90-е: Шоу должно продолжаться 14 (СИ)
— А Галка-то! Помнишь Галку? — продолжила соседка. — Вы еще вроде играли во дворе вместе, белобрысая такая?
— Да, помню, — кивнула Ева и ткнула меня в бок локтем. Мол, давай уже открывай дверь, а то нас тут до смерти заболтают.
— Она взамуж выскочила! — соседка уперла руки в бока. — И, главное, бесстыжая такая, муженька своего к родителям на квартиру притащила. А он у нее узбек! И по-русски ни бе, ни ме. Но деньги водятся, этого не отнять! Он в Новокиневск помидоры привозил грузовиками, они где-то на улице познакомились и обженились вот так сразу. Ой, а Мишку-то, Мишку помнишь? Вас еще дразнили женихом и невестой?
— Ничего не дразнили, — дернула плечом Ева.
— Так вот он же машину купил на днях! — победным тоном сказала соседка и положила руку на плечо Евы. — Иномарку! Въехал во двор, гордый такой! А у нас все аж замолчали! Что за чудо-агрегат такой! А еще машина такая здоровенная! Серебристая! Патрол! А я когда увидела его тогда, сразу про тебя вспомнила! Вот, думаю, Евушка бы сейчас своего жениха увидела.
С трудом сдерживая смех, я ковырялся в замке. Ключ был потертый такой, заслуженный. А замочная скважина выглядела так, словно ее шпилькой открыть будет проще, чем этим ключом.
— Евушка, а ты-то взамуж не собралась? — соседка придержала Еву за локоток и заглянула ей в глаза.
Тут капризный замок щелкнул, и открылся. Ева нетерпеливо распахнула дверь, и почти прыгнула в затхлый сумрак прихожей.
— Евушка, если вдруг что потребуется, ты стучи, не стесняйся! — прокричала нам в спину бдительная соседка.
Дверь захлопнулась.
— Да уж, я как-то плохо представлял себе масштаб катастрофы, — произнес я, когда глаза мои слегка привыкли к полумраку. Я попытался найти на стене выключатель, но рука уперлась в тюк с чем-то мягким. Который стоял сверху на неровно составленных коробках и тумбочках.
— Ага, я еще на площадке подумала, что жалко, что тетя Рая такая бдительная, — захихикала Ева. — Если бы воры весь этот хлам вынесли, нам было бы меньше работы…
Глава 19
«На самом деле все совсем даже не плохо», — подумал я, впуская Кирюху, Бельфегора и Астарота. Бегемот сказал, что занят, и если у него получится за час раскидаться, то он тоже подскочит. Пока мы с Евой ждали «ангелочков», то успели слегка осмотреться. Первой мыслью было: «Полный трындец! Надо бежать!» Но…
Это только на первый взгляд. Чем больше я приглядывался, тем меньшим кошмаром все становилось.
Ну да, хозяин явно был не в себе. Помнится, мы с Бесом и его девчонками ходили на городскую свалку. С ее специфическим видом, запахами и всем вот этим. Ближе всего квартира дяди Миши была именно к этому. Кажется, этот человек не был способен выбросить вообще ничего. Ну, на наше счастье, кроме пищевых отходов. Но все коробочки, упаковки и фантики оставались в квартире и складировались своеобразными «культурными слоями». Собственно, свободного пространства во всей просторной сталинской двушке оставалась только узкая тропинка — от софы в спальне через кресло перед маленьким черно-белым телевизором в гостиной, мимо туалета с ванной на кухню, к пятачку между плитой, раковиной и холодильником. Все остальное пространство было завалено хламом. Какими-то фрагментами сломанной мебели, сломанными радиоприемниками всех мастей, подушками, скрученными матрасами с подозрительными пятнами, ящиками и мешками. Крупные предметы были обильно пересыпаны мелкими — книгами, газетами, обертками и фантиками. Сколько времени копилось все это «богачество», страшно себе представить.
Но если прикрыть один глаз и вычесть из этого жуткого склада явный мусор, то становилось сразу интереснее. Даже захотелось взять мешки и вычистить пространство, чтобы рассмотреть, как оно тут все было, до того, как у дяди Миши случились окончательные сумерки разума.
— Ого, сколько часов! — восхищенно воскликнул Бельфегор, стоя на пятачке между креслом и телевизором. — Прикиньте, вот такие же здоровенные, похожие на шкаф, были в одной деревне. Меня тогда мама с собой на гастроли взяла, и нас поселили в доме у вредной бабки. И у нее были такие часы. Они каждые пятнадцать минут звонили. А каждый час били! И я все хотел открыть дверь и посмотреть, что там внутри, а бабка меня гоняла. А мама про эти часы забыла напрочь и говорила, что я все выдумал!
— Он вообще что ли ничего не выбрасывал? — Астарот брезгливо покривился.
— Неа, если бы вообще ничего, то тут бы воняло, — изрек Кирилл, с трудом подобравшийся к явно самодельному шкафчику с резной дверцей. — Ого, тут целая картина прямо… Ева, это твой дядя все вырезал?
— Ага, — кивнула Ева, забравшись с ногами на софу.
— Обалдеть… — Кирюха попытался отодвинуть мешок с непонятно чем, но ему это не удалось. Внутри куч хлама что-то загрохотало, мешок чуть покосился, но общие очертания этих «хребтов безумия» остались незыблемыми.
— Помойка какая-то, — сказал Астарот. Он стоял так, чтобы ненароком не коснуться чего-нибудь. — Вы правда что ли согласитесь тут жить?
— Саня, это все несложно вынести, — пожал плечами я. — Мешки, перчатки и вперед.
— Такое впечатление, что он все упаковки сначала мыл, а потом уже… — Бельфегор переместился на кухню. — Ну точно, он с бутылок снимал этикетки, тут целый склад пачками. Меня дядька научил когда-то. Чтобы снять этикетку с бутылки и не повредить, нужно ее в тазик с водой поставить и подождать. И она сама отпадет. У меня целая коллекция была, но мама все выкинула…
— Интересно, а зачем он все это собирал? — Кирюха задумчиво крутил в руках деревянную штуку непонятного назначения. Кажется, когда-то это был молоток для отбивания мяса.
— Ева же сказала, что он в дурке, — отозвался Астарот. — Сумасшедший, это и так видно. Как ты это вообще трогаешь? Вдруг тут зараза какая-то… Тут точно крыс нет?
— Саня боится крыс? — заржал Бельфегор.
— Мыши точно есть, — сказала Ева.
— Вообще-то я про другое… — Кирилл положил на пол деревянную штуку и потянулся за металлической штукой. Типа щипцов в форме дракона. Только часть хвоста отколота. — Когда человек сходит с ума, всем остальным это кажется ненормальным. А ему самому? Сам он что думает в это время? Я сумасшедший, буду тащить в дом всякую гадость? Вряд ли это… Наверняка у него есть какая-то цель… Какая-то идея…
— А тебе-то что с того? — Астарот так и стоял на месте, стараясь поменьше двигаться. — Зачем искать логику там, где ее нет?
— Чтобы понять… — Кирюха пожал плечами и пощелкал «драконом». — Вот смотри, в этом всем ведь есть какая-то система…
— Каббал, остановись! — Астарот сделал грозное лицо. — А прикинь, если ты поймешь, зачем он это все делал, и сам начнешь тоже. А?
— Да не, — смутился Кирюха. — Это же не вирус гриппа какой-нибудь, им нельзя заразиться…
— А если можно? — Белфегор скрючил пальцы-когти и подкрался к Кириллу. — Прикнь, сейчас вокруг нас летают бациллы безумия… И когда ты вернешься домой, то почувствуешь непреодолимую тягу драться с бомжами за бутылки и тащить их все домой…
— Бациллы безумия… — повторила Ева. — Звучит как название панк-группы.
— Ха-ха! — демонически расхохотался Бельфегор и схватил за плечи Кирюху, который все еще задумчиво крутил дракона-орехокол в руках. — Точняк! Мы заразимся, сменим название группы и начнем фигачит панк! Как те парни, помните? Которые с пилой и стиральной доской были…
— Боря, блин! — Кирюха вздрогнул и выронил дракона.
— Ну а что? — Бельфегор пожал плечами. — Вон там смотрите, какие тазы лежат! Идеальные же ударные!
— Бациллы безумия… — повторил я. — Хм, а не такая уж плохая идея…
— Я очень надеюсь, что ты шутишь… — медленно проговорил Астарот.
— Ты знаешь, в каждой шутке… — тут я тоже потянулся к одной из куч и выудил оттуда деревянные щипцы для белья. Пощелкал ими в сторону Астарота. — В каждой шутке, друг мой Астарот, содержатся зерна истины!
— Так, знаете что, — Астарот шагнул к двери. — В общем, давайте вы тут как-нибудь без меня разберетесь… И вообще, если хотите знать мое мнение, я бы сюда селиться не стал. В натуре, лучше бы тут убили кого-то, чем… чем вот так.