Сказания Калиарда. Эпат первый. Сероглазый (СИ)
— Зверя выпустим в лесу Стартаней на третий день Эштар, там, где Ирама делает широкую дугу. Зверям никак не перебраться через бурный поток. Места много, так что ловля на равных выходит. Мои гончие прошли по дуге реки — следов высокоуровневых тварей и прочего дикого зверья нет. Но, выставить перед охотой один-два кахона в схроны на всякий случай не помешает. Мои люди уже подготовили на возвышенностях места с хорошим обзором. С карсан-таром мы обсудим отдельно расстановку. — Закончив говорить Баррит вопросительно уставился на Рана.
— Да, почтенный Баррит, сразу после расхода вечернего дозора обсудим.
Катор сделал большой глоток красного асмартинского вина:
— Что будут за звери? Как всегда аскарские туры?
— Туры уже всем порядком приелись! Да и не дают они такого азарта! Не будоражат кровь и не заставляют сердце опуститься от страха в пятки! В этот раз нашли уникальную добычу, мой катор! Целых два белых схиаба! Купили хонап назад на базаре Лагрулда у старого урдонтца! — Баррит гордо выпятил грудь и замер, наслаждаясь эффектом от своих слов.
До порядком уставшего и измотанного совета соборов начал доходить смысл сказанного. Все оживились.
— Схиаб! Я не ослышался?! У нас в Аскаре уже целый хонап находиться схиаб, а я ничего не знаю? Не может быть? Как ты их достал? Не поверю, пока сам не увижу! — изрядно помятый и даже слегка похудевший тафартий Салак Прам, еще толком не успевший оправиться после своего чудесного спасения у Первого Пояса, подскочил со своего места, как ужаленный шмерхом. Уперевшись своими пухлыми холеными ручками в край стола, он ошарашено выкатил глаза и уставился на силута, пытаясь понять, насколько его слова могут быть правдой.
— Два схиаба! Два! Почтенный Салак Прам! — Баррит не мог себе отказать в удовольствии наблюдать реакцию окружающих и прямо в физиономию достопочтенного тафартия показывал два пальца. — Как я уже сказал, купили еще хонап назад на базаре Лагрулда! И хочу Вам сказать, почтеннейшие соборы, схиабы достойны празднества Эштар! Два великолепных самца в самом расцвете сил! Свирепые зверюги! Даже у меня ноги трясутся лишь при одном их виде! Они несомненно станут украшением охоты, а о убившем схиаба в Калиарде будут еще не одну эру складывать хвалебные эпаты!
— Речь идет о тех самых схиабах? Я не ослышалась? — вопрос задала единственная из всех присутствующих женщина. Довольно красива для своих лет. Одета в изысканный темно-зеленый костюм, скроенный на мужской манер. Достаточно хорошо сшит, чтобы подчеркнуть привлекательны е формы, но при этом, не выходящий за рамки позволенного. Элистара — доверенная рука катора Аскара. Собор Тайн. На ней и ее подопечных, коих к тому же насчитывалось не малое количество, висела и висит ответственная ноша налаживания контактов с десятками разумных рас Калиарда. Именно ее предки заключали первые мирные соглашения после Первой Видовой Войны многие тысяч эр назад и Элистара всеми силами старалась преумножить наследие проделанной работы.
— Позвольте мне, почтенный Баррит, — Салак Прам выровнялся и быстрым нетерпеливым движением пригладил длинные редкие усы, восприняв вопрос Элистары, как тему, требующую его незамедлительных пояснений.
— Салак, только покороче. У нас нет времени на твои обширные лектории. Хотя, я думаю, всем присутствующим будет любопытно тебя послушать и расширить свои познания. Хоть и довольно специфические. — Махнул рукой катор, позволяя тафартию взять слово. Уставшим соборам необходимо было дать небольшую паузу и хоть на небольшое мгновение переключить мысли с текущих забот.
— Да, мой катор. — Салак Прам сделал легкий поклон головой в сторону Эстар ор Тала.
— Схиабы или shkialabi ditani, как их называют просветленные умы, это дикие полуразумные животные, поедающие в основном траву и кору молодых деревьев. Но, не брезгуют они и свежим мясом, если подворачивается такая возможность. По размерам схиабы вырастают намного выше и больше любого из известных мне видов диких туров. Но, имеют более грациозные формы. Сродни нашим лошадям. С длинной, я бы сказал, изящной мускулистой шеей и вытянутой пропорциональной головой. У них широкая грудь и узкий круп. Четыре пары лап заканчиваются растроенным копытом, что позволяет им иметь намного более лучшее сцепление с любой поверхностью, чем любой другой известный мне вид травоядных. Кроме воды, конечно. По крайней мере, о таких навыках схиабов мне ничего не известно. От наших лошадей они отличаются сразу несколькими характерными чертами: у взрослых самцов к трем годам вырастают большие рога. Скажу я вам, почтенные Соборы, что рога эти растут по очень причудливой форме: сначала немного вверх, а потом плавным изгибом закругляются вперед и к трем годам выступают на добрых двадцать пальцев впереди морды. Очень интересное — это шкура и ее цвет. В молодости серого или бурого цвета. Но, уже к трем годам она становиться ослепительно белой, словно только выпавший снег. На голове и шее у схиабов отрастает длинная красная грива. При этом грива очень жесткая! Просветленные ведают, что шерсть схиабов настолько прочная, что может оставить глубокие отметины на щите неосторожного воина, даже если он изготовлен из прочнейшей стали!
К тем же трем годам у самцов ноги меняют окрас на ярко красный цвет с затейливым узором. Но, самое удивительное — это крепость костей и связок! Если грива только может поцарапать щит, то рогами схиаб пробьет самый крепкий доспех. Из их сухожилий делают тетиву для самых дорогих луков. Помимо всего схиабы необычайно быстры и ловки. Наделены чрезвычайным умом, как для зверя. Необычайно мстительны и преданы лишь одному хозяину, если, конечно, этому счастливчику удастся их приручить, прежде, чем ему откусят голову. Есть, правда еще и черные схиабы. Но, этот уникальный и редчайший подвид настолько мало изучен, что я не берусь подтвердить ни один из домыслов, которыми они окружены. Доподлинно известен лишь тот факт, что внутренняя структура их органов отличается от белых схиабов. Как минимум у черного подвида есть две пары легких и два желудка.
Лицо тафтария приняло серьезный вид:
— Мой катор, почтенные Соборы, я не ведаю, как почтенный Баррит заполучил сразу двух схиабов, но охотится на них это полнейшее безумие! Ни я не Вы не представляют, даже малой части той опасности, которую несут эти звери.
Баррит хотел возразить и уже сделал вдох, но Салак Прам поднял руку в жесте, давая понять, что еще не закончил:
— Схиабы быстры, выносливы и умны. Их шкуру сложно пробить даже берилловой сталью. Их рога, как обычный лист протыкают доспехи. Быль или очередной эпат, но о количестве убитых черным схиабом инталлара Дорггвинта во время Песчаной Войны, до сих пор рассказывается на страницах книг Просветленных!
Эстар ор Тал задумчиво почесал бороду и повернулся к силуту:
— Баррит, это правда?
— Возможно, мой катор, но диких схиабов не видели в пределах равнин Лиэльгорна уже добрую сотню эр. Их разводят только урднотцы и то, только при конюшнях инталлара. Поэтому где быль, а где народ додумал уже не понять. К словам почтеннейшего Салак Прама мы всегда относимся с уважением, но есть ли такая уж опасность, почтенные Соборы? В охоте принимают участие добрых полсотни лучших воинов. И среди них будет немало высокоуровневых мантар! Да еще столько же моих гончих будет! И сюда же несколько кахонов охраны. Получаем полторы сотни против одного, пусть даже такого опасного “зверя”! Все мы знаем, — Баррит обвел озорным взглядом присутствующих, — чрезвычайно пылкую страсть почтеннейшего тафтария к редким зверям этого мира! А тут сразу два образчика! Я прав, почтеннейший Салак Прам? — Закончил Баррит по-заговорщицки подмигнув тафтарию.
— Только тебя и не хватает в мою коллекцию, почтеннейший Баррит! — огрызнулся Салак Прам. — Тоже мне недовеликан…, — еле-слышно добавил тафартий.
Барит сжал скулы и положил руку на стальной кнут.
— Что ты там вякнул, мешок с жиром!? Смотри, что бы я тебя вместо схиаба не выпус…
— Баррит! Салак! Еще одно слово и я прикажу вас обоих привязать к вашему дорогому схиабу и мы все вместе с большим любопытством посмотрим, как быстро вы умеете бегать. Сядьте и займитесь делом.