Ещё тридцать восемь кошек до сорока
Потом, вымыв голову двадцать четыре раза за ночь и немного избавившись от рокового эффекта, Дария сидела в ванной под душем, рыдала, соображала, когда отрастёт её несчастный русый «хвостик» и думала о том, что раз наружное изменение не помогло, надо поменять что-то внутри.
– Мне ж к этому… к психу, в смысле, к психоаналитику сходить надо! – осенило её.
Она зашла так далеко, что даже сходила на консультацию! Правда, и там ей не сильно повезло… Специалист, к которому она обратилась, был явно повёрнут на зависти клиентов к окружающим и предположил, что все её проблемы именно из-за того, что она завидует своим красивым сёстрам и родителям. Затем он приплёл Фрейда, а потом сделал столь странный вывод, что Даша всерьёз решила, что может, ей и нужна помощь психоаналитика, но вот этому конкретному типу нужна экстренная помощь психиатра, возможно, даже с длительной госпитализацией в соответствующее учреждение, хотя бы для безопасности окружающих.
После этой последней попытки она шла домой под проливным дождём, плакала о загубленной жизни молодой, где у неё есть только родственники да работа и увлеклась этим процессом так, что чуть не врезалась в дерево, споткнувшись обо что-то мягкое и мокрое.
– Правильно! Мало мне, что ни один приличный и хоть сколько-нибудь трезвый мужчина на меня не смотрит, так надо чтобы ещё в ужасе шарахались от разбитой рожи! – сообщила она дереву, пытаясь отцепиться от ствола и не рухнуть на мокрый газон. – Как корова над бомболюком! – охарактеризовала она свою позицию.
Конечности с некотором усилием удалось собрать воедино, потом пришлось ловить зонтик, и только потом Дарья вспомнила, что она на что-то налетела!
– Интересно, а что это было? – практически жизнерадостно уточнила она у дерева. – Не знаешь? Вот и я не знаю! Понимаешь, мне уже всё равно! Личная жизнь пошла ко дну, пуская пузыри, сумка тоже куда-то пошла, ноги по колено мокрые, сама – как из душа, психоаналитик и то псих попался… Интересно, чтобы он сказал, если бы узнал, что я с деревом говорю? – поинтересовалась Дашка и фыркнула, представив реакцию недавнего собеседника. А потом, сфокусировалась на поисках сумки, слетевшей с плеча и плюхнувшейся, судя по звуку, в лужу.
Даша повернулась к сумке и обнаружила около неё какой-то облезлый и чрезвычайно мокрый комок, плотно прижавшийся к сумочному боку, в надежде хоть чуточку защититься от ветра и дождя, благо Дашина сумка была весьма монументальная.
– Эй, ты кто? Ээээ, кыш, то есть иди отсюда, ну, что ты сидишь-то? Это моя сумка! Иди…те отсюда!
Дарья смотрела на четыре глаза, безнадёжно уставившиеся на неё из-за сумки и медленно, но верно осознавала, что, во-первых, это даже не один котёнок, а два. Два плотно прижавшихся друг к другу котёнка, которые изо всех сил пытались сохранить хоть какие-то крохи тепла. А во-вторых, что, хотя никто не может помешать ей забрать сумку, уйти не оборачиваясь и дальше спокойно продолжить убиваться над судьбинушкой своей печальной, сделать она это попросту не может!
– Я сошла с ума? – уточнила она сама у себя. – Ну, куда мне их? У меня работа, родители-сёстры-племянники, в отпуск опять же не поедешь… Потом… они же мне раздерут диван, кресла, занавески, ещё, небось, и запах будет!
Она потихоньку подцепила кончиками пальцев ремень сумки и потянула её к себе, убеждая себя в том, что всех спасти невозможно, и вообще, ей собаки больше нравятся!
– Я лучше собачку из приюта возьму. Потом когда-нибудь… Они верные, они встречают хозяина у двери, а кошки – сами по себе. Ну, куда мне такие самипосебешки, да целых две штуки? Не-не, это мне не надо!
Даша тянула сумку, сумочное донышко рассекало водную гладь мелкой лужи, а за ним тянулись два мокрых кошачьих детёныша, которые оказались посреди аллеи просто потому, что силы закончились и идти дальше было совершенно невозможно. Почему-то чёрный бок сумки казался более тёплым, чем всё, что их окружало, вот они и пытались хоть немножечко ещё побыть рядом с ним.
– Да ёлки-палки! – Дашка смотрела на дрожащие тонкие лапы, переступающие за её сумкой, и медленно, но верно и обреченно осознавала – никуда она без ЭТОГО не уйдёт.
Попросту не получится у неё уйти самой собой – какая-то её важная часть останется тут и никогда уже к ней не вернётся! А без этой части, Дашка будет уже какая-то другая, не очень-то приятная даже для себя!
– Правильно! А я-то всё думала, что всё плохо! Ха! Плохо! Вот, пожалуйста, нате вам ещё хуже! – бормотала она, устраивая за пазухой, в тёплой курточной глубине двух мокрых, хоть выжимай, котят. – Мало того, что некрасивая, незаметная, никогда замуж не выйду, так ещё и это!
Оба экземпляра «ЭТОГО» сидели тихо, как мыши! Даже, кажется, не очень-то дышали и Дашке приходилось их регулярно проверять.
– Оооо! Я ж забыла! Что сейчас мне родители скажут и сестрицы… Ой, вот будет!
Тут она была права абсолютно и полностью! Это «ой, что» вполне было…
– Даш, чего ты трубку не берёшь? Утопла под дождём что ли? – позвонила сестра Аня. – Слуууушай, мы тут с мужем хотим на выходных по магазинам прошвырнуться, так я к тебе завтра Верусю с утра закину!
– Я не могу! Я котят подобрала, завтра в ветеринарку еду, – Даша выкупала котят и теперь кормила их курятиной.
– Че-го ты сделала? – опешила Аня. – Ко-го подобрала? Ты что, с ума сошла? Какие котята? Я тебе племянницу везу, а ты…
– Я не могу! Извини… И говорить тоже не могу! – Дашка сбросила звонок, потому что один из котят едва не упал с дивана.
Аня названивала долго, но Дашке было не до неё – пришлось срочно соображать, что приспособить в качестве кошачьего туалета.
Потом позвонила Татьяна. – Дашк… наша сестра мне сейчас какую-то глупость сказала… Что ты котят подобрала!
– Почему глупость? – пропыхтела Дарья, вылавливая из миски с тёплым бульоном урчащего от возбуждения котёнка и вытирая ему лапы.
– Да потому, что у моего Валерика аллергия на кошек! – торжествующе заявила ей Таня.
– И что?
– Как что! Ты же не могла завести кошку, если у твоего племянника аллергия! И вообще, я его завтра тебе привезу, так что не морочь голову!
– Извини, но котят я действительно подобрала, и завтра еду к ветеринару, так что Валерика везти не надо!
– Но я уже договорилась… мы с мужем в боулинг идём!
Дашка сидела на полу, держала более слабенького котёнка на руках, второй прыгал вокруг миски, пытаясь туда нырнуть, смартфон у уха верещал что-то требовательно-возмущенное, из которого ухо вылавливало отдельные перлы типа: «Никому не нужная старая дева с сорока кошками», «Заучка», «Карьеристка» – Татьяна всегда была самая несдержанная из трёх сестёр.
– Знаешь… мне до сорока ещё осталось тридцать восемь кошек, так что есть куда расти. И да, впредь, пожалуйста, спрашивай заранее, можно ли привезти ко мне племянника, а ещё лучше, занимайся им сама! Тебя ребёнок почти не видит, ты его с садика забираешь поздно, а на выходных ко мне привозишь! Да куда уж мне разбираться в воспитании детей? Ага… Ты права, своих нет, может, и не будет, зато с вашими общаюсь чаще, чем вы с Аней! Аллергия? Тем более, есть причина не привозить! Кошек, которых подобрала, выкинуть? – Дарья покосилась на котят. Они уже оба переползли ей на руки, и теперь сытые, чистые и согревшиеся, сонно моргали, как два совёнка.
Она-то собиралась отвезти их в клинику, чтобы там посмотрели, как они себя чувствуют, и кто они, коты или кошечки, а потом дать объявление «в добрые руки». Но последние полчаса кардинально изменили её позицию. – Да счассссс! Прямо бегу и падаю!
Даша смотрела на два мягких комка на руках и думала:
– А что? Да, заучка, карьеристка, серая мышь, первый блин комом… И что? Им-то всё равно! Ну, вообще всё равно, какая я! Диваны? Чехлы куплю! Занавески? Да у меня их куча, порвут – новые повешу, всё движуха! Отпуск? Я всё равно копаюсь у бабули на даче! Племянники? А у них родители есть! Что там ещё было? Собаку хотела? А кто мне потом помешает собаку взять? И вообще, у меня кто-нибудь когда-нибудь спрашивал, чего я сама-то хочу? А? Нет? Ладно же! Я сама у себя спрошу, раз больше никто не торопится! Чего ты Дашенька желаешь, а? Ну, из реальных к выполнению вещей? А желаю я свою собственную жизнь!