Возвращение домой (СИ)

— Фейри! Даже не верится, что ты теперь моя! — дурачился он. — Ты знаешь, что должна теперь слушаться меня во всем? — с лихой улыбкой вопросил этот ящер.
— Конечно. — Решила ему подыграть.
— Тогда первое мое распоряжение — долой это платье! Я и так терпел его слишком долго.
— Только не порви. — Смеялась я, уворачиваясь от бесстыжих рук своего лирана. — Оно мне нравится.
  
Кое-как мы добрались до комнаты и чуть не кубарем ввалились внутрь. Платье осталось где-то за порогом, как и часть наряда моего мужа. Первой брачной ночи у нас не было, зато утро удалось на славу.
Спустя оочень длительное время, когда мы с Рейнхардом вышли чего-нибудь поесть, нас ждал крайне неприятный сюрприз — записка от Владиса и Зияны. Они сообщали, что улетели в Мариэстль знакомиться с семьей ольфа. Так что, перекусив бутербродами, я пошла разыскивать Фло, просить найти мне другую помощницу, потому как сама я к ведению хозяйства совершенно непригодна.
Время летело быстро. Мой муж все свободное время занимался строительством нового дома для нас. Он выбрал чудесное место — немного в отдалении от Муравейника нашел небольшой холм в окружении раскидистых деревьев, вот его-то Рейн и решил застроить. К процессу строительства меня не допустили, но масштабы оно имело грандиозные. Об этом я могу судить по количеству нанятых рабочих и привозимых ежедневно подвод камня и прочих строительных материалов. Летая в свободное время, я не жульничала и не подглядывала, не желая портить самой себе сюрприз.
Сама же в это время продолжала заниматься своими делами. Договорилась с ралионом Руинмалренелем — отцом Рейнхарда о прохождении практики моих травников в его чудесном саду, где были собраны редчайшие растения и травы со всего света. Предоставить доступ к саду всем желающим лиран пока был не готов, но первый шаг, допустив туда учеников, уже сделал.
Лиза жила в Муравейнике вместе со своей новой семьей — ралион Гринзор с женой все же приняли девочку в стаю. Они быстро нашли общий язык, лирана Лизы росла не по дням, а по часам, крепла. В общем, развивалась, как ей и положено. Шад с помощью Рейнхарда тоже стал активно расти и развиваться. Никто уже не признал бы в этом юноше вчерашнего мальчишку. Он стал гораздо увереннее в себе, но оставался все таким же ласковым и нежным по отношению ко мне. Иногда только, глядя на мой растущий живот, во взгляде мальчика мелькала тревога. Тогда я обнимала его крепко-крепко и говорила, что люблю. И буду любить всегда, ничуть не меньше, чем сейчас.
Наконец, в начале хлеборода Рейнхард торжественно объявил о завершении строительства. Ездить верхом мне было запрещено уже несколько десятин как. Причем не Сверленом, а моим неугомонным зеленоглазым ящером, который, видели те, лучше целителя знает, что для меня опасно, а что нет. Так что смотреть новый дом мы поехали в повозке. Расположив меня со всеми удобствами, обложив горой подушек, еще и придерживая, Рейнхард скомандовал трогать с места. Окошки в повозке муж зашторил, не позволяя мне подсматривать раньше времени, а после остановки еще и завязал глаза. Когда я осторожно вышла, Рейнхард встал мне за спину, обнимая, и снял повязку с глаз. Проморгавшись, я остолбенела.
— Рейнхард, это перебор! Ну зачем нам такой огромный замок?
— Это не замок, — щелкнул меня по носу лиран. — Это дворец для моей королевы!
— Вот как знала, что не стоит тебе рассказывать земные сказки! — притворно возмутилась я. — Я же там потеряюсь.
— Только вместе, Фейри. — Крепко прижал меня к себе Рейнхард. — Если теряться, то только вдвоем.
— Ладно, — наигранно вздохнула я. — Чего уж там. Пошли смотреть наш новый домишко.
— Как там положено? — рассмеялся зеленоглазый ящер, подхватывая меня на руки. — Жену нужно переносить через порог.
— Ты поаккуратнее! — пригрозила я ему. — Наследника не вытряси раньше времени!
В последнее время я собой представляла приличных размеров колобок. Лираны вынашивают детенышей около тридцати десятин, на пару-тройку десятин дольше, чем люди. Рождение нашего первенца ожидается примерно в конце хлеборода, а сейчас только начало этого периода, но я чувствую себя проглотившей огромный гимнастический мяч. Нет, серьезно! Вы можете смеяться, но таких круглых беременных просто не бывает! Рейнхард не устает подшучивать надо мной по этому поводу, но так ласково и по-доброму, что даже не каждый раз хочется его за это стукнуть.
Максимально бережно и аккуратно пронеся меня по мосту через ров, да-да ров! Не удивлюсь, если он туда каких-нибудь хищных водоплавающих запустил, чтобы больше соответствовало моим рассказам о земных замках. Так вот, миновав мост, мы оказались в просторном дворе, частично выложенном камнем. Остальное пространство было засажено разноцветными травами и цветами. Красота неописуемая! А аромат какой! Я с наслаждением потянула носом. Рейнхард, не останавливаясь, шел дальше. Наконец он приблизился ко входу в огромный замок со множеством башенок и балкончиков. К строительству и даже проектированию нашего нового жилища я допущена не была. Так что теперь с интересом осматривалась. Существенным отличием от земных замков было наличие больших окон, а не узеньких бойниц. Все же это прежде всего дом, а не боевая крепость.
Высокие двустворчатые двери оказались гостеприимно распахнуты. Внутри лиран опустил меня на пол. Поправив платье, я с любопытством осматривалась. Неподалеку от входа меня ждал сюрприз.
— Зияна!
— Фейроника!
С одновременными радостными криками мы бросились друг к другу. Обняться было крайне затруднительно из-за моего необъятного живота. Но это вызвало лишь еще больший приступ смеха и радости и у нас, и у окружающих, наблюдающих за нами со стороны.
— А мне достанется хоть малюсенькое приветствие? — вклинился в наши танцы Владис.
— Владис, как я рада тебя видеть! — искренне воскликнула я, целуя друга в щеку. — Вас так долго не было! Как все прошло?
— Замечательно! — Зияна вытянула левую руку, на которой красовался тонкой работы изящный браслет. Парный ему я заметила на левой руке Владиса.
— Я вас поздравляю! — искренне порадовалась я за друзей. — Вы же не против отпраздновать это в Муравейнике?
— Не стоит. — Смутилась Зияна. — В Мариэстле это не принято.
— Вы теперь будете жить в Мариэстле? — расстроилась я.
— Вообще-то, мы планировали остаться в Муравейнике, — вклинился Владис. — Еще столько работы предстоит.
— Ура! — не сдержалась я. И обнимашки пошли на второй круг. — Мне вас жутко не хватало!
Когда радость от встречи немного улеглась, а замок был осмотрен, пусть пока и поверхностно, мы с Зияной расположились, по привычке, на кухне. За чашечкой взвара. И пусть хозяйничала на кухне Трамара, все равно все было как раньше.
— Родители Владиса погибли, — скорбно сообщила Зияна.
— Что случилось? Оба? — расстроилась я.
— Да. На островах есть такие горы, которые иногда горят. И не просто горят, а еще и выбрасывают этот огонь вверх. Тогда страдают все поселения поблизости. Шейн Ранготт помогал спастись местным жителям и сам стал жертвой огня. А его мама не смогла жить без мужа.
Помните, я рассказывала о погребальных традициях разных существ и лишь об ольфах рассказать не смогла. Владис тогда отмолчался, а больше и спросить-то было некого. Зияна подробно рассказала о том, что узнала сама, так как ей довелось присутствовать на этом траурном мероприятии. Как оказалось, ольфы ищут себе пару не менее тщательно, чем лираны, и это напрямую связано с уходом их души на перерождение. Потомство эти существа могут иметь от любой незащищенной связи и между собой, и с человеком. Думаю, и с трорками та же ситуация. Но вот когда ольф погибает, его тело приносят в храм Рехтера. Брак благословляет Эллуриана, а вот после смерти обращаются к Верховному Богу. Храм Рехтера устроен не так, как прочие. Там нет алтаря и молитвенных лавок. Он поделен на множество небольших помещений. В одно из таких и заносят тело. Вдова или вдовец умершего следуют за ним. Только она или он. Дети, друзья и прочие желающие могут попрощаться ранее, до входа в храм. Причем прощаются сразу с обоими.