Закон силы (СИ)

В итоге, после согласования всех деталей плана началась подготовка. Перед нашими позициями рылись глубокие канавы, которые после соединения с ручьями заполнялись водой, там же вкапывались в землю острозаточенные колья и сбивались деревянные щиты для прикрытия стрелков.
Капитан Кронер сетовал, что с нами нет мэтра Шамо и его отряда баллистариев, но я предпочел оставить нашу артиллерию на стенах шато Гардьен. Там от них будет больше пользы.
Там же осталось три сотни мертонцев и когорта копейщиков, сформированная из бойцов северных кланов горцев, большая часть которых участвовала в том памятном ритуале.
Цитадель на время превратилась в нашу перевалочную базу, где сейчас работало около двух сотен местных трудяг, восстанавливая ворота и стены, подвергшиеся разрушению во время нашего штурма.
В общем, работа в нашем лагере кипела и за ней мрачно наблюдал лорд Грей, ожидая улучшений состояния его бойца.
За последние двое суток, благодаря моему лечению, а также крепкому организму страйкера, его здоровье существенно улучшалось. Все-таки регенерация боевых магов значительно отличается от той, что есть у обычных людей, хотя и уступает регенерации тех же вервольфов.
Уже на вторые сутки мой временный пациент, хоть и неуверенно, но встал на ноги и тут же изъявил желание продолжить путь. Но увидев наши с лордом Греем лица, мгновенно сник.
Когда мы вышли из шатра, лорд Грей сквозь зубы зло выругался и бросил короткий взгляд на Сесилию Блэк, которая после моего разрешения нырнула в шатер к своему кузену.
Расшифровать мимолётный взгляд лорда Грея для меня не составило труда. Он терял время, и это его бесило, но оставить этих двоих здесь тоже не мог. Он и так уже потерял всех своих страйкеров. Кроме того, добраться до столицы втроем у них было больше шансов.
Наблюдая за сильнейшим страйкером Карла Третьего, я задумался. И мысли мои были вот о чем… Сейчас лорд Грей и так уже многим мне обязан. Даже назвал меня другом. И пусть это всего лишь слова, но неприятия к себе с его стороны я не чувствовал. Скорее, наоборот.
Что же касается меня… Иметь в союзниках обязанного мне аванта такой силы и с такими связями, как у него, дорогого стоит. Поэтому у меня возникла мысль расположить его к себе еще сильней…
— Мессир, можете не беспокоиться о своем бойце, — успокаивающе произнес я, тем временем взвешивая все за и против моей идеи. — Ему больше ничего не угрожает. Он стремительно идет на поправку.
— Благодарю вас, мессир, — поклонился он мне. — Я в долгу перед вами.
— Ну что вы, — улыбнулся я. — Как я уже говорил — мы делаем одно дело. Кроме того, какие долги могут быть между друзьями?
Лорд Грей снова склонил голову, а потом с надеждой в голосе спросил:
— Как вы думаете, когда Грегори сможет снова продолжить путь?
— Обещаю, что через неделю я полностью поставлю его на ноги.
На самом деле с такой регенерацией страйкеру хватило бы и двух-трех дней, но об этом я промолчал.
Услышав мой ответ, лорд Грей негромко втянул воздух через нос, видимо, изо всех сил стараясь не показывать разочарования.
— А раньше никак? — спросил он. — Может быть, у вас есть какие-то более концентрированные зелья? Подобные тем, что вы дали графу де Левалю?
— Я сейчас ими лечу вашего бойца, — пожал плечами я. — Кроме того, я намерен дать вам с собой несколько дюжин пузырьков с этим эликсиром для короля. Судя по симптомам, которые вы мне описали, ранение маршала де Клермона очень напоминает мне рану его величества. Раз уж герцог протянул на этом зелье так долго без поддержки целителей…
— Да-да! — оживился лорд Грей, и его глаза загорелись. — Это прекрасная идея! — И тут же горячо добавил: — Жаль, что вы сейчас находитесь здесь, а не рядом с королем. Я наблюдал за вами… Эти хваленые королевские целители вам даже в подметки не годятся! Я помню, в каком состоянии был Грегори, когда мы к вам приехали… Прошло всего двое суток, а он уже встал на ноги!
На некоторое время он замолчал, пристально глядя мне в глаза, а потом продолжил, положив руку на мое плечо:
 
— Максимилиан, вы ведь понимаете, что сейчас нет ничего важнее жизни короля? Даже эта битва, которая вас ждет, менее важна, чем его жизнь. Если его величество умрет, в вашей победе не будет смысла. Хотя, положа руку на сердце, мне мало верится в то, что вы сможете победить войско принца Адриана.
— Эдуард, — оглядевшись, тихо произнес я и сокрушенно покачал головой. — Я видел рану его величества. Думаете, будь у меня хотя бы мизерный шанс, я бы не помог ему? Это магия смерти, которую притащили к нам Ледяные. Против нее я бессилен.
Высказывание лорда Грея о предстоящей битве и наших шансах в ней победить я решил проигнорировать.
Он после моих слов был мрачнее тучи. Я же тем временем посмотрел на шатер, где лежал страйкер, и задумчиво произнес:
— А вот сделать так, чтобы ваш человек смог отправиться в путь уже завтра я бы мог попытаться. Правда, вам придется везти его на повозке, но даю вам гарантию, он не умрет по дороге.
Лорд Грей мгновенно встрепенулся, заглатывая мою наживку.
— Как? — в его голосе слышалось удивление. — Но вы же говорили…
— Да, — мягко перебивая его, сказал я. — Говорил, и от своих слов не отказываюсь… Но речь шла о стандартном лечении. Я же сейчас имею в виду кое-что другое.
Лорд Грей весь подобрался. Непонимание, надежду, удивление — вот, что я увидел сейчас в его глазах.
— О чем вы сейчас говорите?
Я мысленно усмехнулся. О своих новых навыках, конечно… Дело в том, что за время наших с льюнари медитативных сеансов мой арсенал магических плетений пополнился еще одним заклинанием. Однако к магии хаоса оно не имело отношения.
После анализа воспоминаний мальчишки-лисолюда я уже знал, что кроме хаоситов в магической школе, в которой он учился, преподавали мастера и других магических направлений. Например, маги жизни.
И пусть пацан был хаоситом, но в рамках их модели магического образования, теорию по другим направлениям он должен был тоже знать. Правда, мой двойник, как и все подростки в его возрасте, считал, что зубрежка бесполезных для него законов магии жизни или магии земли абсолютно бессмысленное занятие. Поэтому теорию он учил спустя рукава и экзамен по этому предмету сдал только со второго раза, да и то лишь потому, что преподаватель сжалился над ним.
Так или иначе, но кое-какие знания по магии жизни из его памяти мы с льюнари смогли выудить. Плетение Малого лечения было более сложным, чем Щит хаоса, но благодаря художественному дару, доставшемуся мне от Макса, я без труда смог его воспроизвести.
Как и ожидалось, плетение заполнялось только магией жизни, и, к моему облегчению, энергия из алых крудов для этого дела прекрасно подошла.
Далее мы приступили к испытаниям. Первой моей пациенткой стала пегая кобыла, поранившая заднюю ногу. Лорин обычно сам справлялся с такими травмами, но в этот раз без лишних слов любезно предоставил мне испытуемую.
Эксперимент, к нашей общей радости, прошел удачно. Плетение без проблем встроилось в энергосистему лошади и активировало процессы исцеления. Действие заклинания чем-то напоминало мне некую автономную программу, которая функционировала до определённого момента, пока мана, влитая в плетение, полностью не растворялась в энергосистеме пациента.
Конечно, мои обычные манипуляции с маной были намного эффективнее, но все потому, что я был видящим. Зато заклинание Малого лечения могло действовать самостоятельно от десяти часов до двух суток. Все зависело от количества маны. Что же касается зелий, то их эффективность, даже прошедших модификацию, по сравнению с заклинанием была значительно ниже.
В итоге, после той лошади у меня было еще несколько десятков четвероногих пациентов, пока я не перешел на людей, чем здорово разгрузил работу нашего полевого госпиталя. Правда, для всех, кроме посвященных, это было лечение эликсирами.
— Следуйте за мной, — произнес я и вошел в шатер, где сейчас Грегори и Сесилия о чем-то тихо разговаривали.