Сказания Калиарда. Эпат первый. Сероглазый (СИ)

Сероглазый на долго уставился на торговца, но тот даже не дрогнул, продолжая спокойно попивать курум — обжигающе-горячий напиток, приготовленный из молока пустынного бизона с добавлением масла, соли и крохотной капельки амаяра. Каждый понимал, что пауза в торге на вес золота. Кто первый заговорит — тот потеряет свои позиции.
Отшельник отщепил одну виноградинку и отправил себе в рот. Затем, вздохнул и полез в походный мешок. Торговец даже ухом не повел, хотя в душе уже довольно потирал лапы.
Из мешка появился небольшой скрученный корень, покрытый тысячами мелких ярко-красных чешуек. Сероглазый взвесил его в руке и достав из наруча кунай, отрезал четверть.
— Зонг, ты знаешь, что это?
— Уру Зонг вел дела с лучшими торговцами, кормчими и тафартиями Калиарда! Конечно, я знаю, что это! — приняв напыщенный вид, важно пробасил торговец.
— Вот и отлично. — кивнул Сероглазый. — Это, — он положил часть драконьего корня на стол, — с лихвой уравновесит стоимость до необходимой. К тому же в свои записи ты добавишь тридцать простейших одноразовых барьеров. Что-то по-типу Отвода Глаз или Невидимой Чаши. — Зонг уже было открыл рот, чтобы разразиться новым потоком возмущений, но Сероглазый остановил его порыв взмахом лапы:
— Я еще не закончил. Помимо барьеров мне нужно тридцать два ездовых бизона. И десять, нет, пожалуй двадцать матр звездной пыли. Возможно, я бы еще не отказался от нескольких бутылей амаяра. Полезная штуковина. — добавил Отшельник, кивнув в сторону списка, который вел торговец.
— Да ты смеешься надо мной!? — Взорвался Зонг праведным негодованием, потрясая перед Отшельником исписанным пергаментом. — Да тут лишь доспехов, оружия, одежды и провизии минимум на две тысячи золотых. Все остальное, названное тобой, стоит еще, — торговец ненадолго задумался подсчитывая цену, — пятнадцать с половиной тысяч. Без учета стоимости звездной пыли, разумеется, — спешно добавил он. — А ты мне предлагаешь, какой-то кусок старого корня, который, даже в самые плохие времена стоит не дороже пятиста монет. Такой поворот я обсуждать не намерен. — Закончил Зонг. Раздраженно махнув пухлой рукой, он потянулся за чашей с курумом.
— Джара-Уту, если мне не изменяет память, — я просил привести вашего лучшего торговца. — повернувшись к советнику, обижено сказал Сероглазый, состроив недовольную мину.
— Я и есть лучший! — Взорвался Зонг, а его глаза сверкнули неподдельным огнем уязвленного самолюбия. — Я известен от лучших залов Лагрулда до последней жалкой лачуги в самой заднице Пустошей!
— Да? Скажи мне тогда, Зонг, лучший и известнейший из торговцев Калиарда, что ты знаешь о корнях драконьего дерева?
Уру приосанился и добавил в голос отчетливые нотки надменности, будто ему задали глупейший из вопросов на который знает ответ даже последний заларк:
— Драконье дерево или турган кузар, как его называют кентары, растение очень редкое и особенное. Название его не красочный вымысел. Данные древа действительно произрастают лишь из драконьей крови, но только при соблюдении ряда условий: рядом должен находится источник с живой водой. При этом температура почвы должна быть постоянно очень высокой. Никак не ниже восьмидесяти градусов по шкале Просветленного Импира. А это возможно только вблизи действующих вулканов или прямо в логове пламенных, бурых или смеющихся драконов. Удачное совпадение всех условий крайне редкое. Собственно это и обуславливает такой высокий спрос и цену.
В зависимости от того с чьей крови произрастает дерево, — продолжил Зонг, — оно имеет соответствующий окрас. Ярко-красный, как у тебя, коричневый или черный. Самой ценной частью являются плоды и коренья. Их используют для приготовления мощнейших снадобий, эликсиров и отваров. Иногда в маго-механических устройствах. Я слыхал, что некоторые безумцы, даже добавляют его в свои напитки ради прихоти и острых ощущений. К тому же, среди мантар ходит слух, что если употребить достаточное количество драконьего корня или плодов, то можно пробудить в себе так называемое ядро дракона. Но, до сих пор неизвестно ни одного подобного случая. А все пытавшиеся одержать верх над судьбой закончили путь одинаково. — Зонг многозначительно развел руками с торону.
 
— Из ствола же, — продолжил он, — делаются всевозможные оружейные принадлежности на подобии древка для копья, основы для лука, рукояти меча или ножен. Таким изделиям ни страшны ни огонь, ни кислота, ни время. Также я видел некоторые образцы запирающих артефактов. В обработке древесина драконьего дерева чрезвычайно сложна и требует высочайшего уровня мастерства. По пальцам одной руки можно перечесть умельцев, готовых взяться за такую работу. Стоимость одной матр драконьего корня меняется от ста до двухсот золотых. Плоды стоят гораздо дороже — от тысячи золотых за самый малый, размером с обычное яблоко, до нескольких десятков. Древесина ствола и ветви самые дешевые. Их стоимость начинается от десяти золотых.
— Ты прав, Зонг. С твоих слов выходит, что драконьих деревьев всего три вида: пламенное, бурое и смеющееся. Верно? — хитро прищурив глаз, спросил Сероглазый.
— Да так и есть. — Кивнул Зонг, стараясь понять, где подвох и почему Отшельник так дотошно его расспрашивает. Догадка, как молния среди ясного неба, поразила ум торговца. Он, стараясь сдержать предательскую дрожь возбуждения в пальцах, поставил пиалу с курумом на стол.
— Нет-нет. Не может быть. — Зонг отчаянно замотал головой, не отрывая глаз от корня. — Не может быть, — уже шепотом добавил он.
— Может-может, — улыбнулся Сероглазый. — Проверь, если, конечно, осмелишься. — издевательски улыбнулся Сероглазый.
Сглотнув, застрявший в горле ком, Зонг прикоснулся к срезу корня и тут же отдернул руку — его толстую кожу за мгновение прожгло до кости, но еще через миг рана затянулась будто ничего и не было.
— Древо выращенное из крови Ярута. — благоговейно прошептал Зонг. — Я думал это лишь очередной красочный эпат. Но, кто смог ранить Золотоглавого Дракона, чтобы пролить его кровь?
— Десять матр звездной пыли. — спокойно ответил Сероглазый.
— Что десять матр? — Зонг озадачено уставился на собеседника.
— Это стоимость моего ответа на твой вопрос.
— Я согласен! — тут же кивнул торговец.
Джара-Уту, до этого с интересом наблюдавший за перепалкой, длившейся уже четвертый час, несколько раз негромко прохрипел, привлекая внимание Зонга.
— Я выплачу из собственных запасов. Хранилище Матери не потеряет ни единой крупицы. — отмахнулся толстяк не отрывая взгляда от корня. — Ну же, Сероглазый, кто это был!?
— Добавь для начала в список. — ответил Сероглазый, когтем указав на пергамент.
— Да-да. Конечно. — послушно замотал головой Зонг, склонившись над бумагой. — Вот, готово!
— Хорошо. — кивнул Сероглазый, откинувшись на подушки. — Эта битва произошла в Скрытых Горах по ту сторону Первого Океана. — Сероглазый сделал паузу, пригубив из пиалы. — На материке известный нам, как Третий Мир. Одно из завихрений в которое попал Великий Отшельник Быкоголовый перенесло его к подножью неизвестных ему гор. Там то он и наблюдал битву между Ярутом и фениксом, принявшем свою вторую форму. Когда битва закончилась, Быкоголовый, скрытый пологом невидимости, сколько смог собрал кровь Золотоголового и несколько десятков перьев феникса. Следом он отправился исследовать неизведанные земли в поисках пути обратно. Лишь спустя пятьдесят эр ему это удалось. Но, он появился в Джарвас-Мантар лишь на день. Передал записи о тварях и прочей живности Третьего Мира, а также некоторые образцы. Среди них был корень из крови Ярута и несколько перьев феникса. На следующий же день Быкоголовый пропал и более его никто не видел. Сказывают, что он вернулся в те земли. Зачем и почему — лишь Богам известно.
— Ты хочешь сказать, что в Джаврас-Мантар растет древо из крови Золотоголового? — вкрадчиво спросил Зонг.
— У тебя нет столько звездной пыли. — усмехнулся Сероглазый и прежде чем торговец успел задать новый вопрос, он продолжил с издевательской усмешкой: