Милая Шарлотта (СИ)
Жизель улыбнулась:
- Этот замок действительно серый - я пойду против истины, если изображу его коричневым.
Шарль, поднявшись, тоже посмотрел на вышивку: это тот самый замок, который Филипп называл охотничьим и куда не желал его вести. Он смотрел на намеченные нитками очертания замка и уже понял, где герцог прячет Ирен. И молился про себя, чтобы об этом не догадалась Шарлотта.
Но он ее недооценил.
- Так эта вышивка запечатлела реальные окрестности замка? - она, закусив губу, смотрела на рисунок.
- Да, - подтвердила Жизель, - это охотничий замок, его построил дед Филиппа. До него около одного лье.
Шарлотта тотчас отложила вышивку и поднялась на ноги, беря Жизель за руки:
- Милая, - заговорила она, - вы же хотели до обеда успеть еще показать мне окрестности? Быть может, прямо сейчас отправимся на прогулку? Право, мне очень хочется подышать воздухом!
Глава 48. ЗЫБКОЕ ПЕРЕМИРИЕ
Жизель согласилась ехать в Охотничий замок, но весьма неохотно. Настроение ее портилось с каждой минутой. Шарлотте даже показалось, что подруга догадывалась, кого они там найдут, но отступать было поздно.
Де Руан с ними не поехал. С одной стороны, Шарлотта была рада, потому что находиться с ним рядом было для нее слишком тяжело, но с другой - что, если он тоже догадался, что Ирен прячется в этом замке? Вдруг он попытается им помешать? Потому она торопила коня, как могла.
До замка добрались за час с небольшим. У Шарлотты не было особенно времени рассматривать его, но она отметила, что замок действительно из серого камня - очень простой, с минимумом украшений. Это было одноэтажное строение, больше похожее даже не на замок, а на жилище богатого купца или мещанина. Встречать их не вышли, а Жизель сразу пояснила, что слуг в этом замке не держат по той причине, что навещают его крайне редко.
Однако для жизни его комнаты вполне пригодны после небольшой уборки.
- Шарлотта, Бога ради, объясните мне, зачем мы сюда приехали? - остановив лошадь вслед за ней, спросила Жизель. - Я уже начинаю беспокоиться…
Юная баронесса не была уверена в правильности того, что делает. Но и держать это в себе, позволять герцогу и дальше издеваться над женой тоже не могла. Разумеется, герцогиня будет страдать, но она, ее подруга, будет рядом и поддержит, не даст окончательно впасть в уныние. А еще Шарлотта решила, что при первой же возможности напишет де Тресси в Седан и велит ему немедленно ехать сюда. Они с герцогиней поговорят, и, возможно, поймут друг друга.
Вот только внутри Охотничий замок выглядел все же заброшенным - определенно здесь никого не было. Наверняка, этот негодный человек, де Руан, успел добраться сюда первым и увез Ирен!
Злясь, Шарлотта вихрем пронеслась по холлу, гостиной и столовой, пытаясь отыскать хоть какие-то следы пребывания здесь Ирен. Но замок выглядел так, будто здесь много лет никто не жил: мебель была затянута чехлами, пылинки танцевали в лучах света, сочившегося сквозь щели ставен, и даже разглядеть чьи-либо следы на сером каменном полу было невозможно.
- Нужно осмотреть спальные комнаты, они заперты? - волнуясь, спросила Шарлотта.
Герцогиня ей не ответила.
Жизель стояла у стены очень бледная и, не отрываясь, смотрела на один из подсвечников - пустой, но залитый свежим воском. В нем совсем еще недавно, буквально полчаса назад стояла свеча, в этом не может быть сомнений.
- Что вы хотите здесь найти?! - срываясь на крик, спросила у нее герцогиня. - Зачем вы меня сюда привели?
Шарлотта увидела, как по ее щеке скатилась слеза, и в испуге, что она догадалась сама, сделала шаг к подруге:
- Жизель…
- Не подходите! - та попятилась к дверям. - Я уезжаю домой, я не хочу здесь больше находиться!
И тотчас бросилась к выходу. Шарлотта побежала за ней, смутно догадываясь, что все пошло совсем не так, как она рассчитывала. Баронесса путалась в юбках, и с лошадью, которую взяла в герцогской конюшне, у нее отношения не сложились: та артачилась и не желала быть оседланной. Жизель тем временем уже выезжала за ворота, пустив коня рысью, и даже не оглядывалась.
Позже Шарлотта и вовсе потеряла герцогиню из вида: та знала этот лес гораздо лучше и наверняка решила добраться коротким путем. Безумно боясь за нее и почти уверившись, что та сделает что-то неправильное под влиянием эмоций, Шарлотта плакала, ругая себя, и все торопила и торопила лошадь…
Первым, кого увидела Шарлотта, въехав во двор Фонтенуа, был Шарль де Руан. По-видимому, он только что поставил коня в стойла и сейчас сам запирал конюшню. Шарлотта не смогла себе противиться и, едва спешившись, набросилась на него с упреками:
- Отвечайте, это вы были в Охотничьем замке? Это вы увезли ее?! Не смейте лгать мне!
Народа во дворе замка было немного: какая-то крестьянка несла воду на коромысле, еще две девушки выбивали ковер, да несколько ребятишек носились вокруг колодца и визжали.
До них с Шарлем никому не было дела, но Шарлотта все равно запоздало смутилась, понимая, что снова устраивает сцену. Да и Шарль, желая скрыться от посторонних глаз, не очень вежливо взял ее под локоть и увел в закуток у ворот конюшни:
- Я и не собирался лгать вам, - ответил он. - Хотя я действительно не был в Охотничьем замке - герцог сам увез виконтессу, после того, как я рассказал ему о вашей затее. И не ждите от меня раскаяния - я говорил вам, что не позволю вам причинить ей боль! Но вы… как же вы посмели довести ее до слез? Что вы ей сказали?!
Шарлотта не могла выдержать его осуждающего взгляда и жестокого голоса - на глазах ее выступили слезы:
- Я тоже не хотела никому причинять боль. Просто я не могу молчать о таком, Шарль, понимаете? Какая я подруга после этого?
Шарль теперь, кажется, жалел о своем упреке:
- Шарлотта, только не плачьте… Вы меньше всех в чем-либо виноваты.
Он, поискав по карманам, извлек носовой платок и неловко попытался утереть ей слезы. Шарлотта не противилась. Она как будто забыла, как это - сопротивляться, потому что тонула в нежности, которой лучились теперь серые глаза Шарля.
- Где сейчас герцогиня? - спросила она.
- Она сказала, что будет в своих комнатах. Филипп только что вернулся, и я отправил его к ней - даст Бог, они разберутся и без нашего вмешательства. Я уверен, у них все будет хорошо.
Невольно поддавшись ему, Шарлотта кивнула:
- Может быть, вы и правы… Должно быть, герцог и правда любит ее.
- Безумно любит.
Шарлотта не сразу поняла, что они говорят шепотом, стоя непозволительно близко друг к другу, а Шарль перебирает пальцами ее волосы и улыбается.
Она как будто очнулась и отступила на шаг:
- Чему вы улыбаетесь? - она взяла из его рук платок и вытерла остатки слез. - Я и так знаю, что ужасно некрасивая, когда плачу.
- Вы всегда красивы. А улыбаюсь я потому, что… глупо, но я подумал, что за последние сутки мы с вами разговаривали чаще и я узнал вас лучше, чем за все время, предшествующее нашей помолвке.
Шарлотта не успела ответить, потому что внимание ее вдруг привлек конский топот, доносящийся из-за ворот: кто-то торопил лошадь так, будто за ним гнались черти. Шарль, насторожившись тоже, направился на звук, Шарлотта, не отпуская его руки - следом.
У нее было очень плохое предчувствие: редко люди так торопятся, чтобы принести благие вести.
Не успели они с Шарлем и добраться до ворот, когда во двор замка буквально ворвался конь гнедой масти. Но больше всего Шарлотту удивило и испугало, что в седле находилась Жоржетта де Руан.
Глава 49. ИЗМЕННИКИ
Жоржетта нанесла визит мсье Госкару только спустя три дня после отъезда мужа. Она долго не могла решиться и в какой-то момент даже убедила себя вовсе не делать этого, но узнала вдруг, что сутки назад мадам де Виньи отбыла из Парижа. Да не куда-то, а в замок Седан, что в нескольких часах езды от Фонтенуа.