Секрет Виктории (СИ)
— О да, я помню эту историю! Однако же, эта юбка не из обычного массмаркета! Неужто отдала за нее половину зарплаты?
Покупая предмет одежды, секретарша хотела лишь соответствовать дороговизне своего офиса и начальника. Ведь она фактически его лицо. Однако Вика не предусмотрела такие аспекты как небольшой заработок, съемная квартира в Мытищах и то, как на таком фоне смотрятся дорогие покупки. Мужики в таком ничего не понимают, а вот женщины… Нужно было срочно что-то придумать.
— Стас подарил…— несколько неуверенно процедила Вика, а Феня вновь лишь загадочно заулыбалась, ловко спрыгнув со стола.
— Ладно, побегу я. Черкани СМС-ку как Феликс подпишет мои бумаги. И поосторожнее со Стасом, подруга. Всякое может случиться…
Хороша подруга, которая ничего не желает слышать. Рухнув на стул, провожая сослуживицу взглядом, Вика вновь потерла глаза. Кажется, Феня высосала из нее остатки энергии. Но тут из-под брошенной папки желтым язычком «сверкнул» приклеенный на клавиатуру стикер. Убрав бумаги, Вика взяла в руки листок и вновь вскочила.
«Распечатай расписание» – напоминал он хозяйке. Энергию такое возвращает лучше любого кофе.
Быстро нагнувшись через стол, секретарша осмотрела провода, ведущие от принтера. Уборщица, как обычно, отключила его, хоть ее уже сотню раз просили этого не делать. Вздохнув, Вика обошла стол и принялась подключать аппаратуру, мысленно проклиная Феликса и весь мир за то, что она вынуждена заниматься такой ерундой. Ну, ничего, все обязательно наладится. Она должна потерпеть, проявить себя и карьера точно пойдет в гору.
***
«Утро начинается не с кофе» - заезженная фраза, которую часто можно услышать от людей, работающих с восьми утра и в двух часах езды на метро от места жительства. Недосып, завтрак на ходу и многие другие сложности для них давно стали обыденностью. Обыденность Феликса состояла из подъёма в девять утра и получасовых упражнениях в личном тренажёрном зале. Зарядка, беговая дорожка, несколько упражнение на пресс и руки – с утра мужчина ограничивался разминочными занятиями, оставляя тяжести на вечер. Отправляясь в душ, он заказывал себе завтрак в своём любимом заведении, а выходя из него – встречал курьера и обменивал мокачино с сэндвичами, салатом и десертом (всегда разным) на несколько сотен рублей чаевых. Позавтракав и сменив белоснежный халат на строгий костюм, Феликс брал машину под настроение и ровно в десять выезжал на работу.
«Начальство не опаздывает, а задерживается» - другая заезженная фраза людей, чьё утро начинается не с кофе. Феликс был абсолютно согласен с этим принципом. «В конце концов, что я могу поделать, если начало рабочего дня не вписывается в мой личный график?» - в ироничной манере рассуждал заместитель директора, время от времени. Он не был непунктуальным, когда дело касалось важных встреч и не терпел непунктуальности со стороны сотрудников, ведь, в отличие от него, те ещё не дослужились до такой привилегии. По этой причине, если курьер с мокачино, сэндвичем и десертом (всегда разным) опаздывал, Боровицкий оставлял его без чаевых.
Размеренная поездка в машине, цена которой была кричаще неприличной, неожиданно омрачилась пришедшим на телефон уведомлением. Оно было от отца. Короткое приглашение отобедать в ресторане «Турандот» после работы. Приглашение, как обычно, сформулировано в приказном тоне, как и подобало Виктору Боровицкому. И, в последние несколько лет, такие разговоры не приводили ни к чему хорошему. Феликс отправил короткий положительный ответ и убрал телефон в карман пиджака. Машина медленно остановилось на парковочном месте недалеко от входа в здание организации, так что семейным проблемам придётся подождать до вечера.
— Феликс Викторович, придержите лифт? – приятный бас нагнал Феликса, когда он уже собирался нажать на кнопку закрытия дверей.
Лишь один человек обращался к нему так – Артем Фирсов, арт-директор компании. Несмотря на разницу в возрасте, пара лет была на стороне Артема, они вместе закончили факультет рекламы и PR. Их тандем был взаимовыгоден обоим: провинциал зубами держался за возможности, предоставляемые Москвой, а его друг с радостью делился связями за небольшую взаимопомощь. В студенческие годы это касалось работы над проектными, курсовыми и дипломными работами взамен на практику в столь престижном месте. Сейчас ничего доказывать было не нужно – Артем выкладывался на все двести процентов, в знак благодарности за столь высокую должность всего лишь к тридцати годам.
Отпустив кнопку «открытие дверей», Феликс протянул другу руку для рукопожатия, но тому мешали ответить стакан кофе и мясные рулеты из кафешки на первом этаже. Артем относился к связующему звену между начальством и клерками: задерживался он постоянно, но вот завтракать не успевал. Образ арт-директора дополняли синяки под глазами и небольшая взъерошенность головы и бороды – явный признак пробуждения гораздо позже нужного времени. Выглаженный костюм, уложенная причёска и небольшая щетина заместителя директора смотрелись очень контрастно на фоне этого.
— Неважно выглядишь, утомили бессонные ночи? – едва улыбнулся Феликс, нажимая кнопку нужного этажа.
— И тебе не хворать, – в нестандартных ситуациях Боровицкий частенько забывал поприветствовать собеседника, о чём арт-директор не уставал ему напоминать в шутливо-язвительной форме. – Да, к чертям сбил график сна.
— Так переезжай поближе – будет больше свободного времени – невозмутимо пожал плечами Феликс.
— А трёшку в центре ты мне оплатишь? – с этими словами Артём пригубил кофе.
— Только если ты сделаешь карьеру в модельном бизнесе. – прыснул в ответ мужчина.
Воцарилось недолгое молчание. Бывший однокурсник был прав – зарплаты арт-директора «Авроры» хватало на ипотеку трёхкомнатной квартиры с хорошим ремонтом в новеньком доме, возле станции метро «Бабушкинская», где счастливо жила семья Фирсовых: супруги и двое детей. Переезд поближе они себе не могли позволить, да и вряд ли хотели. Небольшой недосып был малой кровью, в такой ситуации.
— Разрабатываешь какой-то амбициозный проект? – выдвинул предположении о причинах недосыпа начальник.
— Да, называется «чек май пусси точка ком».
Артем выдержал паузу, насладившись искренним недоумением приятеля, прежде чем захохотать в голос. Повезло, что в лифте были только они вдвоём, и никто им больше не планировал пользоваться.
— Шучу я, это сайт с мастурбирующими девочками – пояснил Артем. – Очень возбуждает, когда за последние четыре года проводишь время в постели только с одной женщиной, знаешь ли.
— Значит, проводишь ночи, дроча на дрочащих малолеток? – рот Феликса сам собой расплылся в улыбке.
— Видел бы ты этих малолеток! – так же улыбнулся, но более скованно, Фирсов. – Есть там одна под никнеймом Андромеда… ты бы её видел, она просто…вау.
Лифт тем временем остановился на этаже PR-отдела. Мужчины покинули лифт, направляясь в сторону своих кабинетов и продолжая сей увлекательный диалог.
— И всё же…– начальник замялся, подбирая нужные слова, ведь в коридоре были и другие сотрудники. – Ну надоело тебе с женой – попробуй на стороне, в чём проблема?
— Не хочу изменять ей, – уже без веселья ответил Артем.
— А это не измена? – Феликс сделал ударение на «это».
— Нет, это – лишь способ окунуться в то, что я не могу позволить себе сделать с женой.
До кабинета PR-отдела мужчины дошли молча. Пожелав удачной работы, Артем скрылся за дверью, и к своему рабочему месту Боровицкий пошёл в одиночестве, размышляя о мастурбирующих на камеру девушек. В последний раз Феликс дрочил лет десять назад, если не больше, ведь всегда мог позволить себе какую-нибудь падкую на деньги красотку. Или проститутку, на худой конец. Поэтому, несмотря на россказни приятеля, проектом «чек май пусси точка ком» он решил не заниматься. Настроившись на работу и открыв дверь в кабинет, Феликс был удивлён во второй раз за утро, но на этот раз приятно.