Порочная слабость (СИ)

– Простите, – повторила я уже более уверенно.
– Прости, – произнес мужчина.
– Вы извиняетесь? – очевидно, я тронулась умом, если слышу извинения Заверина в свой адрес.
– Нет! – мотнул головой Зверь и уже ненавистным, надменным и властным тоном проговорил. – Завязывай мне выкать! Задолбало!
Я моргнула раз, второй. Мои ладони непроизвольно сжались в кулаки, вновь сгребая ткань мужского свитера. Но крепкие пальцы обхватили мои руки, фиксируя в одном положении. А потом и вовсе распластали по твердому прессу, пусть и поверх одежды.
– Успокоилась? – осведомился Алексей Сергеевич.
Я промолчала. Смотрела на мужчину, ожидая его действий и, в то же время, изучая комнату, в которой оказалась.
Заверин притащил меня за ту самую дверь, которую мне запрещалось открывать. Он всегда была закрыта. А сейчас хозяин собственной персоной впустил меня сюда.
Комната была… крошечной. Это удивляло и дезориентировало.
Кладовка? Зачем вообще нужны такие помещения в просторных апартаментах влиятельного воротилы? Он здесь пытает своих врагов степлером?
Судя по минимальной обстановке, так и было.
Небольшой столик в углу и потрепанный кожаный диван у стены.
На полу – разложены бумаги по аккуратным стопкам. На столике – тарелка с бутербродом и литровая кружка с надписью алыми буквами «Я здесь босс». Странное сочетание, если уж откровенно.
Нет, не бутер и кружка. А ее наличие на территории Заверина. Да и комнатка была странноватой. Без единого окна, с минимальным количеством света.
– Это пыточная? – брякнула я прежде, чем подумала.
– Почти, – усмехнулся Алексей Сергеевич.
А все мое внимание уже всецело принадлежало нетронутому бутерброду. Какой же он аппетитный, красивый, соблазнительный!
Заверин развернул меня лицом к столику и подтолкнул в спину. Несильно, но вполне ощутимо. Пришлось идти, преодолевать небольшое расстояние, перешагивая через ровные стопки документов. И, оказавшись перед аппетитной прелестью, я принялась есть, не обращая внимания на зрителя. А потом и вовсе вскарабкалась на диван и перетащила тарелку на колени.
Бутерброд не только выглядел красиво, но и был удивительно вкусным. И раз уж Заверин все равно меня грохнет, я решила наглеть и дальше.
Перехватила кружку двумя ладонями и сделала крошечный глоток.
– О, как сладенько, – обрадовалась я.
Мужчина, протянув руку, уперся ладонью в стену и не сводил с меня внимательного взгляда.
– Прости…те, есть хочется жутко! – оправдалась я, старательно переживая пищу.
Наверное, Заверин не разобрал ни единого слова. Поскольку смотрел на меня странным тяжелым взглядом. Вернее, на мой рот, в котором стремительно исчезал ночной перекус злобного Зверя.
– А что, Тошик тебя не кормил? – усмехнулся Алексей Сергеевич.
Я застыла, так и не проглотив пережеванную пищу. Пока не знала, как понимать все слова Заверина, но была твердо убеждена: все это не к добру.
– Послушайте, Алексей Сергеевич, вся ситуация, конечно, странная… – выпалила я, с усилием все же проглотив еду и прикидывая, а не решил ли грозный Зверь возобновить мою попытку по предоставлению ему услуг интимного характера.
– Просто Алексей, – прервал мою пламенную речь мужчина и оттолкнулся от стены. – Ешь, и спать!
– А можно я здесь лягу? – брякнула я, прикинув, что широкий диван, если притащить подушку и одеяло, вполне пригоден для сна.
– Не можно! – грозно возразил Заверин.
– Жаль, я бы даже не храпела, – пробормотала я, шалея от собственной глупости, наглости и бесстрашия. Он ведь раздавит меня сейчас. Прихлопнет, словно назойливую муху.
– Храплю я, – не моргнув и глазом, произнес Зверь, скрестил руки на груди и, смерив меня странным взглядом, жестко проговорил: – Оклемалась? Двигай тогда к себе. Живо!
Меня словно ветром сдуло с дивана, но кружку я все же прихватила, как только Заверин отвлекся на какую-то бумагу в одной из стопок, разложенных на полу.
Украденный трофей приятно грел руки, и уже не было страшно оказаться в просторной гостиной. К слову, окна были вновь плотно закрыты тяжелыми портьерами. И даже была благодарна Заверину за такой широкий жест с его стороны.
 
– Аделина! – рявкнул мужчина, когда я уже закрывала дверь в своей комнате и залпом осушала содержимое кружки. Сладкий и теплый чай с какими-то странными, но очень вкусными травками. Знать бы, что там. Надеюсь, не запрещенные наркотические препараты.
Спустя секунду Заверин уже появился на пороге моей комнаты.
– Кружку верни! – скомандовал мужчина.
– Угу! – согласилась я, но все же, прежде чем вернуть трофей владельцу, до последней капли выпила все ее содержимое.
По глазам мужчины видела, что недоволен. Наверное, опять начнет орать и рассказывать, что я принадлежу ему, следовательно, должна вести себя так, как требует он.
– Вредная девчонка! – выдохнул Заверин и исчез из комнаты.
Я пожала плечом. Бежать следом, чтобы вернуть кружку, я не торопилась. После испытанного стресса я хотела лишь одного – спать.
Что я и сделала, как только доползла до кровати и поставила кружку на тумбочку.
А чай все же очень вкусный.
  
Глава 10
 
Следующим вечером, когда Кирпич должен был благополучно исчезнуть из квартиры, что обычно ознаменовало возвращение Заверина, охранники притащили пару объемных пакетов с логотипом сети бутиков женской одежды.
Разумеется, я была не слишком удивлена подобными покупками моих тюремщиков. Охрана регулярно доставляла шмотки для меня, но в этот раз все было немного иначе.
Вместо привычных мне джинсов, футболок и свитеров в пакете я отыскала пару туфель на огромном каблуке и черное вечернее платье.
– Это прикол? – хмыкнула я, взглянув на Кирпича недоверчиво.
– Шеф велел везти тебя на ужин в ресторан, – пожал плечом Слава и бросил взгляд на часы. – У тебя сорок минут. Не успеешь – отвезу в том виде, в котором ты окажешься.
– Тоже мне шантажист! – фыркнула я, прикидывая в уме, послушаться ли Кирпича или устроить показательные выступления.
Но сидеть взаперти мне жутко надоело. И хотелось развеяться, отвлечься настолько сильно, что не пугали даже шпильки.
Кирпич благополучно исчез, закрыв за собой дверь. А я торопливо помчалась в ванную.
Вымыть волосы, просушить их, собрать в небрежную косу и нанести блеск на губы – всего полчаса. А вот дальше задача оказалась куда более сложной.
Платье я надела самостоятельно. С легким страхом, переходящим в ужас, обула туфли, которые оказались удивительно удобными. А вот с застежками на спине было сложнее.
Само платье плотно обхватывало бедра, а дальше ткань спускалась до самых лодыжек. Но был разрез, позволяющий свободно передвигаться.
Одно плечо полностью открыто, а второе затянуто в мягкую ткань до запястья. И все это великолепие закрывалось на спине множеством мелких застежек. Боже, кто нынче вообще ими пользуется? Разве молнии недостаточно?
И вот тут я поняла, что без помощи не обойтись. Кирпич казался славным кандидатом в помощники. И я была уверена, что если охранник не прибьет меня сразу, то однозначно окажет содействие. Не идти же мне вот так, с обнаженной спиной?
– Славик! У меня проблемка! – выкрикнула я, распахнув дверь своей темницы.
Без лишних слов, перекинула косу через плечо и повернулась спиной, мол, ты – умный мужик, сам догадайся.
Кирпич приблизился почти бесшумно. А главное, что удивительно, не ворчал и не ругался.
Едва ощутимые прикосновения мужских пальцев к обнаженной спине заставили вздрогнуть.
Что за черт?! Так и хотелось выкрикнуть, повернувшись к охраннику лицом. Но я сдержалась, напряженно прислушиваясь к реакции собственного тела.
Охренеть просто! И почему я раньше не замечала, насколько обжигающие и ловкие пальцы у моего молчаливого телохранителя?
Более того, каждое прикосновение к моей коже находило отклик: внизу живота зарождалось странное тепло, а дыхание сбилось.