Репетитор

— Просто это довольно рискованное предприятие, и она так или иначе в нем участвует.
— Что это ты так беспокоишься о Линде? — спросил Скотт и не без удовольствия увидел, что Том покраснел еще сильнее.
Ему также очень нравился его новый тон, одно только звучание было ему приятно. Последняя игра в теннис все изменила. Но он вовсе не собирался злоупотреблять своим новым положением. Они ведь, в конце концов, были братьями.
— За Линду отвечаю я, — продолжил Скотт.
Тон его уже звучал помягче. Румянец смущения или чего-то там еще все не сходил со щек Тома, наоборот, даже становился сильнее. Может быть, он неважно себя чувствовал, как, впрочем, и все на этой неделе. Солнце совсем не появлялось.
— И потом, это дело вовсе не сопряжено с риском.
— Откуда ты знаешь? Риск — дело времени. Всем известно, что короткие продажи являются одними из самых рискованных.
— Я, по-моему, уже все объяснил. Гудукас видел их документы. Об этом не станут писать в газетах.
— Как ты можешь доверять такому человеку?
— Здесь дело не в том, какой он человек. Дело в том, что он знает. Сначала «Стентех», потом «Симптоматика». Разве ты не видишь системы? У него прекрасные источники информации. Я тебе говорил об этом с самого начала.
— Откуда он получает эту информацию?
— Я тебе когда-нибудь говорил, что ты сноб? Почему он не может располагать информацией? Потому что носит крикливую одежду и играет в этот чертов теннис? У Гудукаса есть связи, и он работает, как ломовая лошадь. Разве этого недостаточно?
— Какие у него связи?
Что за вопрос! Только человек, принадлежащий к другому поколению, может спросить такое.
— Ты что, думаешь, он всем об этом рассказывает? — ответил Скотт. — Нам лучше вообще об этом не знать.
— Подобный разговор пугает меня.
Как легко напугать тебя, Том.
— Читая между строк, я понял, что данную информацию он получил от парня, который занимается вложением капитала с риском.
— Что это такое?
Боже мой!
— Вложение капитала с риском? Это своего рода уловка, когда компания начинает распродавать все свои акции.
Они посмотрели друг на друга. Скотт почувствовал всю силу термина «вложение капитала с риском», который витал в воздухе.
— И мы этим занимаемся?
— Что ты имеешь в виду?
— Мы играем в эту игру? Вложение капитала с риском, короткие продажи, вложение средств в компании типа «Кодекто»…
— «Кодеско».
— …мы даже не понимаем, что мы делаем.
Термин действительно возымел силу, но вызвал совсем не ту реакцию. Том отвергал его, Скотт с радостью принимал. Что там говорил Джулиан? Слишком большая родовая симилярность. Джулиан толковый парень. Дело даже не в том, что он сыплет словечками, которые Скотт порой даже не понимает. Он умеет разглядеть суть. Сто двадцать пять тысяч акций, полмиллиона долларов, означали, что больше не будет сходства, и можно будет самостоятельно принимать решения. Но это выгодно не только ему одному, это принесет пользу всей семье. Брэндон сможет поступить в частную школу или хотя бы в Лумис или Чоат, может быть, попадет в Гарвард, отучившись там. Джулиан сможет помогать ему на каникулах и подтянет его, чтобы он смог сдать SAT-тест. Может быть, Руби можно будет купить лошадку.
— Я думаю, в конце концов каждый из нас пойдет своей дорогой. И один из нас все-таки примет участие в этой игре.
— Тогда делай это один, — сказал Том.
— Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, что я не могу рисковать бизнесом.
— Слушай, это не только твой бизнес. Мама владеет сорока процентами акций.
— Я разговаривал с ней.
— О чем?
— Обо всех этих делах, а в особенности о «Симптоматике».
— И что она сказала?
— Ничего. Но через неделю она прислала мне книгу.
Том полез в ящик стола и достал ее: «Фондовый рынок для чайников». Он открыл ее в том месте, где торчала закладка:
— Она выделила вот этот абзац.
Том протянул ему книгу, ожидая, что Скотт встанет с дивана и возьмет ее. Скотт не двинулся с места. Том встал из-за стола и дал ему книгу.
Скотт прочитал выделенный абзац. Том вернулся за свой стол. Зазвонил телефон. Том проигнорировал его.
 
 
«Короткие продажи не для слабонервных. Большие корпорации и торговцы товарами используют их для того, чтобы застраховать себя от возможных потерь. Если вы не глава крупной корпорации, лучше не лезьте в это».
 
— И что?
— Можешь поговорить с ней сам. Но я думаю, она уже все сказала.
— Слушай, а может быть, ты сам отправил ей эту книгу и выделил этот кусок?
— Да что на тебя нашло?
— Ничего.
— Как тебе в голову могло такое прийти?
— Веру свои слова обратно. Я вовсе не хотел сказать, что не доверяю тебе. Конечно же, я тебе доверяю.
Том снова покраснел, что было весьма странно. Он взял в руки карандаш. У них были совершенно одинаковые руки.
— Сколько акций ты собираешься купить?
— Сто тысяч, может, больше.
— По девять?
— Сегодня утром они были по девять тридцать пять.
— Что, если они и дальше будут расти?
— Именно поэтому мне и нужен залог, чтобы покрыть небольшой всплеск конъюнктуры. Но в конце концов они упадут в цене.
— А что, если они вырастут до восемнадцати?
— Так не бывает. На это просто нет времени.
— Но если такое все же произойдет, ты задолжаешь брокеру девятьсот тысяч, верно?
Да, руки одинаковые, но абсолютно разные во всем остальном, и, похоже, различий становится все больше и больше. Скотт вспомнил совет Джулиана, касавшийся тенниса: бей прямо в него и используй свою силу только тогда, когда он пытается тебя задавить. Там было еще что-то, но Джулиан приберег этот третий совет на потом. Скотт улыбнулся.
— Не вижу ничего смешного.
— Я вдруг понял, что это я похож на отца. Раньше я всегда считал, что ты.
Бью по нему.
— Отец не купил ни одной акции за всю свою жизнь.
— Но он основал этот бизнес.
Силой на силу. Последовала долгая тишина. Том снова откинулся на спинку своего кресла. Битва окончена. То, что сработало на теннисном корте, сработало и в кабинете.
— Можно тебя спросить? Твоя доля в бизнесе плюс твоя доля дома составляют что-то около девяти тысяч? — спросил Том.
— Где ты взял эту цифру? Это фантазия. Что-то вроде привидения. Я не боюсь привидений, Том.
То ли град, то ли снег с дождем стучал по оконному стеклу. Свет стал тусклее на мгновение, потом снова загорелся в полную силу.
— Вот что я тебе скажу. Я покупаю твою долю бизнеса.
Скотт сначала даже не понял.
— Ты имеешь в виду после?
— После чего?
— После получения денег с «Кодеско».
Том отрицательно покачал головой:
— Сейчас. Но всего лишь на время. На таких условиях ты получишь залог. После того как ты получишь деньги, ты выкупишь ее обратно.
— Очень разумное предложение. Само собой разумеется, выкуплю его с процентами.
— Естественно.
Да, так и должно было произойти. Немножко не так, как он ожидал, но разве это имеет значение?
— Как ты понимаешь, мы не можем подписать соглашение прямо сейчас. Мы должны оценить наш бизнес. В прошлый раз мы указывали доход в два с половиной. Такая цифра тебя устроит?
— Конечно.
Хотя тогда они уменьшили доход по причине налогов. Обычно указывают доход где-то между двумя и тремя.
Том что-то считал на калькуляторе:
— В прошлом году доход составил восемь с лишним тысяч. Мы высчитаем точную цифру позже. Двести пятьдесят умножить на восемьсот будет два миллиона. Отнимаем твою долю. Получаем пять тысяч.
— Подожди минуточку, — сказал Скотт, может быть, слишком поздно вступая в игру. — Где ты собираешься взять эти пять тысяч?
Это были реальные пять тысяч. Нет, лучше сказать, имеющиеся в наличии, в противоположность тоже вполне реальным, но которые еще предстояло получить в «Кодеско».
— Я могу их достать.
— Каким образом?