90-е: Шоу должно продолжаться 14 (СИ)

— Ничего так, да, — сказала Наташа, смешно шевеля бровями и бросив недоверчивый взгляд в мою сторону. Ну да, пожалуй, не лучшее выступление «Короля и шута». Блин, что же я камеру-то не захватил сегодня? Получилась бы редкая концертная запись в моем видеоархиве…
— Привет! — нежные руки Евы обняли меня за талию сзади. — Как съездили сегодня?
— Там кошмарно много комаров! — сказал я. Сделал над собой усилие и отвернулся от сцены. Начинающие «КиШи» — это круто, конечно, но Ева все равно важнее.
  
— Ой, а я их помню! — сказала вдруг Ева. — Мы же их тогда на концерте видели, в Питере, да? Ну, когда еще Кристина… гм… выпила лишнего. Или я путаю? «Король шутов» или что-то такое.
— Ага, — я обнял Еву и притянул к себе.
— Там тебя Колямба искал, кстати, — сказала она.
— Да и шут с ним, — тихо засмеялся я.
— И король? — хихикнула Ева.
— Точно, шут и король с ним, — рассмеялся я. Потом отстранился. — Что-то я заинтригован. Давай ты уточнишь. Меня искал злой Колямба, перед которым я в чем-то прокосячился, или меня искал деловой Колямба, у которого есть дело на миллион рублей?
— Скорее второе, — подумав, ответила Ева. — Хотя это не точно. Я не уверена, что изучила мимику Колямбы достаточно, чтобы вот так определить. Но он точно не был злым. Скорее, нетерпеливым.
— Это хорошо, — кивнул я и снова притянул Еву к себе.
— Подожди! — Ева уперлась ладошками мне в грудь. — А то я забуду, что еще хотела тебе сказать…
— Я весь внимание, милая, — я послушно замер. Ева тоже замерла.
— Да блин! — нахмурилас она. — Это же было точно важнее, чем Колямба… Он меня с мысли сбил…
— Это ты про приглашение Даши хотела рассказать? — вклинилась в разговор Наташа.
— Нет-нет, это было что-то другое, — замотала головой Ева, и кончик ее косички хлестнул меня по руке. — Так, про Дашу, чтобы потом не забыть. Даша приглашает нас к себе на свадьбу, здесь в сентябре, на открытке написано, так что не забудем. Вот, сказала. Но это точно было другое!
— Что ты на меня смотришь? — развела руками Наташа. — Ты же мне сама не рассказала, потому что хотела Велиалу первым рассказать.
— А, точно, вспомнила! — просияла Ева.
  
Глава 18
 
— Там прямо настолько все плохо, что мы можем не согласиться? — удивился я.
— Сама я не видела, но… — Ева сделала большие глаза. — В общем, я очень отдаленно дядю Мишу знала, последний раз видела, когда мне было лет десять, но…
— Но? — уточнил я, когда она сделала паузу на «большие глаза».
— В общем, он уже тогда был не очень нормальным, — лицо Евы стало серьезным и даже немного грустным. — Сейчас мне понятно, что на самом деле ничего смешного. Но когда я была ребенком, было… ну… смешно. У него была настоящая свалка в квартире. И он еще постоянно рассказывал всякие истории дурацкие. Без начала и конца. Пучил глаза смешно. А что там сейчас в его квартире, я даже представить боюсь.
— Выбросить хлам и сделать ремонт — звучит как-то не слишком страшно, — сказал я.
— Это пока ты не увидел квартиру дяди Миши, — вздохнула Ева. — В общем, давай мы сначала посмотрим. А потом скажем, ладно?
— Я заинтригован, — усмехнулся я.
Вообще история в духе Леонида Карловича, конечно. Он явно закусился обеспечить нас с Евой, ну или точнее будет сказать, Еву и меня за компанию, достойным жильем. А поскольку ему сейчас страшно неудобно за наш последний скоропостижный переезд, сделать он это хочет сразу и на века. Судя по всему, это как раз такой вариант и есть. Но с нюансами.
— А что с этим дядей Мишей случилось, кстати? — спросила Наташа. — Он повесился, и квартира освободилась?
— Нет, живой, — Ева медленно покачала головой. — Ну, точнее, частично живой. Он еще полгода назад переехал в дурку. А теперь стало понятно, что оттуда не вернется уже.
— Такое… — Наташа скривила гримасу.
— Вот поэтому я и говорю, что мы сначала посмотрим, прежде чем соглашаться, — вздохнула Ева. — На самом деле, он прикольный был. Я когда совсем мелкой была, мне нравилось у него бывать. Столько всегда вещей интересных было. Он… ну… что-то вроде антиквара. Старые вещи ремонтировал, чтобы работали. Часы, там всякие… Барометры. Он вообще, мне кажется, что угодно мог починить. У него еще раньше жена была, тетя Света. Ругалась на него, что он в дом всякий хлам тащит, но он зарабатывал этим хламом нормально так. А когда она ушла, он с катушек и съехал.
— Прямо герой какой-то песни «Короля и шута», — пробормотал я.
— Это вот тех придурков что ли? — спросила Наташа. — Которые играли только что?
— Не бери в голову, — махнул рукой я.
— Я честно их слушала, — сказала Наташа. — Но все равно не поняла. Играют так себе, солист бухой какой-то или обдолбанный…
— Наташ, остановись! — засмеялся я. — Ты же знаешь, как это бывает, когда что-то зацепило и запало в душу, ведь так? Услышал в нужное время и в нужном месте — и все, ты на крючке.
— А по-моему, наши «Ангелы» лучше, — уверенно заявила Наташа. — И вообще я бы на их месте оскорбилась, что ты каких-то питерских придурков вспомнил первыми. Кирюха стопудово песню про какого-нибудь дьявольского часовщица лучше напишет.
— Справедливо, — после секундной паузы кивнул я. Повернулся к Еве. — Как думаешь, пригласим для вдохновения нашего гения в нашу гипотетическую новую квартиру?
— Ой, — Ева закрыла рот обеими ладошками. Глаза испуганные и веселые. — А знаешь… Дядя Миша ведь не виноват в том, что там сейчас. Он заболел… И было бы, наверное, очень круто, если бы про него песня появилась… Лично мне было бы гораздо приятнее о нем вспоминать, как о дьявольском часовщике, а не как… как сейчас.
— Ты же сказала, что он еще жив? — Наташа наклонила голову.
— Это ненадолго, — вздохнула Ева.
Я обнял свою девушку. Просто захотелось.
— Да нет, Вов, все нормально, — грустно улыбнулась Ева. — К этому уже очень давно все идет, так что… Блин, почему мы вообще до сих пор об этом говорим?
Ева освободилась от моих объятий, ухватила меня за руку и утащила танцевать. Упираться я не стал, так что следующий час мы скакали в кругу знакомых и полузнакомых людей сначала под наших «Пиночетов», потом под гостей с Дальнего Востока. Название группы я не запомнил. Потом на ринг выскочили двое парней из нашей школы и устроили конкурс на «кто удержит на голове бутылку», потом мы снова танцевали. И в конце концов взмокшие и счастливые приземлились на скамейку возле бара. Макс вручил нам по стакану чего-то слабоалкогольного.
— О, опять тут его поклонница, — прошептала мне на ухо Ева.
— Это какая-то особая поклонница? — я незаметно посмотрел в ту сторону, куда кивнула Ева. — Макс у нас личность довольно популярная…
— О да, эта — особенная, — фыркнула Ева. — Собирается за него замуж. Приехала из Питера.
— Замуж? — я осмотрел девушку. Невысокая, в очках. Довольно несимпатичная барышня. Того типа, которые даже в школе выглядят «тетеньками». Можно было не переживать, что она заметит мое к ней внимание. Смотрела она исключительно на Макса. — А он-то знает о ее матримониальных планах?
— Все знают, — усмехнулась Ева.
Поклонница протянула руку и накрыла ладонью пальцы Макса на стойке. Тот осторожно освободился и принялся подчеркнуто сосредоточенно смешивать очередной коктейль. С надеждой бросая взгляды в сторону стайки девчонок на другом конце стойки. Самая яркая из них, вроде бы, Катерина, показала ему язык и демонстративно отвернулась. Остальные захихикали.
— Кажется, его фан-клуб объявил ему бойкот? — спросил я.
— Ага, — кивнула Ева. — В воспитательных целях.
  
— Рискуют барышни, — засмеялся я. — Вот возьмет Макс и бросит их всех. И реально женится на этой питерской барышне.
— Ха, — Ева дернула плечиком. — Прикинь, она ведь к нему домой заявилась сначала. Хорошо, что родителей дома не было, вот бы они удивились.
— Вееелиал! Ева! — белокурая эффектная Катя помахала нам рукой. — Идите к нам, что вы там на отшибе?