90-е: Шоу должно продолжаться 14 (СИ)

— И свадьбу как до Луны и обратно? — спросила Ева, прищурившись.
— Чтобы вся планета вздрогнула, — кивнул я. — Кстати, даже не подозревал, что ты хочешь пышную свадьбу. Почему-то казалось, что тебе захочется чего-то тихого и камерного.
— Я тоже так думала, — медленно кивнула Ева. — Вот до этого момента.
* * *
Та самая поляна рядом с деревней Малиновка теперь выглядела совершенно иначе. В прошлый раз, несмотря на все постройки и подготовку, она была все-таки поляной в лесу, а сейчас лес отступил куда-то на второй третий план. Будто мы на базарную площадь приехали. Из динамиков орала музыка. Частично перекрывая галдеж толпы народа. Народу было уже много, но по дороге с электрички уже топала новая порция. С рюкзаками, гитарами, баулами, спортивными сумками и звякающими авоськами. Среди молодежи разной степени патлатости и явно нетуристического вида затесались матерые такие бородатые дядьки в штормовках. Которые на весь этот движ смотрели с некоторым недоумением. Ну да, логично. Раз на этой поляне постоянно проходят фестивали авторской песни, то место явно «намоленное». И участники этих самых фестивалей иногда сюда приезжают просто так, на выходные. Вот как сейчас. И судя по удивлению на некоторых лицах и оторопелое перешептывание, наша обширная рекламная компания захватила все-таки не всех.
  
Нда, немного жаль кспшников. Они явно рассчитывали на ламповые посиделки у костра, а не на грохочущий круглые сутки рок.
Из толчеи тех, кто уже поставил палатки, а теперь просто слонялся по поляне, вынырнула Наташа. В шляпе с сеткой, кажется даже не охотничьей, а пчеловодческой.
— Велиал, — сказала она. — У меня к тебе есть серьезный разговор…
  
Глава 20
 
— Наташ, прости, — я развел руками. — Но с представителем комаров переговоры о прекращении огня не удались.
— Ой, да я вообще не об этом! — Наташа махнула рукой. — Видишь, я нормально подготовилась! Короче, у меня вот какая идея. Давай сегодня концерт начнем с факелами, а?
— Грозно выйдем с горящими палками? — подмигнул я.
— Ну да! — кивнула Наташа. Сквозь сетку ее лицо было видно, конечно, но выражение не очень понятно. — Вообще было бы круто, если бы факела еще вокруг сцены стояли. Чтобы как в кино было. Всегда хотела нести факел!
— Так, давай подумаем, как это можно по-быстрому соорудить… — я задумчиво посмотрел в сторону леса. — Герои приключенческих романов делают факела из смолистых веток, но я в детстве пробовал, и знаю, что это фигня. Нам-то нужны классные факела!
— Давай подсолнечного масла на кухне попросим? — предложила Наташа. — В факелах должно масло гореть… Ну, как мне кажется…
— Нужен эксперимент! — я решительно ухватил Наташу за руку и мы нырнули в толпу по направлению к кухонной палатке. Заодно посмотрим, как тут у нас питание устроено.
Фестивальное оборудование перекочевало на нашу поляну с армейских складов. Полевая столовая состояла из здоровенного армейского госпиталя, явно уже повидавшего в своей жизни… всякое. Ткань кое-где выцвела, в паре мест зияли прорехи. Но выглядела эта махина все равно внушительно. Сбоку был пристроен тент из четырех бело-оранжевых парашютов. Защита от дождя явно не стопроцентная, но дождя нам вроде и не обещали. Но смотрелось довольно празднично. Столы были частично уже явно старые, оставшиеся нам в наследство от КСП-шников. Со скамейками из бревен. А частично сколотили новые, из свеженьких досок. Которые уже, правда, частично заляпали и залили… разным. Шемяка сокрушался, что полевую кухню не удалось отмутить, так что поварам придется справляться с котлами на газовых плитах. Под парашутами был полный аншлаг, палталая молодежь жизнерадостно оккупировала столы и распивала там привезенное и купленное здесь из разномастных кружек.
Мы с Наташей нырнули в брезентовый сумрак «вип-зоны» столовой. Там за двумя длинными столами тоже сидели разномастные рокеры, чуть старше и степеннее, чем те, что снаружи. Вход в кухню перегораживала раздача, тоже сколоченная из досок. На передней части белело несколько листов с рукописными объявками. На одной — расписание завтрака, обеда и ужина. На второй крупными буквами сообщалось, что «пиво в красной палатке сто метров направо!!!» На третьей красным маркером нарисована перечеркнутая рожа и для непонятнывых подписано: «Спать в столовой НЕЛЬЗЯ!» Меня это все отчего-то так умилило. Было в этом собранном на коленке фестивале что-то очаровательно-ламповое. В моем прошлом-будущем все опен-эйры были с ног до головы брендированными, с фирменной посудой, шатрами, тентами, баннерами и растяжками. А здесь фирменной была только сцена. Ну и еще на притоптанной траве валялись бумажки потерянных программок. А газеты… Хм, кстати, что-то ларек фестивальной газеты в глаза не бросается, надо бы уточнить, что с ним такое.
Мы с Наташей бесстрашно нырнули под стойку, невзирая на табличку «Проход категорически запрещен».
— Да там же русским по белому написано! — тут же включился скандальный женский голос, еще до того, как мы успели увидеть его хозяйку.
— Господа и дамы, прошу прощения! — я примирительно поднял руки, а потом торопливо продемонстрировал свой авторитетный бейдж. — Я свой, мне по делу. Срочному. Дамы, мне нужно немного подсолнечного масла.
— Немного — это сколько? — тон королевы столовки, вопреки стереотипам, вовсе даже не размеров икс-икс-икс-икс-эль, а стройной и я бы даже сказал, худощавой женщины неопределенного возраста.
— Ну, поллитра где-то, — пожал плечами я и посмотрел на Наташу. Та тоже пожала плечами.
— Сейчас…
Она деловито выудила из мусорной коробки стеклянную банку из-под тушенки с разводами жира на стенках, прищурилась на нее и посмотрела на нас.
— А вам на что?
— Факела хотим сделать, — с убийственной деловитостью ответила Наташа.
— Чего? — тонкие брови поварихи приподялись.
— Видите ли, здесь неподалеку нашлась пещера сокровищ, вход в которую строго с факелами, — не задумываясь, ответил я.
— Вееелиал, ну что ты сочиняешь, какая еще пещера? — укоризненно протянула Наташа. — Это для языческого ритуала. Жертвоприношение никае без факелов…
Выразительные брови королевы столовой сошлись на переносице. Пара бессловесных тетенек за столом для нарезки всякого сдавленно захихикали. Главная повариха бросила банку обратно в мусор и уперла руки в бока.
— Так, — грозно начала она. — Давайте-ка идите отсюда…
— Нет-нет, извините пожалуйста! — замахал руками я. — Нам просто ночью концерт вести, а это у нас бредогенератор разогревается.
— Что у вас разогревается? — прищурилась повариха.
— Да это так, внутренний сленг, — засмеялся я. — Простите за неуместный треп. Но масло в самом деле для факелов. Для шоу.
— Ладно, — смилостивилась повариха и снова достала банку из мусора. — Значит, ничего, если тут свиной жир на стенках?
— Вообще пофиг, — покивал я. — Даже пахнуть вкуснее будет.
Повариха присела на корточки рядом со здоровенной стеклянной бутылью, где-то на три четверти заполненную маслом. Тоже, видимо, какие-то старые запасы раскулачили, чтобы кормежка на фестивале вышла дешевле.
— Держите свое масло, — сказала она, протягивая мне жирную банку. — Только оно стреляет, вы осторожно там. Волосы не подпалите.
— Спасибо! — радостно улыбнулся я, и мы с Наташей двинулись на выход. Застав в брезентовой части столовой начинающийся философский диспут на тему «анархических идей как основы идеального общества будущего».
Мы снова протолкались через столпотворение в центре поляны и, ориентируясь на приткнувшийся под деревьями пазик Шемяки нашли лагерь «ангелочков». Поселить на базе я их не смог, но кое-какой бонус все-таки обеспечил — место им выделили отдельное, специально огороженное, и даже с натянутым над костровищем брезентовым тентом. Небольшим, но все-таки лучше, чем ничего.
  
Бельфегор сидел на корточках и старательно дул на отчаянно дымящие ветки, придерживая рукой рыжие патлы, чтобы случайно не сжечь.