Адвокат Демонов (СИ)

Annotation
Я был Авокадо... кхм, адвокатом! Младенческое тело мешает говорить, батя-князь хочет убить, а демоны ползут по пятам. Тяжко быть карапузом!
Адвокат Демонов
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
  
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
 Адвокат Демонов 
 Глава 1 
Я был Авокадо демонов… кхм, простите, адвокатом! Младенческое тело мешает говорить, батя-князь хочет убить, а демоны ползут по пятам.
Тяжко быть карапузом!
Приятная темнота и пустота, будто я могу наконец-то позволить себе отдых в суете рабочих дней с непрерывными перебранками в зале суда и за его пределами. Усталость дает о себе знать, но любопытство берет вверх, когда я вижу какой-то кусочек света впереди.
Это ещё что? Надо глянуть.
Я почему-то продвигаюсь к свету вперёд ногами. Нет, так не пойдет. Я же не труп. Надо срочно перевернуться. Переворачиваюсь в воздухе, словно акробат. Но, по моим ощущениям, это и не воздух вовсе, а какая-то оболочка, похожая на фаербол, но только с тёплой приятной водой. Ничего непонятно, но очень интересно.
Может, я в капсуле для флоптинга? И настолько расслабился тут, что и вовсе обо всем забыл? Ну нет, на меня не похоже, чтобы я мог согласиться на подобный отдых. Кровопролитные битвы — да! Принимать перорально фонтаны пива в любимом питейном заведении «Государева служба» — да, это на меня похоже. Но принимать спа-процедуры — увольте!
Свет становится все ярче, слепя глаза.
Чьи-то руки в белых перчатках хватают мою голову. Я слышу запах спирта и резины и чувствую неприятный холод по всему телу. Это что, конец?
Мне решили свернуть башку⁈
Нет, я на такое не подписывался. Я буду сопротивляться. Я сам сотру вас в порошок, сейчас, только сформирую огромный фаербол, и вам несдобровать, ублюдки!
Но руки меня не слушаются, и в голове вместо четкого намерения, рождающего огненные шары… какая-то манная каша… А в лёгких какая-то вязкая жижа, похожая на кисель.
От этих мыслей дико захотелось манной кашки, да с кисельком, прям как в детстве.
А руки тем временем уверенно переключаются с головы на мое тело. Хотя бы голову оставили на месте, и на том спасибо.
Глаза постепенно привыкают к яркому свету, и я начинаю рассеянно видеть две размытые фигуры, похожие на падших ангелов или же на сумрачных демонов. Черт их разберёт! Их способна точно определить только судебная ангело-демоническая экспертиза.
Дьяболо!
Да кто вы такие, господа? И куда меня тянете⁈
Я протестую! Я уважаемый адвокат-демонолог! Защитник империи! Уберите от меня свои руки в белых перчатках!
Но вместо всей этой доблестной тирады из меня вырывается только громкий плач, в тот момент, когда меня хлестко шлепают по попе.
Чтооооо?
Да как вы смеете⁈ Вы же в курсе, что незнание законов империи не освобождает от уголовной ответственности!
Это телесное повреждение, статья 1478 Уложения о наказаниях. Держитесь, сволочи! Царское законодательство поставит вас в коленно-локтевое, а лучше это сделаю я сам. Прекратите это немедленно, не то вам всем несдобровать! В искусстве боя мне нет равных!
Сам Люцифер боится вступать со мной врукопашную, после того случая, когда я уничтожил все низшие кланы демонов за их попытку опорочить мое доброе имя.
Но вновь рот издал какие-то странные звуки: агу-агу-агу! Тьфу ты, какой позор!
Отчего-то я вижу все в сильно размытом виде. Как будто кто-то включил blur-режим перед моими глазами. Да ещё и черно-белых тонах, словно смотрю телевизор.
И только сейчас замечаю, что я абсолютно нагой.
Но тут другая находка бьет по голове, словно обухом. Я что, младенец? Мать вашу за ногу! Что за чертовщина⁈
Оглядываюсь по сторонам, насколько позволяет мой неширокий угол зрения. Башка вообще не крутится, будто приклеилась моментом к этой резиновой руке-перчатке. Но этого хватает, чтобы на мгновение сфокусировать зрение и углядеть, что это никакие не господа, а самые настоящие дамы.
— Поздравляю, у вас мальчик! — радостно произносит добрая пухлая женщина в белом халате, похожая на официантку таверны. Она с такими же пухлыми формами, некоторые из которых, если заглянуть в вырез её халата, я нахожу крайне привлекательными, даже не беря в расчет, что вижу я совсем не жу-жу. Но память и воображение дорисовывают недостающую картину, от которой я блаженно замираю.
— Мне кажется, он улыбается, — говорит эта милейшая дама. — Первый раз за 10 лет работы вижу улыбку у новорождённых. Надо же, какой у вас смышленый малыш!
Я с диким ужасом понимаю, что она говорит про меня. Приехали! Самое дикое предположение подтвердилось. Я оказался каким-то образом в теле ребёнка. Несмышленого бессильного младенца! А судя по тому, что здесь пахнет омерзительно-стерильно, а не хмелем с солодом, и женщина держит меня вместо подноса с пивными кружками, я понимаю — это акушерка. А я только что появился на свет! Твою ж мать!
— Иди к мамочке, малыш!
Будто услышав мое ругательство, но поняв его превратно, акушерка передает меня на руки девушке с раскрасневшимся лицом в капельках пота. Та тоже в халате, вот только легком, больничном в какой-то странный цветочек. Никогда не видел таких цветов в природе. Девушка приоткрывает вырез в своем халатике и прикладывает меня к своей горячей груди. Инстинктивно я ухватываюсь губами за сосок и принимаюсь вытягивать из него живительное молочко, но оно никак не идет. Я сосу что есть мочи, вкладывая в этот процесс все свои силы. Мёрд! Точнее, дерьмо! Простите за мой французский.
Но с демонами и то бороться было легче.
Надо срочно понять, как я оказался в этом беспомощном положении. Может, это новый вид наказания? Хуже каторги и смертной казни — поместить достопочтенного гражданина в тело грудничка⁈ Хм, не думаю! Существуй такое наказание, я, помнящий все своды законов наизусть, уж точно бы знал об этом.
И вот наконец, когда мои усилия приносят желанные плоды, и мне в рот просачивается первая капля молозива — более вязкая, чем обычное молоко, более сладкая, примерно как вареная сгущенка, и полностью утоляющая голод, память внезапно озаряется яркой белой вспышкой.
ВЖУХ!
Разом вспоминаю момент своего убийства.
Закатывая глаза, я полностью погружаюсь в отрывочные воспоминания последние сутки своей идеальной жизни!
Я сижу в кабинете, обставленном мебелью из дорогого красного дерева, в камине потрескивают дрова, а в руке — кубики льда звенят, ударяясь друг о друга в стакане с дорогим шотландским виски. Книжные шкафы с пола до потолка уставлены книгами в кожаных переплетах и кодексами. А на моем широком рабочем столе разложены свитки древних заклинаний, изучая которые, я определяю тактику и стратегию защиты знатных клиентов о том, как избежать казни за их темные деяния.
Моя консультация стоила дорого, очень дорого, я бы даже сказал, кобыле под хвост, как дорого, но это того стоило.
Ведь я был единственным в своем роде адвокатом-демонологом, самым известным и уважаемым защитником империи. Моими подзащитными выступали аристократы и демоны, которых я успешно отмазывал от всех мыслимых и немыслимых смертных грехов. Включая мои любимые семь: гордыня, жадность, гнев, зависть, похоть, обжорство и леность. Я понимал своих клиентов, потому что и сам был не без греха. Гордыня — двигатель прогресса. Без неё я бы не стал тем, кем являлся.
  
Вспомнив всё это, я попытался высвободиться из материнских объятий, но вместо этого лишь зеваю и проваливаюсь в сон, вновь погружаясь в тот хаос воспоминаний.