Дом, где живет смерть
— Без двадцати пяти девять.
— Вторая машина есть?
— Да, моя. Возьмете шофера?
— Нет. А оружие?
— Что… оружие? — не поняла Пат.
— Оружие в доме есть? Кроме того револьвера, который ваш муж взял с собой?
— Нет, — растерянно ответила она. — Мы избавились от коллекции.
— Давайте вашу машину, — распорядился Бэрридж. — И карту дорог, если есть.
Он проделал предстоящий путь лишь один раз вместе с О’Брайном и боялся сбиться с дороги.
— Да-да, сейчас! — Пат метнулась к двери, где-то раздался грохот, и через пару минут она вбежала обратно. — Вот карта и ключи от машины.
Они выскочили из дома и побежали к гаражу. Ворота гаража были распахнуты настежь: О’Брайн так торопился,что, выехав, не закрыл их за собой .
— Подождите! — воскликнула Пат, когда Бэрридж уже завел мотор. — Вы знаете, как ехать?
— Если забуду, то сориентируюсь по карте.
— Там много поворотов! — Она открыла дверцу и скользнула на заднее сиденье. — Я поеду с вами.
— Вылезайте! — рявкнул Бэрридж так, как никогда до сих пор не позволял себе разговаривать с женщиной. — Только вас мне и не хватает!
Пат съежилась от его окрика, но из машины не вышла. Рассерженный ее упрямством, Бэрридж обернулся и тут заметил остановившееся возле дома такси, из которого вылезал Стэнфорд. Не тратя времени на препирательства с Пат, он выехал из гаража и затормозил возле Стэнфорда.
— У вас есть оружие? — спросил он без всякого предисловия.
— Нет. — Стэнфорд улыбнулся. — Думаете, раз я сыщик, то хожу увешанный этими погремушками? — Однако, разглядев выражение лица Бэрриджа, он перестал улыбаться, а когда заметил сзади Пат в одном халате, брови его удивленно приподнялись. — Мне назначено к девяти, однако я вижу, у вас что-то случилось. Я могу вам помочь?
— Пожалуй, да, но это опасно, — ответил Бэрридж. — Похоже, О’Брайна заманили в ловушку.
Стэнфорд снова взглянул на Пат и сказал:
— Я в вашем распоряжении. И если надо спешить, то уступите руль: мне доводилось участвовать в автомобильных гонках.
Бэрридж подвинулся, Стэнфорд сел за руль, предварительно сбросив пальто и отдав его Пат — она не успела переодеться и был все в том же сиреневом халате. Посмотрев в зеркальце на ее осунувшееся лицо с плотно сжатыми губами, Бэрридж понял, что вытащить ее из машины удастся только силой, и махнул рукой: нельзя было терять время.
— Держитесь крепче, — предупредил Стэнфорд, и машина рванулась вперед. — Я знаю, как ехать, — сказал он, когда Пат объяснила, куда надо попасть. — Только предупредите меня перед развилкой, что у озера, чтобы не проскочить. За сколько часов вы туда обычно добираетесь?
— Примерно за четыре.
— А на сколько он нас опередил?
— Минут на тридцать.
Разговор прекратился, Стэнфорд был слишком поглощен ездой. Пат закуталась в его пальто и даже подняла воротник; ее бледное лицо светлым пятном выделялось на фоне темно-серого материала. Бэрридж думал о том, что им делать, когда они приедут на место; у них не было оружия и с ними была женщина. Насчет Пат он решил, что самое разумное — высадить ее подальше от дома, чтобы избавить от опасности. Существовал и другой вариант: они могли нагнать машину О’Брайна в пути, хотя он опередил их на полчаса. Положим, О’Брайн тоже торопится и едет быстро, однако при той сумасшедшей скорости, на которой они мчались, шансы догнать его были не так уж малы.
«Как и Мэдж Бойлстон, он взял с собой револьвер, — значит, сознает, что идет на риск», — думал Бэрридж. — «А зачем? Мэдж тоже понимала, однако что из этого получилось?.. И он поступает точно так же — почему? Почему он не позвонил в полицию, а вместо этого поехал на встречу с убийцей? О’Брайн привык решать свои проблемы самостоятельно, даже если это опасно. Однако из всего этого следует, что встречу назначил человек, хорошо знающий его характер и потому уверенный, что он приедет сам, а не сообщит в полицию. Правильно ли поступаю сейчас я сам? Может быть, позвонить в полицию? Они обеспечат наблюдение за домом раньше, чем О’Брайн там появится. Но я не знаю, зачем он туда едет, а сам О’Брайн предпочел обойтись без вмешательства полицейских…»
— Он едет очень быстро и без остановок, — через два с половиной часа сказал Стэнфорд, не отрывая глаз от летящей ленты шоссе, — иначе мы бы его уже догнали. — Через четверть часа он добавил, словно заканчивая только что произнесенную фразу: — Если он вообще поехал туда, куда вы думаете.
— Сейчас будет развилка, — подала голос Пат. — Нам направо.
Дорога подошла к железнодорожной станции. Стэнфорд лихо проскочил через переезд, но затем был вынужден сбавить скорость.
— Держитесь, будет трясти, — сказал он. — Много выбоин.
Они поехали медленнее, чем прежде, но для такой дороги все же слишком быстро. Впереди показалась темная полоса шириной фута в два, протянувшаяся поперек всей дороги — след разлившегося ночью от дождя ручейка.
— Видите на глине отпечатки шин? — бросил Стэнфорд, — притормаживая. — Недавно здесь прошла машина.
«И только в одну сторону», — отметил про себя Бэрридж. — «А как же второй, тот, кто назначил встречу? Шел от станции пешком?»
—К дому можно подъехать иначе, не по этой дороге? — спросил он у Пат.
— Нет, только по этой.
«Выходит, он добирался от станции пешком», — решил Бэрридж, — «долго, зато незаметно. Таксист запомнил бы пассажира, их здесь мало, а это уже улика. Такие предосторожности говорят сами за себя: намерения у него серьезные. Это тот же, кто убил Мэдж Бойлстон, а наверно, и Крайтона. И все в том же доме…»
— Дом за теми холмами, — произнесла Пат, подавшись вперед и вцепившись в спинку переднего сиденья. — Осталось совсем немного! Тут хороший участок, пожалуйста, поедем побыстрее!
Она впилась взглядом в дышащие безмятежным покоем зеленые холмы, словно надеялась увидеть то, что творилось в скрытом за ними доме. Положившись на ее слова, Стэнфорд прибавил газ, и машина тотчас запрыгала вверх-вниз.
Пальцы Пат побелели от напряжения, однако она продолжала твердить: «Быстрее, быстрее!» Захваченный погоней, Бзрридж отказался от первоначального намерения высадить ее: она наверняка станет сопротивляться и это потребует времени, к тому же в многочисленных переходах и длинных коридорах дома Крайтона легко запутаться, и ее присутствие пригодится. Кем бы ни был неизвестный, с которым встречается здесь О’Брайн, вряд ли он первым кинется на группу из трех человек, откуда ему знать, что все они безоружны?
Машина О’Брайна стояла не у подъезда, а сбоку, задними колесами посреди клумбы — подъезжая к дому, он из предосторожности свернул с дороги и проехал напрямик через парк. Стэнфорд пролетел по центральной аллее прямо к подъезду и очень резко затормозил: на сырой земле машину занесло, и она боком ударилась о каменный столбик, увенчанный звериной головой. Бэрридж больно ударился коленом, а Пат ткнулась головой ему в спину. Входная дверь была открыта. Когда Бэрридж взялся за массивную металлическую ручку, где-то в глубине дома грохнул очень громкий выстрел. На секунду они застыли в ожидании следующего выстрела, однако в доме воцарилась глубокая тишина. Пат вскрикнула и первой вбежала в дом. Мужчины старались догнать ее, но безуспешно: в отличие от них, она хорошо ориентировалась в доме, что давало существенное преимущество, и ее светло-сиреневый халат мелькал впереди, указывая им путь. Почему-то она не воспользовалась центральной лестницей, а сразу бросилась по первому этажу налево — эта часть дома была Бэрриджу совсем незнакома. Преодолев крутую винтовую лесенку, они оказались на втором этаже. На последних ступеньках они наконец догнали ее.
— Где-то здесь, — сказала она, задыхаясь.
Бэрридж схватил ее за руку:
— Дальше не ходите! Стойте тут и не высовывайтесь.
Перед ними был широкий коридор, ярдов через пятнадцать поворачивающий направо. До поворота в него выходили четыре двери, по две с каждой стороны; все они были закрыты. Сделав знак Стэнфорду, Бэрридж бесшумно двинулся вдоль стены. Больше всего его беспокоила тишина: кроме дыхании Стэнфорда за спиной, он не слышал ни одного звука, а выстрел был только один. Это наводило на мысль, что их приезд замечен и убийца, расправившись с О’Брайном, затаился, выжидая подходящего момента для бегства или нападения. Или он уже успел покинуть дом, воспользовавшись другим путем? Как бы то ни было, им, при отсутствии оружия, приходилось соблюдать особую осторожность. Поравнявшись с первой дверью, Бэрридж медленно нажал на ручку, а сам отпрянул назад. Дверь бесшумно открылась — пустота. Такой же маневр и с тем же результатом он повторил со второй, третьей и четвертой дверью. Он уже подумал, что Пат ошиблась, приведя их в этот коридор, однако, не утратив осторожности, и на ручку пятой двери, уже за поворотом, нажал так же плавно и бесшумно, как и на ручку первой. Вначале дверь подалась, но затем Бэрридж почувствовал, что изнутри что-то мешает. Щель была слишком узка, чтобы рассмотреть комнаты: виднелся лишь кусок пустой стены, и было непонятно, во что упирается дверь, но это что-то было мягким. Бэрридж надавил сильнее, дверь подалась еще немного, при этом снизу раздалось какое-то шуршание и он увидел торчащий из-за двери мужской ботинок — за дверью кто-то лежал и своим телом мешал открыть ее; повсюду по-прежнему царила мертвая тишина. Бэрридж боком протиснулся внутрь: возле двери на боку, скорчившись, лежал человек, левая полусогнутая рука закрывала его лицо, а правая, вытянутая вдоль тела, сжимала револьвер. То, что это был не О’Брайн, Бэрридж определил сразу. Середина комнаты была загромождена кучей какого-то хлама, наваленного вокруг бильярдного стола.