Сказания Калиарда. Эпат первый. Сероглазый (СИ)

— В Антарнару. И если еще раз меня перебьешь, — сожрешь свое платье вместе с твоими дешевыми бусами. — спокойно повторил Повелитель. — Так вот, для подготовки даю тебе ровно два хонап. И ты не вернешься оттуда, пока не добудешь то, что мне нужно… — Повелитель вынуждено замолк. Голову прострелило жуткой болью, давая понять, что пребывание в Чертогах подходит к концу. С потолка сорвалась огромная люстра и с грохотом разбилась на тысячи осколков, заставив Зилиару испуганно вскрикнуть. Мысленно махнув рукой на боль и подумав, как кстати рухнула, якобы демонстрируя его гнев, люстра, Повелитель продолжил, стараясь уложиться в несколько десятков оставшихся секунд:
— Десять тысяч лет назад из твоего мира, вместе с тобой и твоими братьями, оказывается, переместилось огромное войско во главе с неким Бессмертным и трехглавым Змием. Попав в воды Антарнару они тут же превратились в глыбы льда. Ты должна лучше меня знать, как совладать с Бессмертным, ведь, насколько я припоминаю, ты противостояла ему. Поэтому — это становиться твоей первостепенной задачей. Чтобы отыскать, оживить, заставить подчиниться или договориться, чтобы Бессмертный принял именно нашу сторону (а это главное!), у тебя есть чуть больше четырех эр. Ровно столько нас отделяет от события, которого я ждал десять тысяч эр! И не найдется места, Зилиара, где ты сможешь от меня спрятаться, если ты не выполнишь в срок это задание!
Глубокая трещина с громоподобным треском разделила зал на две неравные половины. Ближайшая колона не выдержала напора и сломалась, словно ножка старого стола, запустив цепную реакцию. С потолка полетели огромные глыбы вперемешку с облицовочными плитами и деревянными балками. Чертоги Разума разрушались, выгоняя хозяина из своей же обители.
— Жду через две недели с планом и предложениями! — сквозь пыль и грохот прокричал Повелитель, успев в последний момент приложить пальцы к виску и сложить мудру Радужной Двери. На место, где он только что стоял, упал внушительный кусок стены, раздробив на миллионы осколков красивейший барельеф с изображением тринадцатиглавого дракона.
***
Даж широко распахнул глаза и пронзительно закричал, все еще ощущая адскую боль. Обнаженные тэреи шарахнулись в стороны, выронив из рук мочалки. Виран моментально выхватил оба кинжала и занял оборонительную стойку.
Даж судорожно ощупал свое тело. Боли как и не было. "Слава Кровавому Господину. Видимо это так сактриум подействовал на организм после переутомления и пережитого стресса.", — облегченно подумал магистр, но тут его рука наткнулась на абсолютно здоровое плечо, а в левом глазу начало стремительно разрастаться пульсирующее вспышками острой боли темное пятно, полностью блокируя свет.
Даж молнией вылетел из ванны, опрокинув поднос с сактриумом и оглянулся по сторонам. Его единственный видящий глаз расширился до предела, наткнувшись на каменный сундук и аккуратные стопки досмура.
— Мой Господин, что произошло? Мы что-то сделали не так? — испуганно пролепетала Миона, опускаясь на колени.
— Может Вам еще вина, Господин? — упав на колени, заискивающе спросила Илана.
— ЗАТКНИТЕСЬ! К демонам вино! — рявкнул магистр, сам испугавшись своего дрожащего от страха голоса. — Виран, ты свободен. Можешь забрать мальчиков. На сегодня я достаточно отдохнул. — быстро взяв себя руки и превозмогая нарастающую боль в голове, магистр отдал распоряжение привычным властным, заносчивым голосом. Более не обращая внимания на зверолюда, он повернулся к тэреям:
— Илана, давай мой халат. А ты, Миона, — он старался оставаться спокойным, но его глаз выражал неистовую злость на грани безумия. Миона слишком хорошо знала этот взгляд. Не желая попасть под горячую руку Господина, она лишь больше вжалась в мокрый пол, стараясь ни одним лишним движением не спровоцировать взрыв, который как минимум обернется тяжелыми увечьями. — Ты, сейчас же отправляйся за Каллистом. И если он не появится до того момента, как я окажусь в кабинете — я вас обоих скормлю биртам по маленькому кусочку!
   
Глава 11
 
Сероглазый легко бежал, перепрыгивая редкие ямы и трещины в земле. Группа мужчин, растянувшись в длинную цепочку во главе с Ибрисом, бряцая и грохоча оружием, старалась не отставать от своего предводителя. Сероглазый оглянулся и довольно ухмыльнулся: хотя пошел всего четвертый день их совместного странствия по Пустошам, гости с Эгейи с удивительной скоростью приспосабливались к новому окружению. Ежедневные утренние пробежки и занятия давались им с трудом, но туземцы, сжав зубы, теперь безропотно подчинялись любому приказу.
Вдалеке показался черный силуэт Камала. Сероглазый поднял руку над головой и махнул вперед, сам тут же ускоряясь и оставляя бегунов далеко позади.
***
Копье в руке и закрепленные на спине щит и меч поверх доспеха из плотной грубой кожи невыносимо мешали движению. Сердце Ибриса поднялось к горлу и вот-вот было готово из него выскочить. Ему казалось, что забег уже длится целую вечность. Но бегуший впереди бижак казалось совсем не ощущал усталости, время от времени то увеличивая скорость бега, то возвращаясь к начальному темпу. Впереди показалась еле различимая черная туша ездового животного и Ибрис глубоко вдохнул, уже понимая, что за этим последует. Бижак махнул рукой и рванул вперед со скоростью ветра. Ибрис на ходу сплюнул и бросился следом, выжимая максимум из горящих огнем ног.
***
Сероглазый мчался вперед не жалея сил на протяжении всей мили. Поравнявшись с Камалом он резко затормозил и громко выдохнул. Затем, не теряя ни секунды драгоценного времени, принялся активно разминаться и восстанавливать немного сбившееся дыхание. Через несколько минут, хрипя, как загнанные лошади, во временный лагерь ворвались Ибрис со своими людьми.
Сероглазый тут же громко рыкнул, беря их в оборот. Ибрис поднял копье над головой и начал приседать, параллельно стараясь не потерять сознание. Некоторые из его товарищей падали, но тут же тяжело поднимались, получив несколько ударов древком и дополнительную порцию приседаний. Следом последовал целый комплекс движений, норовя вырвать из тел туземцев остатки последних сил. Бижак, будто у него было сразу несколько пар глаз, неугомонно поправлял то одного, то другого, изредка угрожающе порыкивая или добавляя несколько палок по хребту для усердия.
После десяти кругов чередующихся отжиманий, прыжков и приседаний Сероглазый неудовлетворенно мотнул головой и поднял руку, останавливая новое упражнение. Туземцы достигли своего предела и уже еле стояли на ногах. Комплекс, который без особого труда делали даже дети луидиан, у гостей с другой планеты вызывал судороги и потерю сознания.
Ибрис в благодарности взмолился по очереди всем богам и уже собирался сесть на землю, но тут же получил по спине болезненный удар древком копья от вездесущего существа. Бижак рыкнул и махнул рукой. Ибрис, лишь покорно кивнув головой, начал медленно ходить и в такт шагов размахивать руками. Бижак снова недовольно покачал головой и рыкнул. Затем с шагом поднял руки над головой с громким вдохом и тут же их опустил, но уже с выдохом и новым шагом. Ибрис кивнул и принялся повторять. На удивление дыхание стало медленно выравниваться, а вместе с ним в желудке проснулся урчащий зверь, срочно требующий чего-нибудь из съестного.
Сероглазый понимающе ухмыльнулся, по себе зная, как хочется побыстрее отправить в топку что-нибудь съедобное после утренней тренировки. Достав из седельных сумок мешки с сушеной кониной и бурузной крупой, он бросил их на землю: "В принципе можно было бы призвать кого-нибудь из разумных существ для приготовления завтрака. Того же Печника или Старуху Умару. Хотя, незачем раньше времени расхолаживать гостей, если они хотят подольше задержаться в этом мире. Пусть сами учатся, как выживать! Неизвестно куда их приведут нити судьбы".
Солнце уже возвышалось над горизонтом ровно на один палец, изредка посылая блеклые лучи сквозь тяжелые тучи. Сероглазый потрепал Камала за ухо и обвел Пустоши взглядом. Насколько хватало глаз, простиралась однообразная черно-коричневая равнина, разбавляемая лишь редкими низкорослыми деревцами, качающимися под резкими порывами холодного ветра.