, но тотчас уступил, потянувшись только, чтобы взять Кейла за руку.