Возвращение домой (СИ)
Силвеш вернулся примерно через четверть часа с Ведой. Девочка явно была очень напугана. Озиралась по сторонам, руки дрожат, все заплакана. Увидела меня и снова разревелась.
— Веда, соберись! — прикрикнул на нее Силвеш. — Лире сейчас все равно не помочь.
Ольф опустился на пол возле Крегерха, раскладывая какие-то артефакты. Девочка подошла ближе и коснулась головы лирана.
— Он жив? — не выдержала я.
— Уже почти нет, едва дышит, потерял слишком много крови. — Ответил Силвеш.
Веда же молча водила руками вдоль тела Крегерха, безвольно лежащего на полу. С ее рук лился мягкий золотой ручеек. Он впитывался в Крегерха, но ничего не происходило. Крови набежало уже так много, что одежда и Силвеша и Веды тут же напиталась кровью.
— Переверните его. — Тихо попросила девочка.
Силвеш тут же выполнил эту просьбу. Я зажала рот руками, в ужасе глядя на страшную рану Крегерха. Разве можно выжить после такого? Веда брала какие-то артефакты, раскладывала рядом с лираном, что-то располагала прямо на нем. Девочка работала очень деловито и сдержанно, и вскоре кровь перестала толчками вырываться из тела Крегерха. Но рана-то никуда не делась!
— Я больше ничего не могу сделать. — Расстроенно посмотрела на меня девочка. — Рана слишком большая, мне ее не срастить.
— А если зашить? Ведь ее можно сшить? — с надеждой спросила я.
— Мы так никогда не делали, — засомневалась маленькая целительница. — Ралион всегда сращивал силой.
— Ничего. А сейчас нужно попробовать по-другому, — уговаривала я. — У меня есть швейный набор. В комнате. Силвеш, в сундуке у входа. Скорее!
Ольф метнулся к выходу. Я могла только смотреть. Как же тяжело со стороны смотреть, как твой друг умирает, а ты ничего, совершенно ничего не можешь сделать! Силвеш очень быстро принес шкатулку со швейными принадлежностями. Рехтер, а умеет ли Веда вообще шить? Девочка взяла в руки иголку с уже вставленной нитью, руки ее не дрожали, уже хорошо.
— Ты соедини края сначала руками, — посоветовала я. — А потом сшей осторожно.
Веда совсем неумело сшивала рану Крегерха. Ну и пусть, лишь бы помогло, а красиво или нет — это все пустое. Главное — спасти ему жизнь. Я металась по клетке, словно загнанный зверь, разве что грызть прутья не пыталась. Наконец, девочка закончила.
— Зря все, — девочка устало поднялась. — Он сил много потерял вместе с кровью. Не очнется теперь.
— Веда, спасибо тебе. — Нашла в себе силы похвалить целительницу. — Ты умница. Силвеш, спрячь ее где-нибудь, она не должна им попасться. И сам тоже спрячься. Рорск быстро поймет, кто пытался помочь Крегерху, лучше не попадайся ему на глаза.
Ольф сначала перевернул Крегерха обратно, чтобы не было так очевидно, что ему пытались помочь.
— Идем. — Протянул девочке окровавленную руку ольф. Та пошатнулась и Силвешу пришлось взять ее на руки. Веда отдала все силы, стараясь вырвать Крегерха из лап смерти.
Стоило только им выйти, как в комнату ввалился какой-то бугай. Его я еще не видела, но и так понятно — прихвостень папаши. А вот, собственно, и он, вошел следом.
— Так, так, — оглядывая комнату внимательным взглядом, приговаривал папаша. — Как ты тут? Созрела для клятвы? Или нужна помощь? — гаденько ухмыльнулся он.
— Ты хотел мой коготь? — вопросом на вопрос ответила я. — Выпусти меня — и получишь.
— Ишь ты, какая шустрая! — рассмеялся Хербер. — Не торопись, милая, успеешь еще с коготком распрощаться. А может, и не только с коготком. — Он не стал близко подходить к Крегерху, не желая очевидно запачкаться в крови. Но следы возни возле лирана были заметны и так. — И кто же это у нас тут хулиганил? — поинтересовался Рорск, поглядывая на меня. — Не скажешь? И ладно, — махнул он рукой, — сам узнаю. Трарк! — позвал он бугая.
— Да, лир. — Поклонился детина.
— Приведи-ка мне пару детишек, кто первый попадется, того и тащи.
— Как скажете, лир. — Трарк еще раз поклонился и вышел, стараясь не поворачиваться к Херберу спиной.
— Детишки отлично для темных ритуалов годятся. — Поделился со мной этот сумасшедший. — Кровь их безвинная, Фрей принимает такую жертву охотно и силой делится.
В этот момент на улице послышались взволнованные крики, и без того непрекращающийся шум усилился. Рорск выглянул в окно и грязно выругался.
— Так-так, подмога прибыла, — облокотился он о подоконник. — И как же они узнали? — папаша резко обернулся ко мне. — Шкатулки! — хлопнул он себя по лбу. — Вот самоуверенный дурак! Когда же ты успела? Умываться когда бегала! — быстро догадался он. — А знаешь, Силвеш ведь мне так твой артефакт и не сделал, все отговаривался. То одно, то другое. Я уж стал думать, что вранье все, нет никакого артефакта мгновенной связи. А оно вон как? Есть все-таки.
Я же затаила дыхание, боясь поверить, что скоро все закончится. Неужели помощь из Рекфраса? Наконец-то! Только как их предупредить, что Рорску ни по чем заклинания?
Во дворе закипал бой, стали видны вспышки заклинаний, заметно потемнело, солнце закрыли множество крыльев прилетевших лиранов. Херберу ни за что не победить! — злорадно думала я. Из моей тюрьмы плохо было видно, к тому же окно загораживал Рорск. Но все равно стало понятно, что подмога многочисленная. Папаша скрипел зубами в бессильной ярости, сжимал кулаки, но с места не двигался, давая возможность приспешникам принять бой.
Выглядывая из-за плеча Хербера я пыталась высмотреть в прилетевших Рейнхарда. Естественно, его. Сердце колотилось как бешеное, я очень соскучилась по своему лирану! Хоть так его увидеть, пусть мельком. Тем временем, бой во дворе разыгрался нешуточный. Захватчики яростно оборонялись, слышался лязг оружия, лираны не могли позволить себе поливать с неба огнем без разбора, ведь прикрывались негодяи жителями Муравейника.
Хербер Рорск все еще пассивно наблюдал за происходящим. В какой-то момент стало понятно, что лираны теснят захватчиков.
— А не хочет ли дочурка помочь папочке? — повернулся ко мне Хербер. — Trinafo as sodi! — Клетка, замерцав, исчезла. Хербер Рорск стремительно приблизился и тут же схватил меня за шею, прижав к себе.
Решение нашлось моментально. Только для его осуществления мне нужно было отойти подальше от Крегерха. К счастью, именно это было в планах папаши. Он потащил совершенно не сопротивляющуюся меня к выходу. Уже в прихожей я поняла, что пора действовать. Как только мы выйдем, все тайное станет явным, и кто-нибудь может невольно помешать. Так что нужно претворять план в жизнь прямо сейчас. Избавленная от подавляющей магию клетки я с легкостью сменила ипостась, разнеся эту половину дома напрочь. Но меня в данный момент такие мелочи мало волновали. Главное, Крегерха вряд ли завалило, ведь он в другой половине.
Сменив ипостась, тут же, не мешкая схватила быстро сориентировавшегося и успевшего начать сопротивляться Хербера в лапы и сразу же представила те самые высоченные горы, на которых мне довелось побывать по вине Крегерха. Нахлынули знакомые ощущения, только все происходило быстрее привычного. Мир изменился стремительно, призрачный полет давался мне все легче. Не прошло и секунды, как я со своей ношей вынырнула в Груанских горах.
Ослепительно светило солнце, отражаясь от снежных шапок величественных громадин. Не обращая внимания на уколы боевых заклинаний — приветы от извивающегося папаши, я поднималась все выше и выше. В этот миг я вспоминала разговор с лирессой Аргидис о необходимости выбора. Она все верно сказала. Жизнь или смерть. Тьма или свет. Отец или я. Это мое решение, мой выбор. Я не могу допустить новых жертв, не могу дать этому фанатику шанс на спасение, шанс развязать новую войну или убить дорогих мне людей. Да, он дал мне жизнь. Но сколько жизней он забрал! Забрал, наслаждаясь мучениями своих жертв. Из-за него погибла мама!
В общем, решение принято и кроме меня его некому осуществить. Когда я поняла, что подо мной не меньше километра, без сожалений, без душевный метаний и без жалости я разжала лапы.